"Фантастика 2024-40". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Русанов Владислав Адольфович - Страница 1415

— Я разбудил ее… Она умоется и придет… Шелтон, постарайся держать себя в руках. Та девушка, которую ты сейчас увидишь отличается от твоей жены как небо и земля. Постарайся не подать виду, что замечаешь это. — Когда Ангел заканчивал говорить, он услышал шаги Аси. Она появилась на кухне в его черной шелковой пижаме в сердечках, с распущенными и заправленными за уши волосами, опухшими от слез глазами. Худенькая, хрупкая, с жестко зажатым ртом, и чужим колючим взглядом. Ни какие предупреждения не смогли подготовить Шелтона к тому, что он видел. Король оказался более сдержан в эмоциях и только покачал головой. Принц встал и протянул Асе руку.

— Милая?

Ася молча подошла к нему и позволила себя обнять. Шелтон горячо прижимал ее к себе и смотрел на Ангела. В глазах принца стоял один вопрос: что случилось с его женой и кто эта незнакомка, которую он обнимает. Ангел был бы рад ответить на все вопросы принца и помочь, но не мог. Неожиданно Ася отпрянула от Шелтон и сухо произнесла:

— Ты должен попробовать перекинуться. Если все получиться, мы успеем с тобой пообщаться.

— Асенька, — голос Шелтона дрожал от волнения, — милая я не могу, когда ты в таком состоянии…

— Ты должен, или две последние недели своей жизни я прожила зря. С таким же успехом, я могла позволить убить себя на улицах Стамбула. — От холодного чужого голоса Шелтон отдернулся, как от удара. Он, посмотрел на отца, молча кивнул и начал перекидываться. Процесс давался ему с трудом. Ангел никогда не видел такой мучительной трансформации. Каждый сустав буквально выламывался прежде чем преобразиться в кошачий. Но при этом на лице Шелтона ничего не дернулось. Он смотрел только на свою жену, не сводя взгляда. И даже, когда его голова преобразилась в кошачью, взгляд у кота был человеческий.

— Слава Богу! — прошептал король Эдвард, когда огромный камышовый кот свернулся клубком на полу и заснул. Ангел заметил как из глаз короля по щеке скользнула непрошенная слеза. — Ваш Виталий Сергеевич наверное гений. Я видел оборотней после трех дней принятия наркотиков, они были безнадежны.

— Для Виталия не существует границ, — механически произнесла Ася, — но я не думаю, что у него что-то получилось бы без крови Васи. У него царская кровь, при этом он троичный оборотень. Думаю кровь Ангела так бы не помогла. А то, что ему влили кровь оборотня способного трансформироваться по желанию, заставило механизмы работать снова. Вернуло генетическую память. Считается, что наркотики убивают эту самую память, и кровяные тельца, просто забывают как преображаться. Кстати, я не удивлюсь, если Шелтон станет превращаться временами в лебедя. Так как оборотный зверь Василия именно лебедь.

— Главное, чтобы он не начал в полнолуние превращаться в лягушку, — проворчал Ангел, — я пойду разбужу нашего донора, хватит ему уже спать. — Ангел почувствовал, что Эдварду и Асе необходимо побыть наедине. Как только он вышел за порог царевна с вызовом посмотрела на свекра. Король старался вести себя предельно осторожно.

— Дочка, присядь. Я хочу тебе кое-что сказать. — Ася послушно села, скорее всего просто не желая тратить силы на споры. — Я хочу тебе вот что сказать… Ты прожила за эти две недели не лучшие свои дни в жизни. Я старый и опытный человек, и знаю, что тебе пришлось пройти через многое. Я знаю, что тебе потребуется немало времени для того чтобы вычерпать из своей души всю боль и грязь. Я знаю, что ты заставила себя пройти через такое, чего ни один отец не пожелает своей дочери. И хочу, чтобы ты знала, что я не только благодарен тебе за то, что ты сделала ради Шелтона, я еще безумно горжусь тобой. Горжусь, что ты такая сильная, смелая и по настоящему любящая девушка. Когда, я принимал тебя в семью как жену своего сына, я принимал в дом невестку. Но я ее потерял. Зато приобрел дочь. Чтобы в этой жизни не случилось, запомни — у тебя есть еще один отец, который любит тебя всем сердцем и готов отдать за тебя жизнь в любой момент.

