"Фантастика 2024-77". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Гостева Ирина - Страница 1715

Вячеслав в очередной раз оттянул и без того уже распущенный до второй пуговицы узел галстука.

— Да Олег Парфенов, инструктор по рукопашке, бучу поднял… Он то ли запомнил мой номер, то ли визитку у Вадима отобрал. Вчера вызвонил меня, попросил приехать к нему в больницу. И начал чушь нести… Я и раньше знал, что у него имеются заскоки по поводу биоэнергетики, на почве увлечения восточными техниками. У них же там вся эта мутотень… — Вячеслав изобразил несколько невнятных пассов руками. — Но пока его увлечения делу не мешали, к нему и не цеплялись. А вчера Парфенов мне заявляет: мол, у юнца энергетика нехорошая, «черная», он своих инструкторов сглазил. И его самого, то есть Олега, он тоже вроде как сглазил, оттого Олег с крыльца навернулся и плечо сломал.

— Кстати, как его состояние? — спросил Шепелев.

— Плохо, — махнул рукой Вячеслав. — Серьезный перелом, со смещением. Операцию делать будут. Минимум два месяца в гипсе, потом еще невесть сколько на реабилитацию уйдет… Ну так вот, послушал я вчера его бред… Всерьез, конечно, не воспринял, но вспомнил, что еще за день до того от него услышал о заболевшем «стрелке»… И подумал: дай-ка проверю — как у Вадима обучение движется? Звоню ему — телефон выключен. Звоню на базу… Оказывается, отметился у дежурного, и куда-то свалил. А инструкторы, к кому его прикрепили, и в самом деле все болеют! Один с острым гастритом в больнице, другой — охрипший дома сидит, говорить совсем не может.

— Это Кравец, который по стрельбе?

— Да, Иван Ильич… И ему я тоже позвонил, дочь за него ответила. У него, оказывается, даже не ангина, а воспаление голосовых связок! То есть говорить, просто обычным тихим голосом, он сможет минимум через две недели!

— А какой толк от безголосого инструктора, — ввернул Шепелев.

— То есть, с Вадимом уже несколько дней никто не занимается! — продолжил Вячеслав. — Особенно со «стрелком» проблема. Никто на себя ответственность брать не стал, раз распоряжений не поступало.

Роман слушал гневные речи с равнодушно-скучающим видом. Нельзя сказать, что его совсем не заинтересовала история о живой ходячей аномалии, к тому же обитающей у него в квартире, но он за годы службы уже привык отгораживаться бесстрастной маской. А Марина, к счастью, вспомнила о своих важных делах и вежливо откланялась, как только Вячеславу немного полегчало. Тем лучше… Роману всегда становилось не по себе в ее присутствии. Пусть даже проблемы с тренировками Бена ему до лампочки…

— А раньше за Беневицким подобное наблюдалось? — вдруг спросил Шепелев.

— Не знаю, — развел руками Вячеслав, — мы не проверяли. И распоряжений не было, да и времени мало…

— Проверьте на всякий случай. Конечно, поздно после драки кулаками-то махать, но все-таки… Мне вдруг в голову пришло — а не мы ли сами разбудили его способность «зеркалить»? Испытаниями под установкой…

— А даже если и так, то что теперь? — не понял Вячеслав.

Шепелев встал и прошелся по кабинету, подошел к окну, с задумчивым видом потеребил пальцем жалюзи.

— Чтоб была возможность выбирать меньшее из двух зол, если возникнет необходимость выбора, — туманно пояснил он.

Вячеслав в ответ пожал плечами. Мало ли какие причуды у начальства… Наше дело — выполнять.

— Рома, а ты как себя чувствуешь? — спросил Шепелев.

— Честно говоря, еще не очень, — признался Роман. — Устаю быстро. И ребра еще не зажили.

Шепелева, судя по выражению его лица, ответ не обрадовал. Он хмурился и молчал.

— Когда ты сможешь вернуться к работе? — наконец спросил он.

— Намекаете на то, что я должен буду прямо сейчас заняться Вадимом? — скучным тоном поинтересовался Роман.

— Да, прямо сейчас. Дальше тянуть уже некуда. Бегать с ним по полосе препятствий тебя никто не заставляет, но погонять его в тире-то ты в состоянии? Ты хороший боец… Будешь учить его тому, что умеешь сам. Да и теперь, как сам видишь, именно тебе заниматься с ним целесообразнее. Тебя он с лестницы ронять не станет… В крайнем случае, риск, что это он все-таки это сделает, минимальный, — усмехнулся Шепелев. — Он тебя уже считает другом-приятелем. Вон, к тебе же рванул от злых инструкторов, не к кому-нибудь… Значит, и опасаться нечего. План занятий Слава тебе отдаст.

