"Фантастика 2024-40". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Русанов Владислав Адольфович - Страница 815

— Судя по тому, какое прекрасное настроение было у нее за вашим столом, вам это будет несложно, — язвительно заметила Сова.

— За что вы так невзлюбили бедную женщину?

— За то, что бедная женщина, вместо того чтобы сидеть с остальными заложниками, охотно развлекает своей персоной главного террориста, явно польстившись на его незабываемую внешность. Кстати, полагаю, столь же искусственную, как ее голос.

— Угадали, — благодушно подтвердил он. — Жаль, что я даже не могу рассердиться на вашу попытку меня этим смутить. Но — продолжайте, меня забавляет ваша враждебность.

Сова, верная принципу делать все наоборот, тут же замолчала.

— Я понимаю, — продолжил лорд Тонатоса, — что, исходя из ваших убеждений, вы должны выказывать мне всяческое порицание за захват заложников.

— Да нет. — Сова как можно безразличнее покачала головой. — Я никогда не обижаюсь на дождь за то, что он идет. Я только очень досадую, когда он идет не вовремя. Если бы вы повременили две недели с захватом заложников, я успела бы отгулять свой отпуск. Тем более, как я вижу, никакой надобности в спешном прибытии парламентеров изначально не было.

— А где вы отдыхали?

— На Кифероне.

Лорд Тонатоса разочаровано хмыкнул:

— Какое банальное место. Здесь я могу гарантировать вам гораздо больше экзотики.

— Спасибо. Экзотики мне вполне хватает в рабочее время. В отпуске я предпочитаю банальности.

Их разговор неожиданно прервали. Вошедший в ложу человек в синей форме таможенника почтительно положил на колени лорду Тонатоса продолговатый деревянный ящик, при виде которого Сова с трудом заставила себя усидеть в кресле. Ящик был ей хорошо знаком — это была ее собственность, о которой Сова в суматохе последних дней совершенно забыла. Надо было перегрузить все свое имущество с «Водолея» на Главную базу, но Магистр так торопил ее с вылетом, что уладить дела накануне она просто не успела. А между тем Сова, невзлюбившая типовые планировки квартир, в которых ей доводилось жить на базах Ордена, самое ценное из своих вещей хранила на корабле. В том числе — выкованный по индивидуальному заказу в торговой фактории Скорпиона легкий и изящный обоюдоострый боевой меч. Единственное и неповторимое личное оружие, обошедшееся Сове в немалую даже по федеральным меркам сумму. Роскошные ножны, обтянутые кожей, берегли клинок от чужих взглядов, но Сове этого показалось недостаточно, и она запрятала свое сокровище в деревянный футляр с двумя старомодными механическими замками.

Сейчас замки оказались спиленными, так что лорд Тонатоса без труда открыл верхнюю крышку и запустил руки внутрь. Сова демонстративно кашлянула, не в силах больше терпеть посягательств на свое имущество.

Он обернулся и, как показалось Сове, издевательски поинтересовался:

— Вы не против?

— Против, — резко ответила она. — Но раз уж вы спилили замки, то мое разрешение вас вряд ли интересует. Неужели сложно было додуматься и попросить ключ?

Вероятно, лорд Тонатоса не привык, чтобы ему перечили, поэтому гневную реплику Совы он проигнорировал, коротко приказав:

— Покажите мне его.

Она продолжала сидеть.

— Иначе я возьму сам, — пригрозил он, видя, что она не двигается с места.

Пришлось подняться. Сова с благоговением извлекла из ящика ножны, погладила пальцами слегка потускневшую кожу, обхватила ладонью рукоять и осторожно, на пару сантиметров обнажила клинок, блеснувший в лучах прожекторов яркой вспышкой отраженного света. От страха вдруг лишиться своего меча ей захотелось поскорее убрать его с чужих глаз назад в ножны, вложить ножны в футляр, закрыть деревянную крышку и не выпускать ящик из рук до тех пор, пока не минует нависшая над ее сокровищем опасность экспроприации.

