"Фантастика 2024-40". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Русанов Владислав Адольфович - Страница 1249

– Шико, ты куда меня перенес?

– Как куда? Куда просили, туда и перенес. Добро пожаловать в Ад, во владения великого князя Астарота.

– Бред какой-то! А почему не жарко и не пахнет серой? Где грешники, сковородки, черти, в конце концов!

– Ну все это в производственном секторе. А это – личные апартаменты Астарота. Здесь, кроме него, никого не бывает. – Шико перестал валяться и встал перед растерявшейся Ксенией. – Госпожа, вы уверены, что хотите с ним встретиться? Еще не поздно смыться подобру-поздорову.

– Я уверена, что не хочу с ним встречаться. Но должна.

Ксения чувствовала, как неимоверная тоска охватывает ее. Жизнь начала казаться непреходящим кошмаром. Шико схватил ее за плечи и легонько потряс.

– Эй, госпожа, плохо, да? Надо взять себя в руки, это идет Астарот. Он понял, что мы здесь. Ну же, ну же! Вспомните – зачем вы сюда пришли? У вас же есть цель! Госпожа, я не хочу вас терять, вы мне нравитесь. Но если не возьмете себя в руки, он уничтожит вас!

Слова Шико с трудом, но доходили до Ксении. Она услышала, что кому-то еще нужна, и память выплеснула на нее все пережитое. Она вспомнила о Карле, и этого оказалось достаточно, чтобы прийти в себя. Как раз к этому моменту перед ними образовалась уже знакомая воронка, и из нее вышел Астарот. Ксения не заметила, чтобы его внешность претерпела какие-нибудь изменения. В этот момент ее размышления были грубо прерваны, и она услышала у себя в голове мысли Астарота.

– Ты все же пришла.

– Что, не ожидал?

– Был абсолютно уверен. Ты слабая, ничтожная кукла. Тобой очень легко манипулировать.

– Говори, зачем позвал, или я ухожу. Может, мне напомнить тебе, по какой причине ты бежал из моего дома? – Ксения начала чувствовать себя более уверенно, вспомнив об этом сама.

– Хочу предложить тебе сделку.

– Говори.

– Я отдам тебе Карла, если ты отречешься от дара.

Ксения оторопела. Она пыталась понять, что он от нее все-таки хочет. Но это не укладывалось в голове.

– Я не поняла тебя.

– Ты все прекрасно поняла. Титул Хранительницы в обмен на жизнь этой архангельской псины. А теперь уходи. На размышление тебе даю сутки. С ответом пришлешь этого недомерка, я уже привык видеть его рожу.

– А тебя не воротит от того, что он убит Знаком Божьим? – попыталась напоследок ковырнуть Астарота Ксения.

– Потерплю ради такого дела.

– Прежде чем я уйду, я хочу увидеть Карла и поговорить с ним.

– Я знал, что ты это скажешь. Девочка, меньше смотри телевизор. Я могу создать любую иллюзию, и ты в жизни не отличишь ее от своей дворняги. Так что ступай, думай. Увидишь Карла только тогда, когда откажешься от дара.

– Шико, мы уходим, – пробормотала Ксения и через мгновение поняла, что снова сидит у себя на кухне.

Сказать, что Ксения почувствовала себя паршиво, это не сказать ничего. Дойдя до коридора и взглянув в зеркало, она ужаснулась. Если бы Ксения была сейчас в ванной комнате своей новой квартиры, она бы себя просто не увидела. Лицо было белым, как бумага. Только зеленые глаза светились в зеркале. В этот миг девушка поняла, что страшно устала. Собрав остатки сил, она открыла дверь в свою новую квартиру, позвала Шико и, с трудом закрыв за собой дверь, рухнула на диван в гостиной. Шико, присмирев, тихо сидел рядом и старался не беспокоить свою новую хозяйку. Через несколько минут Ксения поняла, что не вынесет одиночества. Взглянув на часы и обнаружив, что уже близится полночь, она поняла, что Ангел давно должен быть дома, и отправилась в его спальню. Помявшись слегка у двери, Ксения робко постучала.

– Войдите, – раздался из-за двери голос Ангела.