На лице Вячеслава отразилось нечто похожее на облегчение. Строптивый мальчишка успел надоесть ему хуже горькой редьки.

Роман пожал плечами и встал:

— Ладно. С вашего позволения, пойду собираться.

Бен в приемной вскочил на звук открывшейся двери. Проводил настороженным взглядом хмуро зыркнувшего на него безопасника, и шагнул к Роману.

— Ну, что?

— Да ничего, — с равнодушным видом пожал плечами тот. — Завтра едем на базу. Теперь я займусь твоим воспитанием.

По его тону, как всегда, невозможно было понять, шутит он или говорит серьезно.

— Чё, правда? — переспросил Бен с недоумевающим видом. — Чего это они вдруг тебя-то запрягли?!

— Правда, правда. Поехали. Сегодня еще дел полно. Сначала двигаем в гараж — мою тачку реанимировать. Небось, там аккумулятор сел…

На Марину, тихонько сидевшую в углу за дверью, напротив секретарского стола, он внимания не обратил. Ну, или сделал вид, что не обратил.

Когда парни ушли, Марина Николаевна, грузно переваливаясь с ноги на ногу, вошла в кабинет. Шепелев встретил ее вопросительным взглядом.

— Мальчишка был напуган, только и всего, — прокомментировала она. — Мне мало что удалось ощутить, в основном все забивал своим раздражением Вячеслав…

— Его мнение особой роли не играет. А какова реакция Романа?

Марина помедлила с ответом; сосредоточенно хмурила лоб, словно подбирая наиболее точные слова.

— С одной стороны, он был недоволен тем, что на него взвалили ученика. И это логично, зная его пониженную контактность. Но испуга или хотя бы опасения о том, что он как инструктор тоже может вызвать у Вадима раздражение, и получить так же, как получили другие инструктора — этого не было! И вот это уже нелогично. Спокойная уверенность в том, что он справится с работой, хотя делать ее не хочет, — вот так можно описать чувства Романа.

— Вы уверены?!

Марина кивнула. А Шепелев призадумался…

На базе Роман первым делом повел подопечного в тир. Выдал автомат и патроны, а сам надел наушники и уселся за тренерский стол.

— Стреляй по мишени. Без команды, в своем ритме, просто стреляй, как сможешь.

Бен выдохнул и нажал на спусковой крючок. Роман приник глазом к подзорной трубе: «Н-дааа… И это называется — минимум неделю его уже учили… Десятиклассник на уроке НВП клал бы выстрелы кучнее…»

— Придется все начинать с начала, — пробормотал он себе под нос.

— Ром, ты что-то сказал? — встрепенулся Бен, поворачиваясь в его сторону. — Ой… То есть… Как я теперь должен к тебе обращаться? «Товарищ инструктор», или что-то в этом роде?

— Не морочься, — отмахнулся Роман, — Не в погонах… Ну-ка встань. Убирай отсюда эти мешки и волоки вон ту тумбу, будешь пока из позиции «с колена» стрелять. А то мне ползать рядом с тобой лежа пока что затруднительно… Ребра, знаешь ли…

И пояснил в ответ на непонимающий взгляд Бена:

— Грудную клетку же вскрывали, чтоб внутри сосуды заштопать. У меня три, что ли, ребра надпилены… В этом-то есть и самая большая неприятность. Когда еще срастутся… Потому и ковыляю, как старый дед, не в каждую сторону еще согнешься-разогнешься… Ну, чего смотришь, тумбу тащи!

Когда необходимые приготовления были завершены, Роман сам сделал несколько выстрелов.

— Ниче, со скидкой на длительное отсутствие практики — вполне нормально, — подвел он итог.

— Да ладно тебе! Круто! — Бен разглядывал его мишень в подзорную трубу.

— Ты еще не видел, что значит — «круто»… Иди сюда и вставай за тумбу. Автомат бери. Так… Ну-ка покажи, как ты целишься. Нет, неправильно. Вот так наводи… Пли!

Грохот выстрелов.

— Опять наводку сбил, — укоризненно вздохнул Роман. — Эх, о чем ты только думаешь?..