"Фантастика 2024-77". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Гостева Ирина - Страница 1673

Над забором виднелось два корпуса — обычных, типовых блочных коробки. Один поближе к воротам; другой подальше. В ближнем вместо окон зияли черные, обгоревшие провалы; в другом — часть высоких проемов была выложена прочными, двухслойными стеклянными плитками.

Опустевшая железобетонная коробка глядела темными глазницами выбитых окон на враждебную местность. Казалось, в воздухе мерцают кристаллики. Словно редкие сухие снежинки, мелкие и невесомые, медленно-медленно даже не летят — а оседают из снеговой тучи. Группа подошла ближе. До ограды вокруг территории института оставалось примерно метров сто пятьдесят, когда Ромку вдруг накрыло.

На голову надавило, словно в набирающем высоту самолете. Толчки крови отдавались в ушах гулом, а потом гул постепенно стал превращаться в невнятный шепот. Ромке казалось, что он даже различает отдельные слова… Если подойти немного поближе, то он сможет расслышать лучше…

— Ромыч, ты куда?! — отчаянно завопил сзади бесцеремонный Воронок. — Нельзя ближе, свихнешься!

Роман с трудом осознал его слова сквозь гул, заливающий голову изнутри, и потому не успел затормозить сразу, и продвинулся еще на несколько метров вперед. Гул превратился в боль. В тяжелую, вязкую, изматывающую боль. Ромка согнулся, зажимая руками виски, голова закружилась, и он еле удержался на ногах, когда подбежавший Мальцев схватил его за лямку рюкзака и чуть ли не волоком потащил обратно.

И после этого до Ромки дошло. Детали сложились в четкую картину.

Точно такая же сильная, отвратительная, тошнотворная боль сжала его голову однажды во время визита в Леспромхоз, с нагруженными всем необходимым сумками для Юрия Михалыча и Толика. Да, он в тот раз отзвонился при въезде, как требовалось по инструкции, совершенно не понимая, для чего он это делает. Сказали — надо, он так и делал, не задавая вопросов. Он отзвонился и поехал ближе; и вдруг ни с того, ни с сего навалилась головная боль. Да такая сильная, что Ромку вытошнило — еле успел остановить машину, распахнуть дверцу, и высунуться наружу. И тут вдруг раздался звонок Толика. «Ром, ты сейчас где?!» Или Роману показалось, или у Толика на самом деле был очень испуганный голос. «Уже к зданию подъезжаю», — с трудом сумел выговорить Роман. Было слышно, как Толик ойкнул и выругался перед тем, как бросить трубку. А несколько минут спустя боль откатила так же внезапно, как и накатила. Толик выбежал к нему из подвала, но, увидев уже вполне пришедшего в себя Романа, перевел дух и проглотил так и не сорвавшуюся с языка фразу.

Вот что за дрянь, оказывается, была там, в подвальной лаборатории поселка Леспромхоз. Такая же, как здесь, только послабее. Здесь-то вон на сколько дальше излучает… А тогда, в Леспромхозе Толик, вероятнее всего, просто лажанулся и не выключил установку вовремя. И еще несколько раз вместо Ромки в Леспромхоз ездил Мальцев. То ли этот тугодум позабыл позвонить при въезде и случайно попал в поле действия работающей установки, то ли они нарочно начали проверять всех сотрудников на предмет устойчивости. Но факт — нужного человека нашли. Мальцев был свеж и бодр на таком расстоянии от «Вымпела», на котором у Романа голова уже раскалывалась. Вот почему все они — пятеро бойцов и проводник — должны были всего лишь помочь Мальцеву добраться до места, а внутрь мог зайти только он…

Мальцев водрузил на голову тяжелый, громоздкий шлем, который до того всю дорогу тащил в рюкзаке. Ну, еще бы — такой вес на голове долго не выдержала бы даже его могучая шея. В шлем была встроена какая-то защита от излучения — наконец-то счел нужным объяснить Силантьев. «Отходим вон туда и ждем. Сергей закрепит на воротах индикатор, если значок на нем станет зеленым — значит, излучение пропало.» «А если не станет?» — Роман спросил об этом, когда мощная кряжистая фигура Мальцева мелькнула между створками ворот. «А если не позеленеет за два часа — разворачиваемся и уходим, — жестко ответил Силантьев. — Мы все равно ничем не сможем ему помочь. Ты же сам ощутил — насколько обычный человек способен приблизиться к этому чертовому СКБ.»

