"Фантастика 2024-77". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Гостева Ирина - Страница 1677

— Что, уже башка почувствовала? — тихо раздалось справа под ухом. Кащей незаметно для Ежа приблизился, хотя все время делал вид, что прикрывает любопытного спутника сзади.

— Вроде есть немного, — согласился Генка.

— Тогда все, поворачиваем. — Кащей потянул упрямца за рукав. — Все-все, журналист, давай обратный ход!

Генка с сожалением вздохнул, снова поднес к глазам бинокль. Ворота — вот же они, рукой подать… Так и манят приоткрытой створкой…

— Не выкобенивайся, — словно угадал его мысли Кащей. — Думаешь, зря здесь та группа ошивалась? Наверняка с теми же намерениями приходили. Только хрен им в лапки…

— Неужели нет способа туда пройти? Защиту какую-нибудь на голову…

— Значит, до сих пор не сумели ее сделать. Ёж, давай-ка обратно! Ничего мы тут не выстоим. Только псы на свежатинку прибегут, чего доброго, или снорки… Я не меньше твоего хотел бы внутрь попасть. Но, как видишь…

Раздосадованный Генка еще несколько раз оглянулся назад, пока тройка уходила прочь от так и не достигнутой цели путешествия. По всему выходило, что протаскались они зря. Артефактов никто им тут не оставил; загадочный «Вымпел» так и остался недоступным, отснятый материал был полным фуфлом, из которого ничего не выжмешь… Вот ведь непруха-то!

Желание разузнать, кто именно приходил к «Вымпелу», настойчиво проедало Генкин мозг. Конечно, визитеры на месте не оставили совершенно никаких следов, по которым их можно было бы как-то идентифицировать, но… Но мы же не в вакууме живем! Всегда кто-то что-то слышал или видел, и всегда у кого-то зачешется язык, вынуждая поделиться увиденным и услышанным с собеседниками. Любой клубок можно размотать, если взяться с нужного конца. А все концы слухов, сплетен и баек здесь стягиваются к местам сталкерских ночлежек и тусовок. И Генка подкатил к бармену на Ростке. Естественно, задавать интересующие его вопросы он подошел не с пустыми руками. От «совершенно лишних, завалявшихся тут у меня» пары почти новых калашей бармен заметно подобрел и вспомнил, что вроде бы как слышал болтовню о том, что Воронок связался с вояками. Сам проводник этот факт, естественно, напоказ не выставлял, но слухами земля полнится — и сталкеры, откуда-то узнав об этом, вылили немало яда в адрес предателя Воронка за кружками в баре.

Вообще-то ту группу мог вести не обязательно Воронок, подумал Генка, но проверить стоит. Выбор невелик — немногие из сталкеров идут на сотрудничество с военными. Если бы за последнее время с вояками связался еще кто-то, то осуждали бы и его тоже. А разговоры шли только о Воронке.

А потом нашелся и дружок Воронка, который не утратил к нему расположения даже из-за сотрудничества с военными. Конечно, нашелся не сразу — Генке пришлось немало помочалить язык и потратиться на водку, прежде чем один из собеседников сболтнул «да Васька Турист все с Воронком корефанился, если тебе чего надо — ты его разыщи. Я его недавно на Свалке видел.» Потом еще какое-то время ушло на поиски Туриста — естественно, он не стал дожидаться на Свалке, пока до него доберется некий интересующийся товарищ, а отчалил по своим делам на Янтарь.

Ну, слава всему святому, Василий по прозвищу Турист хотя бы не сгинул в Зоне и нашелся живым! Правда, изрядно потрепанным. По пути на Янтарь Турист то ли отравился чем-то, то ли в неизвестную аномалию, влияющую только на живые организмы и не определяющуюся детектором, попал — но факт: он туда доплелся уже очень сильно больным. Турист по старой памяти рассчитывал обратиться за помощью к работникам научной станции, и был неприятно удивлен новостью: оказывается, состав работников Янтаря полностью поменялся. Теперь вместо старых знакомых, с которыми многие сталкеры были на «короткой ноге», в научном лагере разместилась международная экспедиция. И охрану к ним приставили отнюдь не такую, как раньше — к новым служивым подкатывать с предложениями «договориться» и проникнуть на территорию лагеря было бесполезно; службу они несли и за страх, и за совесть. Пускали не дальше «пятачка» у ворот — артефакты продать. Господа иностранные ученые, точно так же, как и свои русские, предпочитали загребать жар чужими руками, и хабар «с доставкой на дом» приобретали охотно.

