"Фантастика 2024-77". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Гостева Ирина - Страница 1735

— Здесь пока можно немного расслабиться, — снисходительно пояснил на ходу дядя Гера, — сюда Зона только-только переползает. Вообще вояки думают, что ее границу точно обозначили и периметром обнесли, а ни хрена! Вон там гравиконцентрат есть, — проводник указал на заросли кустарника, — а вон там две «электры». Поэтому, еще раз вам говорю, если приспичит по нужде — сначала керамзитину в кусты, а потом уже заходить туда!

Бен крутил головой и вытягивал шею — ему очень хотелось увидеть, как земля постреливает электрическими разрядами, но отсюда никаких сполохов видно не было. А дядя Гера продолжал рассуждать:

— …Но самая большая трудность в Зоне — это, конечно, вода. Сами понимаете, от водопроводов тут давно ничего не осталось. Есть всего несколько мест, где можно набрать питьевую воду. Там, куда мы идем — ни одного источника поблизости нет. Потому и тащим, как ишаки. Ближайший кран — на Ростке, от вашего «Вымпела» туда полдня ходу в одну сторону…

— А Росток — это что? — спросил Бен.

— Это разрушенный завод, — пояснил сзади Ромка, специально для него. Ну, может еще и ради того, чтоб показать проводнику — мол, не первый раз я тут, так что не особо выпендривайся, дядя Гера! — Там территорию малость расчистили, приспособили для жизни, вот сталкеры туда и сползаются на отдых. И для затоваривания всем необходимым.

— Да, вода там хорошая, там очистители стоят, — кивнул дядя Гера. — Вот ведь нашлись у кого-то силы и средства, чтоб их туда завезти и смонтировать…

— Ну, у кого, — тихонько усмехнулся себе под нос Ромка. — Кому надо, у того и нашлись. Кому хабар нужен, а ходить за ним самим — боязно, те и сподобились более-менее обеспечить условия труда для тех, кто за хабаром потащится.

— Намекаешь на то, что скоро нам в трудовых книжках будут записи делать: «сталкер пятого разряда»?! — хохотнул дядя Гера. — И зарплату «белую» в ведомостях рисовать, и больничный оплачивать?!

— Вот мы смеемся, а не исключено, что так и будет, если Зона расползаться начнет, — совершенно серьезно заметил Роман.

— Да я бы не против, особенно если бы еще прописали в законе пенсию семье в случае потери кормильца… Это я про работу… А то у меня две девки-погодки, немного помладше вон его, — дядя Гера через плечо указал на Бена, — Одна школу заканчивает, другая в прошлом году закончила, а дальше учить их не на что… Мать-то без специальности, на улице тапочками торгует, и походу — девчонкам туда же дорога! Ради них в Зону и таскаюсь… Есть придурки, которые за периметр лезут приключений на свои задницы поискать, а я не из таких… Да приключенцев в последнее время развелось, как псевдособак нерезаных! С тех пор, как Зона после зимы проснулась и маленько тут подсохло, — ну, чтоб пройти можно было, — так толпы повалили! И главное, все больше бывшие вояки. По жизни одинокие, без захребетников — никого им кормить не надо, никто дома не ждет, потому и на хабар этим воякам начхать. То есть не совсем начхать, конечно… Из-за хабара они все-таки дерутся друг с другом… Но добыча для них — не главное! Главное — это подраться! А повод для драки-то всегда найдется… И из-за них в Зоне порядочному сталкеру проходу не стало!

Последние фразы дядя Гера буквально выплюнул, возмущенно брызгая слюной.

«Хм, прямо, как в статьях Валохина…» — подумал Роман. — «То есть, эти «приключенцы» как будто вдохновились идеей, предложенной Валохиным, и воплощают в жизнь нарисованную им картину… Если дядя Гера не преувеличивает и не ошибается, то ситуация становится довольно интересной. И сколько же их таких, этих авантюристов? Будут ли наши собирать статистику? Да и обратят ли вообще внимание на эту проблему? Хотелось бы узнать… Валохин наверняка действует по чьему-то заказу. Но кому и зачем это могло понадобиться?..»

— Кина американского насмотрелись, что ли… — продолжал рассуждать вслух о причинах нашествия «приключенцев» дядя Гера.

