Верхом на удаче - Бородин Николай Владимирович - Страница 32

Но нам, я не сомневался, ни один из этих рассадников нечисти (наверняка без тлетворного влияния Света тут не обошлось, хоть заклятия на Границе почти и не действуют) не попадется – их неведомый хозяин дорожил своими драгоценными блуждающими колодцами и не стал бы обрекать свои детища на верную гибель. Поэтому водой нам следовало запастись в Буххе, ближайшем орочьем городке. Единственная проблема заключалась в том, что слухи о качестве тамошнего пива вызывали среди отрядных орков совершенно нездоровый энтузиазм. Я сильно опасался, что по выходе из поселения собрать мы сможем не больше половины. В любом случае особого толку при переходе Границы от них не было бы.

Как ни странно, мои опасения не подтвердились. Орки сохранились все, ну или почти все. В приснопамятном Буххе случилась всего одна хорошая потасовка, запомнившаяся всему городу. В самой крупной пивнухе собралась группка наиболее упертых зеленокожих, которые наверняка не стали бы возражать, если б их навсегда погрузили в сосуд с любимым пивом. Их фиеста была невежливо прервана, когда туда явились мы с Ди (впервые я был согласен с ее педантичной манерой собираться за несколько часов). В отличие от моего обычного праздношатания на этот раз я точно знал, что надо делать, а надо было следующее: сдерживать мою чересчур рьяную спутницу, с которой сталось бы расправиться с непокорными путем банального массового погрома, заканчивающегося непременной обугленной воронкой на месте заведения. О том, скольких она положила попутно, обрушивая крышу на неумеренных в возлияниях орков, Ди ни на миг не задумалась бы.

Поэтому я до поры до времени невозмутимо разглядывал когти на передних лапах. Увы, продолжался этот замечательный отдых совсем недолго, потому как отрядная магиня, зайдя в кабак, очень быстро отыскала посмевших вовремя не явиться на объявленный сбор. Дальше, как я уже знал из моего богатого опыта, все должно было произойти очень быстро – до разговоров эта стервозная особа и так снисходила довольно редко, а с подобными личностями не говорила никогда. Так все и случилось: через считаные секунды за спинами хорошо сидевших орков, кружком расположившихся вокруг огромного стола, вырос грозный призрак неотвратимого похода за боевой славой, а затем, в полном соответствии с излюбленной методикой, невидимая рука произвольно выбрала зеленокожего, приподняла его и с размаху впечатала в ближайшую стену. Вслед за этим в без пяти минут дезертира угодил добротный огненный шар, и заведение мигом обзавелось милой настенной аппликацией.

Сидевшие за столом немедленно повернулись в сторону по-прежнему жаждавшей крови Ди. К их несчастью, пива в них было столько, что и Гремлинское море по колено. Поэтому они быстро прикинули, что их немало и так, а если еще и остальные подключатся… Лично мне, правда, показалось, что остальные были вполне довольны ролью пассивных наблюдателей, но и без них против Ди было три десятка наглых, вооруженных и вусмерть пьяных орков, которые в таком состоянии были только вдвое опаснее, в отличие от людишек, слабых не только лапами, но и желудком. Поглядев на недобро горящие красные глазки зеленокожих, я выступил вперед, потому как иначе не обошлось бы без большой крови. Надо было срочно разряжать обстановку.

Как я и думал, большинство увидело меня только сейчас, но узнало далеко не сразу и сообразить, что баланс сил изменился, не успело. Хотя шансов у них не было, даже если бы против них дралась одна Ди, просто было бы море огня и еще большее море крови, чего моя рациональная натура допустить никак не могла. Поэтому я решил сконцентрировать внимание всех присутствующих на себе. И если для орков целью номер один я теперь был просто потому, что стоял ближе, то перенацелить на себя Ди было потруднее… Ну разве что покритиковать ее работу, что я незамедлительно и проделал.