— И вас не смущает то, что я убивала вот этими руками? — вызов звенел в голосе царевны, она старалась шокировать и оттолкнуть свекра. Ей хотелось облечь в грубую форму те общие слова, которое он произносил.

— Мне больно осознавать, что тебе пришлось через это пройти. Мне жаль, что я не смог в данной ситуации уберечь тебя от всего этого, хотя видит Бог, я старался сделать все, что мог. Но ты провалилась сквозь землю! Поверь, я не испытываю не малейшего смущения. Даже если тебе пришлось вырезать пару мирных деревень, я знаю ради чего и ради кого ты это сделала. Ася, я отец. Пойми это. — Плечи царевны бессильно опустились, а из глаз полились слезы.

— Поплачь, если тебе это поможет. А когда будешь готова, приходи, я буду ждать. — Король вышел и оставил Асю на кухне одну. Царевна вытерла слезы и взглянула на спящего на полу кота. В сердце ее ничего не шелохнулось. В ее душе поселилась зима.

Ксения нежилась, лежа в ванной, и напевала себе под нос веселую навязчивую мелодию, услышанную по радио. Нельзя было сказать, что ее жизнь пришла в равновесие и все встало на свои места. Хлопот хватало. Но тем не менее, отсутствие глобальных проблем радовало до поросячьего визга. Ася с Шелтоном болтались где-то в море на своей роскошной шхуне. Элла вернулась к своей обычной практике и была этому безмерно рада. Тем более, что у нее наметилось кое-что в личной жизни. Элла что-то говорила о приезде Алекса. Ангел с Василием постоянно болтались по своим делам, но при этом не забывали и про нее любимую. Родители были довольны жизнью на острове и не хотели возвращаться в Москву даже за своими вещами. Они составляли длинные списки, что Ксения должна им привезти и не желали ни о чем слышать. Мать с головой ушла в строительство Пансиона, отец наслаждался игрой в шахматы с Нептуном и написанием своей диссертации. Пресса вела себя прилично и не доставала ее звонками. Шико с Милицей делали все, чтобы ее жизнь была похожа на праздник. Майкл забегал по мере возможностей и скрашивал ее одинокие девичьи ночи. Все было просто замечательно… Если не вспоминать о господине Инспекторе. Можно было, конечно, о нем просто не вспоминать… Но это было невозможно… И не потому, что он слал ей открытки со своей фотографией, а потому, что Ксения не могла его забыть. Его голос до сих пор вибрировал у нее в груди, и от этой вибрации в душе Ксении поднималась чувственная волна. Как с этим существовать Хранительница не знала.

Ксения: — Мозг, как мне с этим справится?

Мозг: — Не знаю. Ты стала эмоционально очень неустойчива. Я тебя не узнаю.

Ксения: — Может я влюбилась?

Мозг: — Если то, что происходит с тобой это любовь, то я становлюсь ярым противником любви!

Ксения: — Я тоже.

Мозг: — А сколько было страданий? Я не способна любить, какая я несчастная!

Ксения: — Я думала, что любовь это что-то светлое, нежное! А это просто какой-то пожар! Мне этого не надо!

Мозг: — Ну, а что теперь поделаешь?

Ксения: — Я пойду к Ангелу! Пусть он меня вылечит!

Мозг: — Уверенна, что это надо делать?

Ксения: — А что может указывать на то, чтобы я этого не сделала?

Мозг: — Не будет потом слез и фраз «Какая же я была дура! У меня был шанс испытать что такое любовь, а я его загубила собственными руками».

Ксения: — Что-то мне подсказывает, что не будет.

Мозг: — И все-таки, я бы на твоем месте не торопился. Подожди немного. Прибегнуть к этому средству ты еще успеешь.

В дверь заглянула смущенная Милица.

— Госпожа, простите, но к вам пришла Тетка Фекла. Может мне показалось, но, по-моему, она чем-то очень взволнована. Я даже побоялась оставлять ее одну. Говорит, что ей срочно нужно с вами пообщаться.

— Ну, нет проблем! — обрадовалась визиту ведьмы Ксения, — Зови ее сюда, только принеси для нее стул. — Милица выскочила из ванны с явным облегчением, что взволнованную гостю не придется развлекать до прихода хозяйки. Когда через пару минут Тетка вошла в ванную комнату, Ксения нахмурилась. Такой подавленной она ее еще не видела. Что-то явно случилось.