Академия Зеркал (СИ) - Ярц Астерия - Страница 43

«Предположу, вы с ней не ладили»

«Никто не ладил. Если даже у Далемира не было на неё управы!» – он резко стушевался. – «У Чернобога, у Велизара»

Элина по привычке обнажила рукав и поднесла лезвие к коже. Старые рубцы напоминали о себе лишь белёсыми полосами. Вспоминать эти ощущения точно не хотелось, но ведь так надо? Она не нарушит обещание? Вытянув руку над камнем, Элина сделала надрез, медленно, но напряжённо. Пальцы похолодели и вспотели, сердце, кажется, застучало быстрее. Совсем отвыкла. Красные капли одна за другой потекли вниз, скапливаясь, и она поскорее отвернулась.

…Чтобы заметить то, как Севериан смотрел на неё. Хотелось верить, что тот просто устало ждал, но чётко отразившиеся недоумение и жалость сказали всё сами за себя. Он видел? Точно видел! Вот чёрт! Какая же глупая! О чём только думала? Что если Севериан расскажет всем? Они ведь будут смеяться. Каждый из шрамов – часть неё, неприглядная правда, отчаяние и боль. Таким делятся лишь с самыми близкими, явно не так по-дурацки. Одёрнув рукав, Элина скорее передала нож. Севериан ничего не сказал и продолжил поклонение, тоже оставив на запястье порез. Кровь на камне потемнела.

– О Владычица холода, О Владычица смерти! Воспеваем твоё имя, и взываем к мудрости твоей. Обереги двоих, обет принёсших, от всяких бед.

Люди вдруг взвыли хором, и тогда сухое поле обуяло пламя. Это из-за них? Морена разозлилась? За секунды их окружило красным огнём, стало ясно как днём, но ни дыма не было, ни жара. К тому же тот не заходил дальше деревянных столбов.

– Мы разозлили её? – шёпотом спросила Элина, неосознанно прижимаясь ближе к Севериану.

– Отнюдь, – ответил Везнич, улыбаясь широко-широко. – Такова её помощь и радушие.

«Не изменяет себе»

– Теперь Вы готовы объяснить чего хотите от нас?

– Коли угодны вы слушать, – они кивнули. – Мы с братьями много веков жили подле подобных богам. В те времена мы не утратили влияния и голоса, нас восхваляли и почитали. Однако мир постоянно страдал от распрей и войн, таковы люди в своей сути. В один момент появилась та, что напугала силой и едва не подчинила себе суть всего живого. Наша Владычица, как вы можете догадаться. Никто не мог её остановить. И тогда наше пристанище посетили двое – князья Белой Вершины и Чёрного Утёса. Пожелали узнать решение, как остановить надвигающиеся тьму и холод. Оба столь юны и решительны, да только поросль их слова. Мы поведали о жертвенном обряде, кой двое могли равноценно исполнить. Но даже на кону целого мира и тысяч жизней не способны они оказались быть честны ни с собою, ни друг с другом. Итог видите сами: история повторяется.

С каждым словом Элина чувствовала нарастающую боль в висках. Только виной тому были не усталость или непонимание, а тот, кто никак не мог успокоиться и буквально изводился в тревоге.

«Да чего ты так боишься?! Как будто он что-то новое сказал!» – не выдержала она.

«Ты не понимаешь, с его слов мы выходим такими глупыми, а они же – всезнающими существами! Но это было не так»

«А как же тогда?»

Естественно, ответа не последовало.

– Причём здесь мы?

– От вас зависит, что станет с этим миром вновь. Вы – избранные ими потомки. Именно вам по окончанию тысячелетия, должно свершить либо ту же ошибку, либо вернуть всё на круги своя.

«Погодите…Я что какая-то твоя родственница?!»

«Седьмая вода на киселе» – Яромир протяжно вздохнул, – «Не говори только, что не знала об этом. Как бы я тогда построил связь?..»

«Но я же Потерянная».

«И что? Ты не можешь быть Потерянной из моего рода?»

– С чего вдруг такая честь, – не удержался Севериан. – Если Вы говорите об этом в таком ключе…Что же наши предки сделали не так?

Вопрос такой заставил Везнича ненадолго задуматься.