– Знаешь, по-моему, лапы надо было бы выжечь несколько повыше. Так было бы эстетичней, – сказал я, указывая мизинчиком на последнее творение моей бешеной спутницы. Мгновение полюбовавшись тем, как она темнеет, я решил продемонстрировать настоящую силу искусства – выдернул еще одного орка из тех, что были поближе, повесил его перед той же стеной, придал ему необходимую позу, аккуратно приложил, а затем закрепил переводную картинку хорошей порцией огня. По-моему, все вокруг до конца не верили, что я все же это сделаю. Но Ди была удивлена куда больше – ведь на ее глазах недоучка слепил вполне качественный шар!

Меня в тот момент куда больше заботила художественная ценность получившейся композиции. Разумеется, как истинный художник, я нашел несколько недостатков и решил довести творение до совершенства. Да и на стене оставалось еще много свободного места. Хвала Тьме, когда третий кандидат на место очередного украшения заболтался перед все той же стеной, орки из нашего отряда, как по команде, шумно сглотнули, а затем гуськом и как можно незаметней начали выбираться из заведения, оставив на столе горку бусинок в уплату за пирушку (хотя мне хватило только одного взгляда, чтобы понять – хозяина надули). Такова уж их натура – даже когда сознание почти погашено страхом, желание кого-нибудь обуть все равно живо у них в крови. Впрочем, это было абсолютно не мое дело – кабачок и так получил неплохую рекламу, а вдобавок и замечательный образчик настенной живописи. Увы, только из двух фигур – соблюдая негласные правила игры, третьего пришлось отпустить.

Наконец все приготовления (пусть и забавные, но утомительные) были завершены, и наш караван вышел из ворот Бухха. Впереди лежала черная, полная жирного пепла полоса Границы. Все уходили в молчании, намотав на головы побольше тряпок, чтобы защитить нос и глаза. Из провожавших были только привратники, они быстро закрыли тяжелые створки и побежали в караулку промочить горло… нипочем не догадаетесь чем. Все остальные уже давно сидели за тем же самым в более удобных местах и обсуждали и сегодняшнее происшествие, и возможную судьбу каравана. Поистине оставалось только удивляться, как орки не пропили еще сам город!

Стоило первым рядам наших солдат ступить на выжженную землю, которая начиналась так резко, словно кто-то отрезал благодатную Степь от проклятого места, как пепел, до этого крутившийся кое-где небольшим ветерком, внезапно улегся. Честно говоря, мне стало как-то не по себе, уж очень это напоминало действия чего-то разумного. Взглянув на Ди, я заметил на ее морде примерно такое же недоумение. Хотя, вполне возможно, так чувствует себя каждый, кто пересекает Границу, а мы были здесь в первый и, очень могло статься, в последний раз.

Кругом стоит тишина. Внутри походного кольца еще есть какие-то звуки, но и они скоро исчезают, поглощенные надвигающимся из-за строя аптаров безмолвием. В нем тонет все, и бывалые воины втягивают головы в плечи, потому что мнится им, будто не слышно даже шагов по жирному черному пеплу. Когда скрылся из виду городок и вокруг разлеглась почти абсолютно ровная, идеально черная равнина, стало совсем плохо. Слава богу, не нашлось ни одного дурака, которому взбрело бы в голову затянуть песню, пусть даже просто от страха. В самом деле, откуда им было знать, что подобные глупые действия обладают замечательным свойством будить всякую мелкую нечисть.

Да, я не ошибся, когда говорил про мелкую нечисть. Потому что крупная положила на нас свой тяжелый взор еще у самого края Границы, и я все время чувствовал, как между лопаток гуляет холод, не давая о себе забыть. Все остальные, похоже, тоже испытывали подобные ощущения, хотя, наверное, несколько иначе. На меня же все тяжелее давила мысль, что нас заманивают. Уж слишком все было спокойно.

От тех, кто почти наверняка полезет ночью, обычное боевое кольцо зверей не защитит точно, но солдат должен быть занят работой. Когда же все ночное обустройство было закончено, я силой уложил спать всех, кроме часовых, а сам присел рядом с Ди у костерка на одной из аптаровых платформ и стал думать, глядя на лезвие протазана. Почему-то мне казалось, что иного оружия этой ночью мне не потребуется. Только как бы и оно не оказалось слишком слабым.