"Фантастика 2024-21". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Липарк Михаил - Страница 930

Шварценберг не стал томить. Посмотрел на Генерального секретаря, перевел взгляд на Феликса и оскалил зубы в усмешке.

— Если бы из моих детей стали делать зеленую слизь, а бабу отправили танцевать перед монстрами апсарские танцы, я бы тоже кого-нибудь покарал, — смачно заявил он. — Только в отличии от хреновых гуманистов из Содружества не стал бы с ручными пукалками в руках по пустоши гоняться, а накрыл бы всю шоблу из плазменных установок, не поглядев, кто пират, а кто абориген.

— То есть вы не отрицаете применения импульсного оружия против местных жителей? — уцепившись за последние слова, попытался исправить ускользающую из-под контроля ситуацию Феликс.

— Да какого там импульсного! — отмахнулся от него Саав. — Вот не просто так вожди Синей и Черной орд едва не передрались, у кого из них ты станешь марухой! — продолжал он, не обращая внимание на выражение лица Феликса, которое покрылось пунцовыми пятнами и напряглось, будто во время судороги. — Сдается мне ты вместо того, чтобы выполнить мой приказ, еще в Пустыне гнева в штаны наложил и на поверхность даже носа не показывал. А я видел на корабельных мониторах как эти придурки, — он указал на Клода и остальных, — словно последние дикари, пока не установили генераторы, капусторубами махали. Варрары должны тут не комедию в Совете ломать, а в ножки Командору поклониться. Если бы не энергетические щиты, сольсуранцы их даже на семена не оставили!

— Что вы ему посулили? — не веря своим ушам, повернулась к товарищам Ленка. — Пожизненный патент на каперство или сразу Молнии Великого Се?

— Офицеры подразделения «Барс» с пиратами не торгуются, — с самурайской надменностью отрезал полковник Минамото.

— Просто мой драгоценный тесть, — указал на академика Серебрянникова Клод, — рассказав Шверценбергу о планах Альянса насчет Васуки, сумел сыграть на ненависти пирата к змееносцам и его тщеславии. Тем более, что внесение в Звездный реестр он и вправду заслужил.

Туся автоматически кивнула, поправив выбившуюся из прически легкую прядь. Поверить, что здесь не кроется никакого подвоха она не могла. Не скрывали недоумения и Майло с Риком. Хотя уж они-то могли бы давно уяснить, что Саав Шварценберг играет лишь на одной стороне — своей собственной.

— Что с тобой, кэп? — пытались они дозваться до вожака. — Да ты никак сторожевых шавок Содружества защищаешь?

— Молчать, салаги! — нисколько не смутившись, огрызнулся на них Шварценберг. — Я говорю то, что было на самом деле, а вы, словно последние бакланы, подтверждаете любую чушь, которую этот альянсовский хмырь вам в уши вливает!

Феликс взвился едва не под потолок зала, пытаясь протестовать, но Генеральный Секретарь не дал ему слова.

— Расскажите об убийстве доктора Дриведи, — попросил он Шварценберга, не без удовольствия наблюдая, как змееносцы вот-вот заживо замаринуются в собственной желчи.

— Какое убийство? — искренне удивился Саав. — Так не пойдет. Это был честный поединок. Честнее, чем на весеннем турнире зенебоков! К тому же, этот доктор, который вовсе не док, так перебрал с энергией, что чуть всю планету не разнес. Должен же был хоть кто-то его остановить. А уж сколько варраров там погибло, когда он храм порушил, едва не больше, чем в битве при Фиолетовой.

— Зачем вы его слушаете? — воспользовавшись первой же паузой, попытался воззвать к Совету Феликс. — Разве непонятно, его сломали в плену Содружества, шантажировали или подкупили.

— Ты ври-ври, но не завирайся! — искренне обиделся Саав. — И по себе других не равняй. А то я расскажу, как ты предлагал мне использовать твоего дражайшего члена Совета Директоров «Панна Моти» в качестве донора для энергообмена.

— Это наглая ложь! — побелев, как полотно, заметался по залу Феликс. — Я подам в межгалактический суд.

