"Фантастика 2024-21". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Липарк Михаил - Страница 898

Конечно, у этой идиллии существовала и другая сторона, о которой знали немногие. Просыпаясь в холодном поту из-за того, что во сне ей привиделся гибельный взгляд агатовых глаз Великой Жрицы или в груди разлился холод копья Семма-ии-Ргла, Туся успокаивалась в объятьях любимого, слушая его ровное, спокойное дыхание.

Когда же призраки прошлого являлись к Командору, перенося его на арену Васуки, в окопы Ванкувера или в заброшенный док, Туся не всегда даже могла прибегнуть к телесному контакту, ибо временами это было просто опасно. Чудо, что ее первый опыт на буксире закончился приятным недоразумением, а не травмой. Правда, теперь для того, чтобы дотянуться до сознания Командора, ей уже не требовался стресс.

Их мысленное общение, очень удобное в совместной работе, даже близких друзей доводило до белого каления.

— Так нечестно! Когда больше двух, говорят вслух! — возмущался Клод, которому временами приходилось просто угадывать направление мыслей наставника или просто действовать на свой страх и риск.

— Алекс, такими темпами вы с Маргаритой скоро разучитесь формулировать и излагать свои мысли, — предостерегал Вернер. — А ведь ей еще диплом защищать, да и твоего выступления на конференции памяти нашего учителя никто не отменял.

В самом деле, чаще всего они с Командором, уловив цепочку ассоциаций, передавали друг другу яркие, объемные картинки — образы еще не оформленных в слова намерений. Тусе и вовсе, чтобы понять любимого, достаточно было поймать двигательные импульсы, посылаемые его мозгом, а затем перенаправить это движение к пальцам рук.

— Самое главное, чтобы на защите Рита не отправила оппонента куда-нибудь на Аляску или вообще в черную дыру, — беззлобно шутил Клод, вспоминая ее подвиги на Ванкувере и Васуки.

На Земле, конечно, Туся ничего подобного себе не позволяла и способности, которые она практически научилась контролировать, тренировала исключительно в закрытых помещениях и в отсутствии посторонних. Другое дело, что иногда, забывшись, она начинала управлять нанороботами, не используя перчатки оператора, или, не поднимаясь из-за рабочего стола, притягивала пробирки с реагентами или стекла с биоматериалом.

Выбравшись из капсулы, Туся спустилась в нежно опекаемый графиней Херберштайн ботанический сад, который окружал ресторанный дворик. В любое время года под освещенным фитолампами куполом климат-контроля здесь висели спелые плоды апельсинов, персиков и манго, расцветали орхидеи, розы, анемоны, амарилисы и другие цветы Земли. Рядом с ними, соседствуя с многоцветными гибридами и невероятными порождениями бурной фантазии генных инженеров концерна, красовались сильфидские аксимениомилы и астеросконы, алел Ванкуверский папоротник.

Недавно здесь появился и уголок травяного леса, совсем небольшой и скорее напоминающий островки растительности в краю болот, нежели бескрайние просторы Сольсурана. Хотя тогда на Васуки, не считая злоключений в храме Наги, свадебного пира и десятидневных каникул у моря, она практически не покидала лагерь, эта странная планета вспоминалась Тусе куда чаще, чем Ванкувер, на котором она прожила целых пять лет.

Древнее эхо, живущее под гулкими сводами Царского дворца, рассказывало ей о временах царя Арса и его борьбе с Великим Асуром. Ветер травяных лесов, качающий в гнездах доверчивых серебрянок, напевал ей о временах Золотого века, когда двенадцать народов Сольсурана, пережив разрушительную войну с поклонниками Тьмы, вернулись в родовые твердыни, с благодарностью храня двенадцать строк потаенной части Предания — тайну Молний Великого Се.