Самым удобным местом для ожидания Силантьев счел облезлую металлическую тушу «Камаза» с фургоном.

Когда-то потерявший управление автомобиль не вписался в поворот, и его вынесло с шоссе на обочину. Сквозь грязное лобовое стекло в кабине виднелись очертания одетого в защитный костюм тела, упавшего головой на руль — водитель, похоже, погиб мгновенно.

— Наверное, его накрыло, когда Зона впервые проснулась, — тихо предположил Воронок.

Хотя это было совсем неважно…

Туша грузовика кое-как, но прикрывала им спины. Роман присел под спущенным колесом, с «Винторезом» наготове — вдруг издали выбредет шатун с огнестрелом. Перед уходом Мальцева он, взобравшись на крышу кабины, из «Винтореза» расчистил от шатунов и прыгучих тварей институтскую территорию — насколько позволял угол обзора. Он помог соратнику, чем мог. Теперь оставалось только ждать.

Вокруг расставили растяжки на тот случай, если попрут незваные гости — хоть двуногие, хоть четвероногие; и заняли круговую оборону. Кроме Романа, у всех автоматы, и ПКМ в группе есть — в случае необходимости шквальный огонь будет обеспечен… Но пока все тихо. И квадрат на экранчике прибора — оранжевый. А голова у Ромки раскалывалась уже там, где индикатор был светло-желтым…

И вдруг его толкнула мысль, вроде бы лежащая на поверхности и очевидная, но до сих пор почему-то она не могла оформиться четко. Тот мальчишка-турист… Он ведь разгуливал возле конторы Леспромхоза, когда установка под ней излучала на полную мощность… Или нет?! Или он подошел позже — когда после звонка подъехавшего Романа ее временно выключили?! Роман начал прокручивать в голове все детали и подробности, какие мог вспомнить. Рассказ юного туриста. Приблизительное время… Нет. Выходило, что установка работала.

— Слышь, Андрей, — он окликнул Силантьева, — я тут только что подумал… А как же те, кто в надземных помещениях «Вымпела» работали, переносили излучение? Если тут сейчас такой ад творится…

— А им нечего было переносить, — отозвался Силантьев. — Лабораторию окружали мощные экраны. И операторские пульты тоже. Но когда электропитание отрубилось, то и экраны отключились, соответственно. И все дерьмо наружу полилось…

— Электропитание отрубилось?! А за счет чего же тогда установка продолжает работать?

— Кто ж ее знает, — фыркнул Силантьев. — Это, приятель, Зона! Тут и не такое бывает. Зайдем внутрь — увидим… Если зайдем, — тут же оговорился он.

«В Леспромхозе, наверное, тоже так было, — подумал Роман, но свои соображения озвучивать не стал. — Но сейчас ради экономии или из-за износа проводки отключили питание внешней защиты, и экранами защищен только операторский пульт. И получилось, что все излучение постоянно идет наружу. Да чего и кого им жалеть? Поселок пуст. Редкие гости о своем визите сообщают на подступах. Кто ж знал, что в эту глушь занесет туристов?.. Собственно, все, кроме Вадима, среагировали естественно — заболела голова, появилось желание уйти оттуда как можно дальше. А Вадим… Коли так — уж не устойчивее ли Мальцева этот парень?»

По открытой части его лица мазнул мягкой лапой ветерок. «И не только по лицу», — вдруг с немалым удивлением почувствовал Роман. Такое впечатление, что дуновение прокатилось по лбу, по макушке, по затылку, но ведь они закрыты шлемом! И вместе с этим движением воздуха в ушах опять послышался невнятный шепот — как тогда, при приближении к воротам… Как будто кто-то пытался с ним поговорить, но бормотал слишком тихо. А дуновение… Оно словно бы прокатилось не снаружи головы, а внутри… Оно ощущалось как прикосновение к мыслям Романа… «Что за странность?» — он невольно встряхнул головой. Ощущение пропало.

Прошло минут сорок. Условного сигнала от Мальцева — сдвоенного выстрела — все еще не было. Вдруг раздался отчаянный вопль Воронка:

— Тва-ари!

Проводник указывал рукой в сторону, противоположную входу в «Вымпел» — оттуда катилась бурая волна уродливых псов.