"Фантастика 2024-77". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Гостева Ирина - Страница 1138

Уставились они на меня. Разозлился я слегка. Нет, чтоб помочь.

— Идите, лагерь наемников занимайте. Напачкано там. Четыре «двухсотых». Приберите сами. До бара дойду. Не теряйте меня, с Филином хочу пообщаться, — отомстил я им. Пусть поработают. А мне, может, вздремнуть удастся. Да и артефакты надо прибрать в хранилище.

— Крут у нас Клинок. Вышел на разведку, четыре трупа, лагерь наш, — услышал я краем уха разговор за спиной. — Повезло нам с командиром.

— «Крут» не то слово. Орел. Только он не командир, а разведчик, — сообщил Стилет Ярлу. — А делами Скрип заправляет. Он везучий. И для других удачу приносит.

Наш командир снайперской группы в оцепенение впал. Я за поворот ушел, а они еще стояли. Ну, и ладно. Весь день впереди. А меня ждет утренний кофе, заслуженная награда меткому стрелку, виртуозу пера и поэту пули. Под пером я нож имею в виду, если ты шутки не понял, братишка. И снова асфальт под ногами. Сколько километров пройдено по этому шоссе Чернобыль — Припять? Да кто их считал. Не деньги. Те счет любят, а километры делятся на пройденные и те, которые еще надо пройти.

На посту доложил кратко и по существу.

— Наемников на Милитари зачистили в ноль. Лагерь заняли. Там был «монолитовец». Сообщите руководству.

В баре все по привычной схеме прошло. Хабар сдал, за наш столик сел, кофе пью.

Информатор трофейную электронику потрошит, тайны добывает, тайники и сведения ценные. У меня на шее весточка от самого Меченого висит, только я тебе ее не дам. Она для Умника. Деньги получил, все прибрал, третью кружку кофе приговорил. Какой теперь сон? Не получится. Тогда поговорим.

— Мысли есть. Выскажу, а вы подумайте, если что не так, поправите. Считаю, что самого главного нам в клане не надо. Если в вожаки Данцигер выйдет, а он может, наплачемся. Да и Фунтик не намного лучше. Всех работать заставит.

Люди представили себя на работе и содрогнулись.

— Совет клана. Любой мастер автоматически входит в совет, а член совета считается мастером.

Информатор резко сутулую спину разогнул. Это я нам статус на три позиции продвинул. В момент. Ну, как же сердце позабудет, того, кто хочет нам добра, того, кто нас выводит в люди, кто нас выводит в мастера?

Сирена продолжала петь свои песни.

— На совете простое голосование. Не нравиться, не делай. Можешь из клана выйти, хоть временно, хоть навсегда. Долю у казначея получи, и свободен.

— Не разбежится народ? — озаботился Скрип.

— А некому. У нас людей много не будет. Трое здесь присутствующих, Данцигер, Пика, Стилет, Ярл. Фунтик, Епископ и представитель от псов. Рядовых у нас всего двое, Игла — наш снайпер, и автоматчик — напарник Ярла. Остальные на договорной основе работают. Мы к себе за уши тащить никого не будем. Оружие мы им дали, кормим, деньги за работу платим. Царствие небесное на земле вряд ли когда будет, а совесть наша чиста.

— А от псов кто будет в совете? — уточнил Информатор.

— Да хоть все. Пусть по очереди ходят или стаей сидят. Или мы к ним будем в гости захаживать. На шашлыки. Мне без псов совсем тоскливо бывает. Одна стая — один голос. Они никогда не спорят. Только дерутся. Загрызут несогласного и дальше живут мирно.

Всем понравилась такая постановка вопроса. Удручало малое число рядовых, но это было поправимо. Если хотя бы половина рабочих в клан попросится, то будет хорошо. А больше — отлично.

— Меня не теряйте. На Янтарь сбегаю, с проверкой. Может, Миротворец тоже к нам присоединится. Охотник и Бродяга одиночки до мозга костей, так и будут по Зоне бродить в поисках случайного билетика в страну счастья.

И посплю, пока все на работе надрываются. Это я подумал, говорить не стал.

Сделал всем ручкой. Общий привет. Аста ла виста, бэби. И свалил.

Глава 13

Зона, Дикая Территория

Первый заводской двор перешел не задумываясь. Только в коридор войдя, вспомнил, что дятла надоедливого здесь подловили. Для засады место удобное. Не так, конечно, как наемники стояли. В люке надо устраиваться, на втором этаже. Издалека услышишь гостя долгожданного. Прыгай на него сверху, вяжи его тепленького. Большую группу можно перестрелять, а совсем большую пропустить. Пройдут мимо, не заметят.