— До хоть в транссексуальный! — расхохотался Саав. — Я еще в Содружестве свой срок не отмотал, а ты меня нарами Рас-Альхага пугаешь! Я все сказал, господа члены Генеральной Ассамблеи! — повернулся он к представителям окраинных миров. — А вы подумайте. Если вы сейчас промолчите, как бы Альянсу не захотелось таким же макаром захватить ваши планеты. Так кого угодно можно объявить агрессором. Стычки на внешней границе обычное дело.

XII

После не оставившего никого равнодушным выступления Саава Шварценберга слово взял представитель Семма-ии-Ргла. Хотя он даже не разомкнул изогнутых в благожелательной улыбке то ли человеческих, то ли кошачьих губ на загадочном, как у сфинкса, лице, все услышали настойчивое требование предоставить Васуки особый статус и отпустить пленников. Туся опасалась, что змееносцы начнут расспросы по поводу копья, уничтожившего доктора Дриведи, но встреча негуманоидов с Арсеньевым, по всей видимости, осталась в тайне.

Трудно сказать, что повлияло на участников Генеральной Ассамблеи: убедительность доводов старого пирата или страх перед загадочными негуманоидами, о которых знали немного, но дорогу предпочитали не переходить. В любом случае, Совет большинством голосов принял резолюцию Содружества, и оставшиеся в меньшинстве представители Альянса в знак протеста покинули Дворец Совета и запросили разрешение на вылет.

— А вы как думали, господа змееносцы! Проигрывать надо уметь, — проводил их саркастической улыбкой Семен Савенков.

— Все-таки наша взяла! — торжествовал Слава Капеэсэс, обнимая слабо отбивавшуюся Ленку.

Приехав в поместье, он лично спустился в погреб и принес к ужину несколько бутылок вина призового урожая.

— Это триумф! — согласился с ним полковник Минамото, с довольным видом усаживаясь, подогнув ноги, на террасе.

— Знать бы только цену, — скептически покачала головой Ленка, добавляя к ужину сырную тарелку и сберегая от мартышек поднос с медом, виноградом и инжиром.

— Но ведь они теперь должны отпустить наших ребят? — с надеждой и недоверием глянула на мужа и его коллег сеньора Эстения, хлопоча возле Туси, у которой после выступления в Совете не хватало сил даже поднять графин с виноградным соком.

— Если не хотят неприятностей в Совете, — кивнул Семен Савенков, заботливо укутав Тусю пледом, и возвращаясь к своему бокалу.

— Во всяком случае, спасибо Сааву Шварценбергу, все обвинения по поводу нашей агрессии на Васуки рассыпались в прах, — подытожил Клод.

Подхватив на бегу какую-то снедь, он убежал выразить свое восхищение Наташе, которой тоже не терпелось поделиться впечатлениями.

Чуть позже на связь вышли и Арсеньевы старшие, тоже следившие за заседанием. Хотя Туся про себя отметила, что на хранящем Сашины черты добром лице Ольги Викторовны за последние несколько месяцев прибавилось морщин, а широкие, почти как у сына, плечи Андрея Ильича устало поникли, оба держались молодцом и даже пытались шутить.

— Мы тут заспорили, кто из вас с Сашей вернется раньше, — после подробных расспросов о самочувствии невестки и малыша улыбнулась Ольга Викторовна.

— Новых случаев синдрома Усольцева на Сербелиане не фиксировали уже месяц, значит карантин должны скоро снять, — обрисовала Туся ситуацию. — Мы уже направили запрос, и теперь ждем только ответа.

— Скорей бы уже, — нетерпеливо подалась к экрану свекровь. — На больших сроках совершать переходы сквозь червоточины просто опасно.

— Мы с сеньорой Эстенией вернемся сразу же, как планету откроют, — заверила ее Туся. — Если позволят врачи.

— С Сашей и остальными вопрос тоже должен в ближайшие недели решиться, — подключился к беседе Андрей Ильич. — Я понимаю, что освобождение пленных — процесс сложный и нудный, нередко увязающий во всяких бюрократических проволочках.

— Но ведь мы столько времени оплакивали их безо всякой надежды, — подхватила мысль супруга Ольга Викторовна, но голос ее дрогнул. — Что нам стоит еще подождать.

— В любом случае, у Саши еще будет время насмотреться и на Риту, и на Олежку, — поддержал жену Андрей Ильич, — если Командование опять куда-нибудь не ушлет.

Туся очень хотела бы разделять оптимизм друзей и близких, тем более окружавшая ее пышная природа на все лады прославляла жизнь.