"Фантастика 2024-21". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Липарк Михаил - Страница 919

Остальные барсы выглядели не лучше. Все страшно исхудали. Даже Дин в нынешнем состоянии сумел бы протиснуться в тот воздуховод, по которому бежал Слава. Пабло лишился своих знаменитых кудрей: заключенные и даже подследственные в Альянсе, видимо, готовились к потенциальному донорству, поэтому носили такую же прическу. Петрович просто сделался изможденным, согбенным стариком и дышал едва не тяжелее Саши.

Впрочем, сравнить даже при всем желании они бы все равно не смогли. Стеклопластовые клетки, в которых держали подсудимых, были сконструированы таким образом, чтобы во время заседания они не имели возможности не только общаться, но даже видеть друг друга. И все равно барсы выглядели как одна команда.

Официальный обвинитель прибыл в зал суда на комфортабельном антиграве, оборудованном удобным сидением и громоздким компьютером, подключенным, впрочем, к межсети. Начало его выступления на Сербелиане встретили рокотом возмущения: такой наглой лжи тут никто не слышал с начала эпидемии на Ванкувере. Операцию в Новом Гавре он называл исключительно террористической атакой на лагерь беженцев.

— Вы только осознайте чудовищность этого преступления, — захлебываясь собственным красноречием живописал напыщенный сутяга. — Несчастные жители Ванкувера только что пережили все тяготы и лишения развязанной Содружеством войны и ожидали кораблей, которые смогли бы доставить их на любую из планет Рас-Альхага. И буквально за несколько дней до начала эвакуации их надежды были бесчеловечным образом оборваны.

— А он не хочет добавить, что жизнь «переселенцев» должна была окончиться на фабриках «Панна Моти»? — угрюмо проговорила Ленка, которая на собственном горьком опыте знала, что из себя представляли так называемые Карантинные зоны.

Впрочем, ей, как и остальным, предстояло еще выслушать версию змееносцев об экспедиции на Васуки. Барсов объявляли агрессорами, вторгшимися в жизнь суверенного народа, и бандитами, промышлявшими захватом чужих кораблей. О том, что корабли принадлежали пиратам, а представители «суверенного народа» приносили в жертву детей, понятное дело, тоже не говорилось.

— И как они собираются доказывать всю эту ахинею? — недоумевал Клод, услышав про убийства мирных жителей и этнические чистки.

— Никто ничего не собирается доказывать, — скривился Савенков. — В Альянсе уже все давно решили и назначили виноватых еще до того, как ребята попали в плен.

— Не исключено, что змееносцы расставили на Сербелиане ловушку, и использовали меня как приманку, — сокрушался Слава. — А я еще радовался, когда мне удалось бежать с шахты.

— Не думаю, что жизни Алекса и ребят стоит дороже алмазных копей, — покачал головой полковник Минамото. — Хотя мы пока не знаем, чего змееносцы добиваются и что рассчитывают получить в результате этого процесса. Тем более, пути отступления из лаборатории и бегства из системы подготовили суперпрофессионально.

— Что толку теперь гадать, — вздохнул Савенков, с едва не физической болью глядя на Дина и Пабло. — Надо думать, что мы сможем сделать.

— Пока наше командование предпримет какие-то шаги, змееносцы замучают их до смерти или доведут до помешательства, — невольно вспоминая свой плен, болезненно скривилась Ленка.

Сеньора Эстениа громко всхлипнула, захлебываясь слезами. Семен Александрович обнял ее, и она, разрыдавшись в голос, спрятала лицо у него на груди.

Туся проглотила комок и положила руки на живот, словно таким образом пыталась защитить дитя от горестных переживаний. Помочь его отцу она сейчас ничем не могла.

Впрочем, Саша держался с редким самообладанием, и остальные барсы, не сговариваясь, следовали его примеру.

Конечно, все четверо подсудимых знали, что любая попытка вмешаться в ход процесса обернется для них немедленным наказанием, причем достаточно жестоким. Как с упоением поведал репортер «Алмаза красноречия», в надетые на них наручники и электронные ошейники были вмонтированы шокеры, и охранники имели возможность по своему усмотрению увеличивать силу заряда вплоть до парализующей или даже смертельной.

