По естественным причинам. Врачебный роман - Люкке Нина - Страница 28

Я откидываюсь на спинку кресла и говорю:

– Никаких признаков воспаления. Но девочка довольно грузная. Как у вас дома обстоят дела с питанием?

– Что вы сказали?

– Как у вас дома обстоят дела с питанием?

– Нет, не это. Что вы сказали до этого? Вы могли бы повторить?

– Вы имеете в виду, что она довольно грузная?

– Какого черта! Вы не имеете права так говорить! – вскипает отец. – Есть всего лишь четыре года! Она всего лишь маленький ребенок! Вы хотите, чтобы у нее развилось пищевое расстройство?

Девочка сидит и молча смотрит на нас, переводя взгляд с одного на другого.

Как-то раз одна мама сказала мне, что она все перепробовала, но ее сын отказывается есть что-либо, кроме макарон со сливочным маслом и кетчупом, а пьет исключительно шоколадное молоко. «По крайней мере, он получает необходимое количество жиров, белков и углеводов, а это самое главное, – оправдывалась он. – Думаю, не стоит давить на детей по поводу еды, это лишь вызывает беспокойство и страх и в конечном итоге приводит к истерическому отношению к собственному телу. Я разрешаю ему есть то, что он хочет, думаю, со временем он это перерастет. Я верю, что ребенок способен к саморегуляции и он лучше других знает, что ему нужно».

Я обращаюсь к сидящему напротив меня отцу девочки:

– Насколько я могу судить, она уже страдает нарушением пищевого поведения. Будь ваша дочь собакой, ваши действия были бы безоговорочно оценены как жестокое обращение с животными. Вы позволяете ей заглатывать все, что она пожелает, и это в том возрасте, когда метаболизм и все химические цепочки организма находятся на стадии формирования.

– Вы сравниваете детей с собаками?

– Именно. Точнее, со щенками. Стоит им дать волю, и они будут есть все подряд, пока не умрут от обжорства, или же пока не угодят под колеса автомобиля.

Отец встает и поднимает на руки девочку.

– Нет, я отказываюсь это слушать. Вы не в себе.

Он останавливается у двери и говорит:

– Я подам на вас жалобу. Я позвоню в инспекцию по защите прав потребителей и на телевидение, сообщу о случившемся на «Фейсбук», «Твиттер» и в «Инстаграм», я напишу о вас повсюду.

Я киваю.

– Это ваше право.

– Я не соба-а-ака, – завывает девочка, и дверь за ними захлопывается.

К моему собственному удивлению, я абсолютно спокойна. Я надеюсь, что сейчас разразится скандал, чтобы у меня появился повод отвлечься от своих мыслей, чтобы я могла сидеть не только в своем кабинете, но и в студии ведущего телеканала, где буду разглагольствовать о том, какими одутловатыми и жадными стали современные дети и подростки, какими одутловатыми и жадными стали мы сами, что нам всем впору устыдиться себя и своего поведения. Да, пускай разразится скандал. В своих речах я буду говорить от первого лица единственного числа и первого лица множественного лица, поскольку я в полной мере причисляю себя к тем, кому должно быть стыдно, так я и скажу в микрофон. Нам всем пора взять себя в руки.

Звонок из регистратуры:

– У вас все в порядке? К нам пришел родитель, который…

– Да, конечно. Я всего лишь сказала ему, что нужно следить за рационом ребенка. Люди все воспринимают в штыки. Я больше не буду говорить.

Что-то явно вот-вот произойдет. Или вот-вот станет на свои места. И снова создается впечатление, что каждый мой шаг логичный и правильный. Я по-прежнему считаю, что поступила верно по отношению к девочке и ее отцу. Но вот мои слова Толстяку вызывают сомнения. Что же я сказала ему? Возможно, эхо, к которому я прислушивалась, было отзвуком голоса, постоянно звучащему в моей голове. Но ведь Толстяк рванул на выход. Однако из регистратуры не звонили. Хотя позвонили по поводу девочки и отца.

Да уж.

