"Фантастика 2024-77". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Гостева Ирина - Страница 1172

– Укрываемся! – крикнул Олег, когда я выпустил последнюю пулю, и мы разбежались.

Кстати, я уже успел обдумать, что делать, если вдруг немцы нас засекут и гранатами решат закидать. Тут ведь кругом кипы кож, можно обрушить их на себя – глядишь, и выживу. Я крикнул об этом парням, но они уже бежали к лестничному пролёту. Ну а я обрушил на себя одну из кип. Тяжело, смрадно, аж голова кружится, зато безопасно.

Тут как раз послышался шум, я едва успел открыть рот, как загрохотало. Чёрт, немцы гранат не жалели! Видать, сильно не понравилось им, как мы их расстреляли, помогая бежать пленным. Штук двадцать гранат уже в подвал закинули и всё бросают и бросают. Шкуры на мне сотрясались, иногда по ним что-то попадало, но до меня, к счастью, не добиралось.

Когда всё стихло, я ещё с полчаса лежал как мышь под веником. Наконец послышался шорох, второй. Я думал, это парни, уже хотел голос подать, как вдруг заговорили по-немецки. Чёрт, немцы в нашем подвале! Кто-то по моей кипе прошёлся – сдавило сверху несколько раз, – но я лежал молча и пережидал.

Минут через десять, когда всё окончательно стихло, я осторожно выглянул и осмотрелся. Снаружи уже темнело, видно было плохо, но постепенно глаза привыкли к темноте и я убедился, что один в подвале.

От взрыва гранат подвал серьёзно пострадал. Думаю, если бы я вылез раньше, увидел бы тут тучи пыли, но на данный момент она уже осела. С трудом сдерживаясь – долго терпел! – я подбежал к небольшому чану с крышкой, который мы как туалет использовали, поставил его, а то он на боку лежал, и с облегчением отлил. Уф, долго терпел, а чем больше думаешь, тем больше хочется – проверено на собственном опыте. Потом сделал жест рука – лицо: на черта чан поднимал?! Можно было так напрудить. Это всё от шока и усталости.

Быстро пробежался, отметив, что проём наружу расчищен. Напарников не было видно, и что-то подсказывало мне, что они в плену, если не погибли. Крови я не нашёл. Достал вторую половинку буханки и снова сделал бутерброды из тушёнки, съел два из трёх, и чёрная дыра в пузе пока угомонилась. Третий бутерброд убрал в хранилище, потом его съем. Налил воды в опустевшую фляжку и утолил жажду.

Снаружи уже стемнело, а я занялся спрятанным в хранилище немцем: надо было избавиться от него. Достал немца и первым делом выключил фонарик, выскользнувший из его руки и неприятно резанувший лучом света по глазам. Подождал – вроде снаружи не заметили света в подвале. Потом продолжил. Ну, форму брать нет смысла: этот бугай в два раза больше меня, на голову выше и на полметра шире в плечах, так что форма его на мне будет висеть как на вешалке.

Однако трофеев на нём было изрядно. Я снял ременную систему с подсумками, на ней фляга полная, потом гляну, что внутри. Тут же на ремне кобура, глянул – это был парабеллум, к нему два запасных магазина. Два подсумка с чехлами для МП, с шестью запасными магазинами. Проверил – все снаряжены, хотя от автомата несло порохом, из него явно хорошо постреляли, а почистить не успели. За голенищами сапог я нашёл две гранаты – те самые, с длинными деревянными ручками.

Прошёлся по карманам, в них оказалось много всякой мелочовки. Нашёл две пачки сигарет, одна из них непочатая, зажигалку, похоже, в серебряном корпусе, коробок спичек. Документы прибрал, деньги вместе с портмоне, часы с руки, перочинный ножик – вещь нужная. Подумав, стянул и сапоги: пусть на два размера больше моего (а у меня сорок второй), но можно будет на что-нибудь обменять – сапоги ношеные, но справные. Жаль, ранца не было. Жетон на шее немца я трогать не стал, оставил тело и скользнул к выходу из подвала. Снаружи окончательно стемнело, так что есть шанс уйти. Однако вот так сразу уходить я не желал: всё, что заберу у немцев, моё.

Честно говоря, меня потряхивало, но я держал эмоции в руках. Для облегчения носимого веса – а колено болело, ещё как! – я убрал винтовку, сидор и каску в хранилище. Пистолет, приведя его к бою, сунул за ремень, после чего, сильно хромая, двинул в обход здания, запинаясь о кирпичные обломки и пару раз едва не упав. На улице было темно, поди знай, кто бродит, немцы патрули тоже гоняли. Но сейчас городе стояла тишина. Последняя перестрелка, резко начавшаяся и так же резко стихшая, была минут двадцать назад.