Бен молча, размеренно переставлял ноги под тихое бурчание скучающего проводника. Несмотря на холод, он уже успел взмокнуть — влажность-то была стопроцентная. Специальная «терморегулирующая» майка пока еще не липла к телу, но Бен был совершенно не уверен, что ее при том же темпе потения хватит и на завтра.

Давил на плечи рюкзак, давило на душу тревожное предчувствие и груз того, что осталось дома…

Их последняя — до отъезда — встреча со Светкой получилась нервной и скомканной.

Посреди недели Бен наконец-то урвал момент, чтоб выполнить задуманное. Ради этого ему пришлось пропустить почти целый тренировочный день, и соответственно — отпрашиваться у Ромки и объяснять, куда и зачем Бен собрался. Роман, выслушав его, странно притих. Помолчал. А потом даже предложил по-быстрому подкинуть Бена до места на своей машине.

Пожилая дама-нотариус, сухощавая, с неприятным резким голосом, была Вадиму незнакома — ни в лицо, ни по фамилии, хотя отец общался почти со всеми представителями юридических кругов в городе. Бен нарочно выбрал именно ее, чтоб от этой дамы наверняка ничего не дошло до отца. Незачем ему знать вообще ничего… Уехал сын — ну, и уехал. А Светке пришлось хотя бы частично, но объяснить. Потому, что иначе не удалось бы ввести ее в курс дела. Объяснить, а потом стремительно и резко давить в зародыше ее истерику — «Как это? Почему? Куда это ты едешь, раз можешь там погибнуть?» Еле удалось утихомирить девушку, а потом заставить ее дочитать текст завещания до конца. А потом заставить слушать и запоминать — что она должна делать, если в течение полугода о нем не будет никаких известий. И на всякий случай — кто еще может быть в курсе вадимовой судьбы. И визитка Шепелева. Честно говоря, насчет последнего Бен колебался — но ведь про Светку Шепелев все равно знает… Лучше уж пусть и она не остается в неведении.

От нотариуса они вышли молча, оба хмурые и угрюмые. Светка была на грани истерики, казалось — она вот-вот рванет с места в карьер, бежать неведомо куда и размазывать по лицу слезы. Но Бен крепко держал ее за руку — наверняка потом останутся синяки, но сейчас не до подобных мелочей. Потом поддел под локоть и повел, а скорее уж — потащил пешком, отмахнувшись от Ромки, ожидающего их на улице возле машины. Хотя тот и так понял… Нагнал их три остановки спустя, когда немного успокоившаяся Светка уже перестала вырываться и всхлипывать. «Да не грузись ты раньше времени, — грубовато бросил он. — Что у вас, баб, за манера — загодя хоронить?!» Ну не умел он успокаивать женщин…

Тогда они отвезли Светку домой, Бен поднялся с ней в квартиру, но разговора не получилось. Не получилось его и в следующее воскресенье; их традиционное свидание, уже ставшее за зиму «дежурным», в тот раз как никогда было тягостным для них обоих. Светка устала спрашивать, Бен устал отмалчиваться. Тогда, словно в качестве извинения за все ее прежние оставшиеся без ответов вопросы, он сказал только одно — «Мы с Ромкой едем в Зону». Девушка угрюмо скуксилась и обронила только «Ну вот…» Они скомкано распрощались, а через несколько дней Бен уехал.

А может быть, так лучше? До сих пор о походе знали только те, кого Бен не считал своими сторонниками. Не лучше ли узнать хотя бы кому-то, стоящему на его стороне? Так, на всякий случай… Наверно, секретность не сильно от этого пострадает…

…Тем временем ходоки миновали покосившийся павильончик автобусной остановки с разросшимся посередине кустом; слева остались железобетонные коробки какого-то разрушенного «промобъекта». Порывы сырого ветра то и дело доносили то невнятные подвывания, то глухие хлопки.

— Да собаки, — равнодушно и лениво пояснил проводник. — Опять какая-то тварь в «плешку» влетела.

Бен крутил головой по сторонам — все было внове, все любопытно, но ни справа, ни слева в пределах видимости ничего интересного не происходило, а впереди обзор загораживала широкая спина дяди Геры.

Вдруг очередной порыв ветра донес обрывки человеческой речи.

— Слышали?! — встрепенулся Бен.

— Блокпост впереди, — проводник обернулся к ведомым. — Вот и дотопали.