Но у лорда Тонатоса были другие планы. Он требовательно протянул руку и Сова, понимая, что дальнейшее сопротивление даст лишь жалкую отсрочку, но не отвратит угрозы, с ненавистью глядя на его длинные пальцы, отдала наконец оружие. Как бы глупо ни смотрелась сейчас обида, Сова уже ничего не могла с собой поделать: где-то в носу засвербело совершенно несвоевременным предощущением слез, она почувствовала, что, чего доброго, может уронить честь мундира и развеять миф о безупречной выдержке офицеров Ордена, и отвернулась к трибунам.

На арене тем временем творилось такое, чего Сове никогда прежде видеть не доводилось. Пока она препиралась с диктатором, торжественная часть давно закончилась, экраны над амфитеатром успели познакомить зрителей с результатами жеребьевки, и теперь на замкнутом круге красного песка в окружении пяти огней раскланивались перед публикой десятка два фигур, облаченных в комичное подобие доспехов времен Римской империи. Публика приветственно шуршала флажками.

Лорд Тонатоса решил, что ее увлекло представление.

— Это показательные выступления, — любезно пояснил он.

Сова обернулась.

Вероятно, лорд Тонатоса считал себя тонким ценителем холодного оружия. Сейчас он держал на коленях ее меч с такой же аккуратностью, с какой любящий отец держит своего первенца, и любовался заточкой. Потом примерился к рукояти, прошелся пальцами по рисунку крестовины. Увидев, каким ревнивым взглядом Сова наградила этот процесс, он понимающе улыбнулся, убрал меч в ножны и протянул их хозяйке. У нее вырвался вздох облегчения.

— В показательных выступлениях нет той остроты, ради которой сюда толпами валят любители впрыскивать адреналин в кровь, — сообщил ей лорд Тонатоса. — Но через полчаса начнутся настоящие бои. У моих букмекеров сейчас самая жаркая пора. В прошлом году ставки на финал переплюнули недельный оборот моей товарной биржи.

Сова промолчала, крепко прижимая к себе вновь обретенное сокровище. Речь лорда Тонатоса, с этими его притяжательными местоимениями — «мои букмекеры», «моя биржа» — заставляла опасаться, что и ее оружие легко может стать «его мечом».

— Не хотите принять участие в настоящей схватке? — неожиданно поинтересовался у нее диктатор.

— Нет, — коротко ответила она.

— Почему? Мне казалось, что владелец такого меча должен ценить его в деле, а не в виде красивой побрякушки, упрятанной в ящик, как в гроб. Хотите еще одну сделку?

— Нет.

Сова начинала подозревать, что потеря меча — не самая большая неприятность, которая может с ней приключиться.

— И тем не менее, — игнорируя ее возражения, продолжил лорд Тонатоса, — я уверен, что сделка состоится. Я предлагаю вам освобождение десяти заложников по вашему выбору в обмен на единственный выход на арену.

— Нет.

Она понимала, что ее слова ничего не значат для человека, привыкшего развлекать себя манипулированием людьми с той же непринужденностью, с какой другие развлекаются раскладыванием пасьянсов.

— Вы не верите моему слову?

Сова пыталась найти хоть какой-то предлог, чтобы достойно отвергнуть навязываемую ей авантюру.

— Не верю, — сердито буркнула она, предчувствуя, что этим дело не закончится.

— Раз уж вы столь привязаны к своему мундиру. — заметил лорд Тонатоса, — я бы хотел по случаю проверить один исторический миф, с ним связанный. Говорят, что воины Ордена великолепно владеют холодным оружием. Или к женщинам это не относится?

Сова неопределенно пожала плечами.

— Значит, не желаете? — Он критически прищурился. — А что если я изменю условия сделки? Если я убью нескольких заложников ввиду вашего острого несогласия?

Она заскрипела зубами от злости и бессилия хоть что-то изменить. Может, прибегнуть к лести?

— Вы представлялись мне достаточно рациональным политиком, — тщательно подбирая слова, начала она. — Достаточно здравомыслящим, чтобы дорожить жизнями заложников. Они вам нужны для другого.

— Не вам судить о моей рациональности, — оборвал он. — Я не бросаю слов в пространство. Итак?

— Зачем вам мое согласие? Вы же можете выкинуть меня на арену силой.

— Могу, — согласился он. — Но я хочу видеть схватку, а не убийство. И я не люблю долго уговаривать. Вы хотите, чтобы я отдал приказ?