Петруша и комар (сборник) - Лёвшин Игорь - Страница 38

— Чтоб он отсох, его поганый язык. Догадываюсь, что он ему лизал этим языком перед тем как подписать эту…

— Иван, возьмите себя в руки. Хотя бы ради Чуни. Повторяю, не все так ужасно.

— Ладно, — вздыхает Иван, — что там за чертов третий уровень отношений? Что это значит?

— Вот это другое дело. Формально он отличается набором из девятнадцати пунктов, я вам их напечатаю в газете. На словах скажу, как это может отразиться на реальной жизни. Пожалуй, самый неприятный пункт — освобождение Чуни от уроков любви к старшему другу.

— Скккоты…

— При этом преподавание остальных дисциплин любви продолжается. Другая неприятная деталь — уменьшение серотонинового взаимообмена до 0,3. Вы понимаете, что это значит?

— Да уж.

— Но вот что я вам скажу. При совместном проживании. Вы… Ээ?

— Кто я по профессии?

— Я этого не спрашивала, — улыбается сотрудница.

— Само собой. Алгоритмист. Алгоритмы программирования анекдотов и комических сцен.

— Насколько я понимаю, алгоритмисты много времени проводят дома.

— Верно.

— Я думаю, что, если вы проявите такт и выдержку, последствия удастся минимизировать. К тому же…

— Ну, что вы мнетесь опять?

— Вы увидите в газете, там прописаны некоторые нюансы. При внимательном чтении вы обнаружите… Я не в праве вам советовать, но…

— Понятно. Короче, все как обычно: строгость закона компенсируется…

— Есть международные обязательства, ну вы сами знаете.

— Ладно, все понял. Спасибо.

— И еще вот что…

— Что еще?

— Не мне объяснять вам роль Нгуена в этой истории, но Джерри… Я просто хотела сказать, что в руководстве Попечительского совета Лабрадора сидят нормальные люди. Такие же, как мы с вами.

— Ладно, наверное, вы правы. Спасибо. Пойду к Чуне.

Иван берет из рук секретарши бланк, уже хватается за массивную ручку двери, но возвращается.

— Вы верите в приметы?

— Конечно.

— Красный петух — к чему это?

— Не знаю. Петух… Это, кажется, рыба?

— А-а, — махнул рукой Иван и вышел в холл.

Помощница консультанта подводит Чуню. Иван расписывается и подставляет бланк Чуне, который с готовностью лижет сладкий квадратик под своим изображением.

— Молодчина, — похлопывает его по холке Иван и надевает перепрограммированный виртуальный поводок.

Собака и хозяин возвращаются домой. Уже давно стемнело. Редкие прохожие кутаются в плащи, пытаясь укрыться от ветра и моросящего дождя. Кошки, из тех, что ходят сами по себе, завистливыми взорами провожают парочку.

Перед дверью своего дома, повинуясь внезапному порыву нежности, Иван обнимает Чуню за шею. Виртуальный поводок издает прерывистый предупреждающий сигнал. Иван отстраняется и долго-долго матерится. Чуня скулит и преданно смотрит в покрасневшие глаза хозяина.

— Все, все понимает, — бормочет себе под нос Иван, — я всегда говорил, они всё понимают.