Вместе с тем, Туся для себя отметила, что, когда обвинитель начал свою речь, взгляд Арсеньева сделался осмысленным, а на бледных губах появилась презрительная усмешка. Слушал он очень внимательно, отмечая про себя явные нестыковки и собираясь их использовать, если им вообще позволят говорить. Официальных защитников барсам не предоставили. Как заявили в начале процесса, ни один из адвокатов Альянса не счел возможным добиваться оправдания таких отъявленных преступников, а юристам Содружества и окраинных миров заниматься профессиональной деятельностью на планетах Рас-Альхага запрещалось. Вряд ли Саша надеялся доказать свою невиновность, но он продолжал чувствовать ответственность за жизни товарищей и потому собирался бороться до самого конца.

Тем временем прокурор получил разрешение вызвать свидетелей, среди которых Туся почти без удивления узнала Майло и Рика. Отмытые и переодетые в дорогие костюмы по моде Альянса, пираты выглядели почти респектабельно, однако держались по-прежнему развязано и нагло. Высвеченный на голографическом планшете услужливо подлетевшего дрона текст присяги, они читали подчеркнуто небрежно и без всякого стеснения переставляли буквы в словах и путали ударения.

Прибывший в зал на роскошной антигравитационной капсуле Феликс в текст не смотрел, присягу прочитал наизусть, будто каждый день свидетельствовал в суде. Он не только выступал истцом в деле об убийстве, но и представлял здесь интересы «Панна Моти» и потому упивался собственной значимостью.

Рядом с мужем на эргономичном сидении капсулы безвольной тряпичной куклой скукожилась Галка. Живая. И на том спасибо. После истории со статуэтками думалось всякое. Но что она забыла в этом зале? Расскажет о миссии Арсеньева на Рас-Альхаге и подставит под удар себя или подтвердит ахинею о преступлениях Командора и его соратников на Ванкувере?

Хотя наряд сестры по-прежнему отличался безупречным вкусом и изяществом, а над прической не один час работали дорогие стилисты, ее лицо напоминало раскрашенную маску античной трагедии, а страха и отчаяния в глазах было больше, чем у барсов. Чувствуя себя явно не в своей тарелке, Галка не смотрела по сторонам, предпочитая изучать свои руки с идеальным маникюром. Однако в какой-то момент, когда ее о чем-то спросили, она случайно встретилась взглядом с Арсеньевым, и тот едва заметно ободряюще улыбнулся и кивнул.

Туся на какой-то миг вместе с ним оказалась в залитой светом мощных софитов операционной, пережила все оттенки дискомфорта пациента, распластанного и зафиксированного на столе, точно лягушка во время препарирования. Доктор медико-биологических наук, Саша на полном серьезе думал, что змееносцы решатся провести пересадку легких без наркоза. А потом он увидел ее сестру.

Бездны космоса! Это ведь Галка по требованию Феликса ставила Арсеньеву этот злополучный протез, а потом выхаживала его после операции и еще раз вытаскивала с того света, когда он, придя в себя и осознав, чем чреват его нынешний плен, пытался остановить сердце. Это Галка приносила барсам концентраты и хлеб, втихаря передавая указания разлученного с ними Командора. И сейчас Арсеньев ее благословлял, чтобы она не стыдилась и спокойно отыграла отведенную ей в этой отвратительной комедии роль.

Пока выступали какие-то мутные и непонятные личности, которые не всегда могли правильно произнести названия городов Ванкувера, да и самой планеты.

— Нагнали статистов, раздали текст, а как его произносить объяснить не удосужились, — скривился Савенков, наблюдая за выступлением женщины неопределенного возраста с обезображенным лицом.

А ведь все пострадавшие в Новом Гавре получили полномасштабную медицинскую помощь, включая лазерную пластику с полным восстановлением внешности.

Следующая свидетельница, похоже, все-таки говорила не с чужих слов. Она очень живо описывала холод осенней ночи, пронзаемой вспышками плазмы, запах гари и нечистот, хаос, неразбериху и безуспешные попытки найти хоть какую-то защиту от выстрелов. Вину за гибель людей она, впрочем, полностью возлагала на бойцов Содружества.