"Фантастика 2024-40". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Русанов Владислав Адольфович - Страница 824

— Где меня будут пытать на этот раз? — язвительно поинтересовалась она.

— В Ночном кабинете, — невозмутимо пояснили ей.

Если к декору Ночного кабинета приложил руку сам хозяин, то не стоило удивляться тому, что место сверхурочной работы лорда Тонатоса сильно отличалось от остальных помещений дворца. После пестрых залов с расписными потолками и гобеленами/картинами и скульптурами Сове показалось, что она попала в еще не отремонтированное помещение, серые стены которого, грубо оштукатуренные, царапали входящего своими шершавыми объятиями.

Кстати, рука к кабинету была приложена в самом прямом смысле этого выражения. Эта человеческая конечность — от кисти до локтя — существовала изолированно от тела внутри прозрачного кристалла, помещенного в нишу стены напротив хозяйского кресла. Ниша подсвечивалась парой ламп, отчего кристалл сиял всеми гранями и рука смотрелась на редкость свежо и бодро. Ее безымянный палец был украшен массивным перстнем с красным камнем.

Сова застыла у стены, пытаясь определить на глаз подлинность подобного произведения искусства, но тут за спиной раздались быстрые шаги — и в кабинет влетел лорд Тонатоса в официальном костюме и при галстуке.

— Знакомитесь с моей правой рукой? — бодро поинтересовался он, огибая стол и падая в кресло.

Лорд Тонатоса пребывал в хорошем настроении и раскаяньем за вчерашние пытки не мучился. Сова смерила диктатора хмурым взглядом. Но ему не было дела до ее недовольства.

— Это напоминание о моей непростительной неосторожности, — улыбнулся он, кивая на нишу. — Лет пятьдесят назад я был настолько беспечен, что не позаботился о перчатках во время встречи с одним из милейших людей нашего времени. Правда, уже покойным. На мне испытали новейшее химическое оружие. Знаете, всего одна капля в бокале с коньяком, и по коже начинает гулять практически невидимая инфекция. Инкубационный период составляет около двенадцати дней. Потом инфекция становится явной, начинается поражение всего кожного покрова — и результат обеспечен. Я обнаружил ее только на третий день. Это стоило мне руки.

— Представляю, чего это стоило покойнику. — Сова улыбнулась, не в силах больше бороться со столь оригинальным чувством юмора.

— Нет, вы как раз не представляете. Но коньяк был хороший, — мечтательно припомнил он, и тут же, подавшись вперед, приказал: — К делу. Если вы смотрели утренние информационные каналы, то наверняка понимаете, что заявление вашего Ордена о провокации со стороны Тонатоса не улучшит положение оставшихся заложников. Вы заставили меня поторопиться с началом переговоров, чем лишили мое министерство экономики ночного отдыха. Но сейчас мои требования практически полностью сформулированы и все необходимые документы подготовлены. Итак, я требую участия делегации Тонатоса в международном экономическом форуме на Шекате.

Игнорируя ее изумление, лорд Тонатоса вытащил из нагрудного кармана диск и протянул Сове.

— Здесь список членов моей делегации. Надеюсь, Федерация позаботится о том, чтобы их визы были оформлены в ускоренном режиме. Передайте вашему Магистру, чтобы экономисты повнимательнее отнеслись к договорам, которые я предлагаю для подписания. Во время форума моя делегация не будет препираться по поводу каждого пункта, так что все существенные возражения я готов обсуждать только в ближайшие три дня. Я даю им сутки на изучение этих материалов. Кстати, не стесняйтесь: все файлы можете передавать в открытую по общим сетям. Через час мое ведомство пропаганды все равно обнародует эту информацию.

Сова взяла диск и собралась уходить.

— Да, кстати, Сова, — уже в спину бросил он ей, — не трудитесь во время переговоров делать такое скептическое лицо. Я никогда не прошу больше, чем могу получить. После переговоров с Магистром возвращайтесь: у меня для вас есть подарок.

Однако вернуться в «однорукий» кабинет ей не пришлось: через полчаса рядом с ней возник мажордом, получивший очередное указание: облачить Сову в официальный мундир и доставить к стоянке глайдеров.