Так что Турист крупно просчитался… И теперь не представлял, как будет выбираться обратно. Потому и потребовал с Генки, углядев в нем лицо очень заинтересованное, в качестве платы за информацию о Воронке довести его, то есть Туриста, до периметра. «А дальше уж я сам как-нибудь…»

Самое гнусное, что решение этого вопроса не зависело целиком от Генки — сунуться вдоль по Зоне без проводника, то есть без Кащея, он бы в здравом уме и твердой памяти не рискнул. Это означало бы и самому погибнуть, и доверившегося ему спутника погубить. Но Кащей, вопреки ожиданиям, очень легко согласился — видимо, в расчете на то, что рано или поздно ему самому придется просить кого-то о такой же помощи.

Дорога оказалась очень трудной. Во-первых, вещи Туриста пришлось разделить между собой — он и без поклажи еле плелся, во-вторых, несколько раз по пути ему настолько плохело, что его приходилось тащить на чьей-нибудь спине. Ладно еще, мужик не наглел, и как только его отпускало, слезал с «носильщика» и шел сам.

Зато хоть овчинка выделки стоила. Как рассказал Турист уже за периметром, они с Воронком продолжали общаться даже после того, как большинство сталкеров отвернулись от «предателя». Сотрудничество с военными освобождало от уплаты мзды за проход через блокпост; потому-то Воронок и согласился водить по Зоне погонников. Да, у них, конечно, есть свои, штатные военсталы, вооруженные до зубов, упакованные по самое «не могу» и тренированные до автоматизма. Но только когда становится нужен «Дерсу Узала», его всегда ищут среди местных, всю жизнь проведших в этих краях, и последние пять лет — внутри периметра.

Незадолго до последней ходки Воронок виделся с Туристом, просил того «сообщить моим, если что», и обмолвился, что ведет вглубь Зоны группу военных, причем ведет в место, считающееся очень гиблым. Под «моими» Воронок подразумевал родителей и жену, которых и просил известить, если не вернется. В какое конкретно место идет группа — Воронок не сказал, сославшись на «секретность». Но Генка догадался и так… «А откуда шла группа?» — спросил он, не особенно надеясь, что Турист может это знать, но так уж, для очистки совести спросил. И был приятно удивлен: оказывается, Воронок упоминал в разговорах с другом о своих визитах на Кордон, и бывал там несколько раз незадолго до последнего похода. А возле Кордона как раз находилась военная база… Та самая, возле которой Генка отирался еще весной, и обитателям которой успел изрядно намозолить глаза. «Значит, нам туда дорога», — усмехнувшись, вспомнил он слова из старой военной песни. Ну, естественно, не на саму базу, а на Кордон. Потому что к военным «в лоб» не подкатишь, тут обходной маневр нужен. И сам Генка сделать его не сможет. А сможет только какой-нибудь обитатель здешних мест, у кого везде, — и в том числе среди вояк — все схвачено. И по крайней мере одного такого человека на Кордоне Ёжик точно знал… Конечно, цену за услуги он заломит несусветную, но куда же деваться — любопытство дорого стоит. И ладно, если его стоимость будет выражаться только в деньгах.

…Сидорыч долго раздумывал. Вздыхал, покрякивал, потирал подбородок, щелкал «мышью», перелистывая какие-то страницы на своем лэптопе. Генка терпеливо ждал, сидя на жесткой крышке деревянного ящика. Наконец Сидорыч проговорил:

— Вот чего, Гена… Встречу с ихним штабным писарем я устраивать не буду, незачем тебе лишний раз им на глаза попадаться. Сам встречусь и все расспрошу про ту группу… Конечно, со штабным я не знаком, да и дела с ним никогда не имел, тут через интенданта придется действовать…

«Нарочно перечисляет все звенья цепочки», — думал Генка, — «Намекает, зараза, скольким ему придется отстегнуть за услуги, чтоб я не удивлялся сумме, когда он ее назовет».

Сидорыч умолк, сложил на пузе руки и многозначительно смотрел на собеседника. Пауза затягивалась…