– Их пути с самого начала не должны были пересечься. Они должны были всегда оставаться порознь, как небо и земля, луна и солнце, как лёд и пламя. Но мироздание само породило ошибку. Дало двоим не только встретиться, но и так крепко связать друг друга. Из-за этого их предназначения исказились. От этого пошли все беды, – Элина зажмурилась от боли. Злость Яромира скоро поглотит её без остатка. – Когда они пришли к нам, то совсем не хотели слушать, не хотели понимать. Словно решение надобно положить сразу на блюдечко. Конечно, в итоге сделали всё по-своему. Нашли другой обряд – требующий большей цены, но как видим, тоже сработавший. Пусть и с огрехами, с дырами.

– То есть, я правильно понял, мы должны исправить то, в чём даже Белобог и Чернобог допустили ошибку? Мы и двое Богов – совсем не кажется равновесным. Откуда нам знать, как верно?

– Это решать уже вам самим. Одно лишь точно – бездействовать нельзя. Никто не сможет вмешаться, даже Полунощные Тали, как бы того не хотели. А я лишь поведаю об одном из возможных вариантов будущего: о том правильном, но отвергнутом обряде, – в этом вся его беспристрастность. – В день когда уходит зима, а солнце оживает на небосклоне мирская грань ослабляется. У людей отбирается возможность врать, так скрытое становится явным. Обряд связан с этим: двое должны полностью открыться друг другу, слиться воедино, стать целым, чтобы приумножить не только силы, но и защиту предков, их истинные знания.

– И как же это делается? – Севериан остался абсолютно равнодушен, а вот Элина невольно покраснела. Что за формулировки такие? Понятно, почему Яромир возмущался.

– Будь всё столь просто, любой мог бы совершить обряд. Вам самим надо понять как. В старые времена преданность и безграничную любовь доказывали подвигами. Спасали от смерти, убивали врагов… Но кто судить будет? Сами Боги.

Повисла тишина. Так много нужно было обдумать, принять, понять, стоило ли начинать смеяться от абсурдности или плакать от возложенных обязательств.

«Ты поэтому на них злишься? Вы не смогли доказать, что достойны?»

«Мы даже не пытались»

– Теперь же, прошу, исполните то, что обязаны, уплатите по долгам. Мы устали ждать.

– Что надо сделать? – с подозрением уточнил Севериан.

– Убейте нас, – сказал Везнич, как нечто лёгкое и естественное, – уничтожьте, не оставьте никого. Позвольте познать покой.

Элине хотелось верить, что она ослышалась, что тот так не смешно шутил. Разве могут они?.. Но за серьёзностью не скрывалось улыбки, в словах не было иного умысла – такова его настоящая просьба. Если Элина встала как вкопанная, до конца не осознавая и не понимая, что со всем этим делать – ни за что она не убьёт человека, не навредит безобидным существам! – то Севериан лишь знающе закивал и призвал обратно меч, так легко принимая все условия. Только спросил:

– Значит, такова ваша свобода?

Везнич кивнул с ярчайшей улыбкой из всех, ни капли не страшась. Окружавшие их люди повставали с мест, замолчали, и только теперь можно было увидеть, что каждый из них слеп – пустые глазницы темнели красным. Севериан уже отвел руки в сторону, примеряя замах.

– Стой! – не желая мириться с этим, Элина преградила путь, подставляясь прямо под удар, и вцепилась мёртвой хваткой. – Ты что правда сделаешь это? Убьёшь их?

– Они хотят этого, – непонимающе уставился на неё, и видимо разгадал-таки причину, обычный страх перейти границы дозволенного. – Ты ведь слышала, смерть не конец. Для нечистых это искупление. Но не переживай. Я сделаю всё сам. Можешь отвернуться, если не готова.

– Поторопимся, – нетерпеливо прервал их Везнич. – Уговор есть уговор.

Стоило получить отмашку, и Севериан вновь занёс меч, целясь не иначе как прямо в сердце. На его губах она успела заметить отблеск улыбки.

Элина отвернулась и с силой зажмурилась. Вот только как не старайся, позади творился ад. Звуки никуда не делись, и всё было слышно: чавканье плоти, росчерк лезвия, стоны и всхлипы. Разве это правильно? Воображение само дорисовывало тошнотворные картины ужаса, и от этого кружилась голова.

Страшно.

Полунощые земли уже заставили её убить раз, и эти воспоминания всплыли снова. От такого не отмыться, не спрятаться. Её передёрнуло. Она сошла с ума тогда, но то, что происходило сейчас даже не сравнится.