А двигался я на улочку, которая несколько часов назад стала ареной боя. Немцы тут уже всё подчистили, раненых и убитых унесли, пленных угнали. Но перед тем как стемнело, на улицу завернула длинная колонна грузовиков и встала у пешеходной части. У машин прохаживался часовой. А я хотел пошукать в кузовах, уж больно хорошо гружённые были машины. Это была опасная затея, потому и потряхивало меня. Я держал фонарик наготове, рассчитывая, если меня заметят, ослепить им немцев, что даст мне дополнительное время. Но вот сбежать я бы не смог: с травмированным коленом я не бегун.

Часовых оказалось даже два: в начале колонны и в конце. Они ходили вдоль колонны навстречу друг другу. Первой машиной, которую я увёл, была армейская легковая машина – кажется, «кюбельваген». Брезентовый верх был опущен, мотор располагался сзади, а запасное колесо – на капоте спереди. Проблема была в шофёре: тот устроился на заднем пассажирском сиденье и спокойно себе спал, свесив ноги через открытую дверь.

Пришлось дождаться, когда часовые разойдутся и прирезать немца, причём его же штык-ножом от карабина. Он ременную систему скинул, повесив её на руль, вот я и достал штык да ударил, одной рукой зажав немцу рот. Он подёргался и замер. Хм, вот это убийство противника далось мне куда легче, чем то первое, бандита из схрона. Быстро найдя документы немца, я их забрал, а тело убрал в хранилище, планируя избавиться от него позднее.

Машину отправил следом. Ого, восемьсот сорок шесть кило, машина не пустая. Потом гляну, что в ней есть. Замок зажигания взламывать не придётся: ключи торчали в замке. Кроме того, были карабин шофёра и его сапоги, которые тот скинул, когда лёг спать. Сапоги сорок второго размера – как раз мой. Всё прибрал. Вообще, я на лёгкий мотоцикл и велосипед рассчитывал, ну да ладно, такая машина тоже пригодится.

Потихоньку я стал изучать кузова остальных машин. Опа, от одной отчётливо бензином тянуло. Осторожно забрался внутрь и, неудачно ударившись больным коленом о борт, с трудом сдержал крик. В кузове стояли бочки. Аккуратно скрипя металлом крышки, я открутил одну, проверил – бензин и есть. Прибрал три бочки, хватит пока, шестьсот литров запаса – это вполне неплохо. Оглянувшись, заметил, что один из часовых остановился на месте пропавшей легковушки и с недоумением осматривается, поджидая напарника.

Покинув кузов, я обследовал следующую машину. Патроны. Приметив ящики с гранатами, взял два, и ещё один с патронами, после чего захромал прочь, пользуясь тем, что часовые довольно громко что-то обсуждали – очевидно, непонятную пропажу машины. По дороге избавился от тела шофёра. Напоследок ещё раз обыскал его и наткнулся на часы на руке – как же это я так? Снятые ранее с фельдфебеля (а я думаю, что немец был именно в таком звании) были у меня на руке, я подзавёл их.

А теперь стоит поднять над городом дрон. С колонной мне повезло, но пока не закончилось тёмное время суток, нужно найти ещё что-нибудь интересное, и дрон мне в этом здорово поможет. Для начала нужно такое место, чтобы меня не нашли, пока я с ним работаю, и не заметили свет от экрана моего планшета.

Подходящее место я подобрал – развалины дома, которые ещё дымились. Там и присел у стены. Подняв дрон, стал гонять его туда-сюда. Сразу приметил стоянку нескольких лёгких немецких мотоциклов у одного из зданий, где висел немецкий флаг. А потом и около сотни велосипедов – да тут, похоже, целая велосипедная рота встала на ночёвку в саду школы. Также отметил, что во многих местах город поодиночке пытаются покинуть люди в гражданской одежде и в нашей форме, немало было и раненых.

Получаса мне хватило. Я вернул дрон на последних крохах энергии, мог бы и раньше пригнать, но заметил кое-что и пришлось снизиться, чтобы определить, что это. Маршрут был продолжен, можно идти. Я убрал дрон, отметив, что надо будет найти время его зарядить, и двинул по улочке, шагая с краю и держась в тени забора, так как светила луна.