Короче, я бы там засел. Тут, по битому кирпичу, тихо не подкрадешься. Ствол наизготовку, и вперед. Двум смертям не бывать, а одной не миновать. Наша смерть гонит нас в путь, наше время движется вспять, мы все большая стая самых гончих псов.

Проверить реакцию, у кого лучше, не получилось. Пусто. Во второй двор более обдуманно заходил. Весь завод, это одна гигантская огневая точка. Клянусь. Назови любое место, какое первое в голову взбредет, устраивайся, и будет тебе счастье. Серьезно. Просто в центре двора встань, за пустую бочку спрячься, и готово. А на вышку залезть? За каждым деревом присядь, и ты король.

Я сразу за контейнер ушел, на капот грузовика залез, бортом кузова прикрылся, и снайперским прицелом, как подзорной трубой, двор обсматриваю. Если что-то не понравится, палец указательный на спуске лежит. Ходите, Сема, рядом, сбоку, без вас мне очень одиноко, а если что заметишь, так стреляй! Плаксу бы мне, а то глаз вперед смотрит, а уши в узел от напряжения закручиваются. Не слышны ли шаги в гараже? Ткнут автоматом в бок, слезай с машины, приехали. Я сдаваться не намерен, пусть так убивают. На всякий пожарный случай в кармане куртки «лимонка» лежит. Попробую с собой утащить, если получится. Нет, и в гараже тихо, и во дворе пусто. А дальше уже козыри наши, а мы ребята не ленивые. Перетасуем колоду перед сдачей.

Ушел на станцию в пролом под вышкой. Если они меня ждут на выходе с перрона, могут с горя застрелиться, не вижу препятствий. За вагонами укрываясь, короткими перебежками выходил с фланга на брошенную стройку. Пусто.

Первый этаж через здание скользнул. Там, в тени стен, кто тебя увидит. На выходе на кран глянул, и сразу залег. Дрожь по спине, и во рту все пересохло. Кто там говорил, что чем больше он узнает людей, тем больше любит собак? Так я с ним согласен. Чего я на снорков взъелся? Люди похуже будут. В голове одна мысль крутилась. Кто?

Выскочил за угол, чиста площадка. До перехода с аномалиями добежал, все спокойно, нет никого. Вернулся к крану.

Бродяга подставился. Судя по ноге перебинтованной, подстрелили. Наверно, на выходе из тоннеля с колоннами. Дождались своего шанса. Потом ствол из рук вырвали, сюда притащили, примотали проволокой к блокам бетонным. А потом за него принялись серьезно. Живого места на нем не осталось. Били и резали, словно он им всю жизнь с самого детства злейшим врагом был. Снял я его, мой нож и проволоку неплохо режет. Конечно, ничего у него при себе не осталось. Все забрали.

Даже ботинки с ног стащили. Все Бродяга потерял перед смертью, кроме гордости. Пальцы у него намертво в «фигу» скрутились. Это по-нашему. Прогулка закончилась. Начинаем работу. Похоронил я приятеля, сказал пару слов вдогонку. Не громких, но обязывающих. И побежал на Янтарь. Вдруг там еще хуже дело обстоит.

Дорога привычная, опасности знакомые. Каждую аномалию в лицо знаешь. Осторожно передвигался, не хочется под выстрелы попадать. Кто у них такой стрелок меткий? О Сержанте таких разговоров не ходило. Значит, дитя гор.

Возле ангара круг сделал, ничего подозрительного. Даже снорков нет. Подошел к шлюзу, автоматика сработала. За дверью комитет по торжественной встрече, все четверо. От сердца отлегло. О Бродяге молчу, просто силы духа не хватает. Рассказал о ночном переполохе и о нашем выходе на военные склады. О правилах нового клана рассказал. Профессора потребовали пса поглядеть. Пришлось пообещать. Велел из ангара не выходить и спать залег. Перенервничал и во сне все куда-то бежал. Разбудили перед ужином. Редкой доброты люди у нас в Зоне встречаются. Примиряют с несовершенством мира. После ужина — беседа за чаем.

Охотник, как я и думал, в наш клан не захотел.

— Если прибиваться к кому, то только к «Свободе». У них и выпить не возбраняется, покурить можно. Воля, для человека она всего дороже.