Транспорт главы государства Сова узнала сразу. У каждой его дверцы дежурил телохранитель, по неизвестному поводу переодетый в черное. Огромная машина с гербом Тонатоса на днище была монументально торжественна снаружи и чопорно роскошна внутри.

Диктатор махнул рукой, охрана упаковалась в салон, и глайдер стремительно стартовал в полуденное небо.

— Куда меня везут на этот раз? — не особенно надеясь на ответ, спросила Сова.

— Я подумал, что вам будет скучно во дворце, и решил взять вас с собой на церемонию открытия очередной ветки моего атмосферно-очистительного завода. Не волнуйтесь, арены там нет, — насмешливо успокоил он ее. — Нам лететь около часа. Постарайтесь не выглядывать в окна. Снова надевать на вас шлем мне представляется невежливым, но я не хочу, чтобы местонахождение завода стало известно Ордену. Кстати, это в ваших интересах. Сами понимаете, что я не смогу отпустить с планеты человека, обладающего такими сведениями.

Сова согласилась.

— Как прошла беседа с Магистром? — поинтересовался у нее Симаргл.

— Разве вы не знаете?

— Я планировал просмотреть запись в пути, но раз здесь вы, готов удовлетвориться вашим вольным пересказом.

Она удобнее устроилась на мягком сиденье, приготовившись к длинному перелету.

— Магистр меня выслушал, — сдержанно доложила она.

— И?

— Без «и». Просто выслушал. Файлы переданы. — Она не удержалась и с притворным восхищением добавила: — Мировая общественность потрясена масштабом ваших требований. Вам осталось только потребовать вхождения вашей планеты в Федерацию и переноса столицы на Тонатос.

— Не так быстро, — совершенно серьезно заметил ее собеседник. — Но я работаю над этим.

— Не понимаю, зачем захватывать заложников, чтобы добиться снятия эмбарго? Вы их отпустите, санкции отменят — и через полгода наложат вновь. Допустим, заложники обеспечат безопасность вашей делегации на форуме. Допустим, под таким давлением отдельные миры даже пойдут на подписание предложенных вами договоров. Но кто заставит их исполнять заключенные соглашения в дальнейшем?

— Вас и вправду это интересует? Ну что ж, я объясню вам то, что наверняка очевидно вашему правительству. Захват рейсовика — это только повод начать переговоры. Я не выношу, когда меня игнорируют. Но стоит только в деле появиться заложникам, как вся старая, надсадно скрипящая машина Федерации тут же начинает пыхтеть и производить нужные действия: ко мне засылают парламентера, — лорд Тонатоса иронично поклонился Сове, — дают ей максимум инструкций и указаний, минимум информации, суетятся и проявляют суматошную активность. Это очень ускоряет взаимодействие. Заложников я, естественно, отпущу. Не держать же их тут вечно. Как только моя делегация вернется с форума с подписанными документами, эти страдальцы мне больше не нужны.

— И что потом? Что заставит Федерацию придерживаться вынужденно взятых обязательств?

— Ну, во-первых, не Федерацию, а только отдельные миры, входящие в нее. Что заставит? Собственная выгода, конечно. Я же не требую заключения кабальных или безвозмездных сделок. Я тщательно отобрал не слишком благополучные планеты и предложил им то, в чем они давно нуждаются. Причем по выгодной цене. Они заключат соглашение не по собственной инициативе, а по решению Федерации. Но расторгнуть их по принуждению уже едва ли захотят.

— Их легко заставить.

— Любое давление лишь спровоцирует недовольство и без того неблагополучных субъектов Федерации. Общий рынок давит мелкие мирки. Но стоит только вашему правительству перегнуть палку — и я тут же предложу всем задавленным новый торговый союз. Вероятность того, что на мое предложение ответят согласием, достаточно велика, так что Федерация, я уверен, не станет рисковать и расшатывать свое нестабильное единство. Но это далеко не единственная гарантия сохранения в силе достигнутых договоренностей. Я трачу приличные средства на пропаганду, чтобы довести до сознания ваших обывателей простую мысль: с Тонатосом безопаснее торговать, чем продолжать конфронтацию. Например, нынешний захват заложников был подан как вынужденная мера. Нарушение торговых договоров спровоцирует меня на очередные крайности, и общественное мнение предпочтет осудить нарушителей.