Коридор за дверью полон клиентов и потребителей, ожидающих своей квоты сервиса, качества и сочувствия; наше общество стало таким ранимым и чувствительным и одновременно – наглым и требовательным. Раньше люди предпочитали держаться подальше от врачей, ведь врач мог обнаружить, что вы больны. Сегодня это кажется нам смешным, но с каждый годом я все больше убеждаюсь в том, что этот подход, на фоне бесконечно растущего количества обращений к врачам, исключительно разумен. Сегодня врач обязан иметь в виду повышенную ранимость пациентов, а значит, поддерживать зрительный контакт, демонстрировать сострадание, быть всегда готовым утешить, следовательно, мы тратим на каждого пациента намного больше времени, чем раньше. Люди то и дело требуют заботы и сочувствия, и стоит только этой потребности пробудиться, как ее тут же нужно удовлетворить, иначе пациент чувствует себя обделенным и обиженным, и я подозреваю, что именно это ожидание помощи и поддержки от государства в различных областях стоит за так называемой нехваткой врачей общей практики. Утверждать, что нам требуется больше врачей, все равно что заявлять, что человек, страдающий болезненным ожирением и съевший все пирожные в пределах видимости, должен получить еще пирожных. С каждым днем общество чувствует себя все более вправе требовать от государства еще больше времени, еще больше понимания, еще больше заботы, и я убеждена, что эти ожидания вовсе не являются залогом улучшения качества жизни и медицинского обслуживания – скорее наоборот. Однако стоит завернуть что-нибудь в красивую упаковку, как уже не важно, что находится внутри. Стоит мне начать улыбаться и говорить доверительным и сочувственным тоном, как никому дела нет до того, что я делаю. Альтернативная медицина давно вовсю пользуется этим. Гомеопаты, мануальные терапевты, промыватели кишечника предстают перед своими клиентами в униформе пастельных оттенков, а их кабинеты увешаны «дипломами» с золотыми печатями и каллиграфическими надписями. Они умело пользуются всем арсеналом сценографии, а поскольку они берут по две тысячи крон за прием, то вполне могут позволить себе внимательно выслушивать все жалобы и лирические отступления своих пациентов.

Возникает вопрос: неужели задача врача общей практики – проявлять заботу и понимание? Разве эти понятия не относятся к частной жизни? Разве первостепенная задача врача – не лечение конкретных физических недугов?

И все же, большинство телесных болезней так или иначе связаны с ментальной сферой. Износ коленных и бедренных суставов зачастую происходит из-за ожирения или чрезмерных физических нагрузок, которые, в свою очередь, вызваны перееданием ради успокоения нервов или зависимостью от спортивных тренировок, за которыми, опять же, стоят самые разные личностные дефициты и неудовлетворенные желания.

А поскольку нам нравится думать, что даже на самые сложные вопросы существуют ответы и что для самых трудноразрешимых проблем можно найти решение, велик соблазн уместить все явления жизни в доступные для нашего понимания рамки, ведь нам хочется надеяться, что, стоит только удовлетворить именно эти потребности и желания, как всем страданиям придет конец.

Несмотря на то что объективные обстоятельства то и дело убеждают нас в несостоятельности этих объяснений и сводят на нет наши попытки найти решение, многие до сих пор считают, что мы совершаем дурные поступки из-за того, что нам постоянно чего-то не хватает, из-за того, что мы беспрестанно движемся куда-то, где нас якобы ждет лучшая доля. Стоит нам только сделать то-то и то-то, мы тут же получим окончательный, однозначный ответ. На эту удочку ловятся все люди во все времена.

Но что, если подобной закономерности просто не существует? Что, если в какой-то момент мы в любом случае должны упереться в стену? Что, если ответов просто-напросто не существует?

Некоторые пациенты ведут здоровый образ жизни, следуют всевозможным правилам, но все равно заболевают раком.

Мне хочется открыть дверь кабинета, выглянуть в кабинет и закричать: есть здесь кто-нибудь, кто не страдает импотенцией, кто не устал, у кого не болит ни голова, ни спина, кто не мучается бессонницей? Хватит ныть и жаловаться, заткнитесь уж, наконец. Одно и то же из года в год. Большая часть болезненных состояний и недугов проходят сами собой. Повторяю: большая часть болезненных состояний и недугов проходят сами собой. Вы отдаете себе отчет в том, как коротка жизнь и как мало мы можем воспринимать как должное? Ваши шансы выжить равны шансам сорвать джекпот в лотерее, то есть стремятся к нулю. Однако вы по-прежнему живы. Разве это не чудо из чудес? Разве ваше тело не удивительный механизм? Вам стоило бы упасть на колени и поблагодарить Бога и Вселенную за каждый день жизни, за то, что вы вообще способны дышать, ходить и есть без посторонней помощи. И почему бы вам не начать ценить то, что у вас есть, пока вы еще держите это в руках, – но я не успеваю закончить эту мысль, так как меня прерывает Туре: «Кому бы это говорить, как не тебе».