Ксения открыла дверь и оказалась в спальне, которая, пожалуй, была больше похожа на кабинет. Темно-зеленые шторы на окнах, письменный стол, уже заваленный какими-то бумагами, компьютер, торшер – все это не очень-то походило на спальню. В углу Ксения увидела кровать, на которой под одеялом сидел раздетый Ангел, он явно уже собрался спать.

– Позволь полюбопытствовать, где ты была целый день? – Сухость в голосе Ангела привела Ксению в состояние ступора. Ей не хватало для полного счастья разругаться с Ангелом.

– В Преисподней, – тихо, из последних сил, ответила Ксения.

– А записочку нельзя было оставить? «Ангел, дорогой, я отправилась в Преисподнюю. Буду после полуночи, к ужину не жди, твоя Ксения», – взвился Ангел. Тут же, надувшись, он отвернулся в сторону.

Ксения терпеливо ждала, когда до него дойдет смысл ею сказанного. И она была вознаграждена. На лице друга выражения, ускоряясь, сменяли друг друга: недовольство, удивление… и растерянность, перешедшая в ужас.

– Повтори, – почти шепотом попросил он.

– Я была в Преисподней. – Голос Ксении дрожал, и она чувствовала, что запас ее сил, стойкости и мужества исчерпан. Непрошеные слезы бессовестно выкатывались из глаз, щекоча кожу на щеках. Она стояла потерянной девочкой среди огромного мира, который каждый божий день проверял ее на прочность. И подобное отношение ей порядком надоело. Ксении неудержимо захотелось усесться на полу и обидеться на весь этот чертов свет.

Ангел с ужасом смотрел на несчастную, смертельно усталую девушку, которая войдет в историю как Величайшая Хранительница Путей. Его сердце переполнялось болью и сочувствием. Ангел был растерян и не знал, как помочь своей подруге. Он приглашающе похлопал по кровати. И она, как маленький напуганный ребенок, подбежала к нему. Уже через минуту Ксения сидела в постели на коленях у Ана и безудержно ревела на его груди. Ангел бережно гладил ее по голове и бормотал всякую успокоительную чушь. Дав пройти первой волне истерики, он поднял ее лицо за подбородок, пристально посмотрел в зеленые глаза, нежно поцеловал в опухшие от слез губы, затянув поцелуй чуть дольше положенного и, увидев изумленный взгляд заплаканных глаз, мягко, но уверенно произнес:

– А теперь ты мне расскажешь все с самого начала – четко, подробно, без эмоций. Да? – Его пытливые черные глаза, поймав взгляд Ксении, не отпускали его. Ангел буквально держал ее взгляд, привязав к себе, чтобы она снова не сорвалась в истерику.

Ксения уцепилась за его глаза, как за якорь, который не позволит волнам унести ее и потеряться посреди океана. Набрав воздуха, она, слово за слово, рассказала ему все. Про Мари, про руку Карла, про ультиматум Астарота, про то, как она устала и не хочет больше ничего решать, а хочет просто забиться под одеяло и не выбираться оттуда недели три. Ангел слушал ее и с каждой новой подробностью мрачнел все больше и больше. И его пугала в первую очередь не вероятность того, что Ксения сделает ошибку и совершит неправильный выбор, в итоге чего весь мир может погибнуть. Нет, больше всего его ужасала мысль, что эта маленькая хрупкая девушка может не выдержать и сломаться от того, что грузит на нее ежеминутно жизнь. В данный момент его волновало только одно – благополучие Ксении. Он понимал, что если ей не помочь, то очень скоро она выработает свой ресурс и станет просто сломанной игрушкой в руках жестокого ребенка по имени Судьба. Этого Ангел допустить никак не мог. Именно сейчас он понял, как много для него значит эта отважная девушка, которая стойко противостоит бедам и отвечает ударам судьбы. Ангел понял, что дороже в его жизни человека не было и, возможно, уже не будет. И он сделает все от него зависящее, чтобы Ксения пережила оставшиеся дни и победила в этой жестокой и безрассудной войне. По окончании рассказа Ксении они просто сидели молча в обнимку. Через несколько минут Ангел почувствовал, что голова Ксении отяжелела, она обмякла и заснула. Он бережно уложил ее в постель и вышел из спальни, спустившись вниз.

Ангел сидел и пытался составить план действий, но в этот раз ему, как назло, ничего не приходило в голову. Посему он сделал самое простое, что мог – вызвал Василия.

ГЛАВА 18

Кризис веры