— Это вполне естественно, — успокаивал Арсеньев. — Ванкувер сейчас все стараются забыть, в то время, как Васуки у нас почти каждый день обсуждается и в новостях, и в беседах с друзьями. Да и в лаборатории мы пользуемся материалом, полученным именно там.

При этом Туся точно знала, что во сне он тоже гуляет по стране травяных лесов, причем по таким закоулкам, в которые не забиралась даже вездесущая Наташа.

Впрочем, кое в чем Саша был прав. Хотя вопрос об организации полномасштабной научной экспедиции пока повис в воздухе, судьба Васуки обсуждалась не только на заседаниях Совета содружества, но и на ассамблеях Совета галактической безопасности. Дело в том, что почти сразу после обнародования официальных данных спасательной миссии Арсеньева-Савенкова-Минамото о своих правах на планету заявили змееносцы.

— Вы понимаете, какая катастрофа постигнет уникальную цивилизацию Васуки, если планету присоединит Рас-Альхаг? — не находила себе места от тревоги Наташа Серебрянникова-Дюбуа-Херберштайн. — Что будет с Сольсураном и его жителями?

— Тут, пожалуй, времена набегов Саава медом покажутся, — соглашался с молодой женой Клод, который не только переживал за друзей из травяных лесов, но и опасался, что данные по уникальному антигену, которые они добыли потом и кровью, окажутся в распоряжении «Панна Моти».

— Открытое противостояние с Альянсом может привести к новой войне, — хмурился Арсеньев. — К тому же, у «Панна Моти» и других забот хватает.

В самом деле, внедрение в производство обеих серий антивакцины сильно подточило позиции Корпорации в том числе в сфере омоложения. Хотя попавшиеся на удочку «Панна Моти» чиновники Содружества, опасаясь огласки, не решались в открытую обращаться в концерн Херберштайн, умница Вернер нашел возможность через третьих лиц организовать сеть клиник, где клиентам гарантировалась полная анонимность.

Кроме того, совет Галактической безопасности, откликнувшись на неоднократные запросы гвельфов, к вящей радости Цоца-Цолы, наконец, принял резолюцию, осуждающую оккупацию змееносцами Сильфиды. В совете Содружества всерьез рассматривался вопрос об оказании законным представителям планеты военной помощи, и Сашины товарищи из Звездного флота ждали только приказа.

И все же Туся в полной мере разделяла опасения друзей по поводу судьбы Сольсурана, ибо точно знала о том, что змееносцы в обход межпланетных норм высаживались на планету и, возможно, уже вели там поисковую деятельность.

В день свадьбы после возвращения из Дворца Владык Арсеньев показал объемистую коробку, в которой в вакуумных чехлах лежали четыре из восьми прабабушкиных фарфоровых балерин.

— Это Галкин подарок на нашу свадьбу, — голос Командора прозвучал виновато. — До сих пор не могу себе простить, что не сумел тогда ее уговорить.

— Но ты же не мог ее похитить, — Туся мягко накрыла его ладонь своей, отодвинув коробку.

Вскоре статуэтки заняли свое место в их нынешней квартире в Граце по соседству с Сашиными наградами и собранными им еще в отрочестве гербариями уникальной флоры Альпареи. Когда же они с Арсеньевым отмечали годовщину свадьбы, им прислали еще одну коробку без обратного адреса. На черном бархате обивки, напоминая кладбище ампутированных конечностей в полевом госпитале, лежали обломки остававшихся у Галины на Рас-Альхаге четырех балерин.

Криминалисты из управления Разведки, которых тотчас вызвал Арсеньев, обнаружили на обломках и упаковке свежие следы ДНК Феликса. Впрочем, и без них было понятно, что такой подарок-угрозу мог прислать только Серый Ферзь. Каким образом ему удалось выбраться с Васуки и где он скрывался до отлета кораблей спасательной экспедиции Командора, оставалось загадкой. Особенно если учесть, что Клод и Слава с другими разведчиками продолжали поиски по всем возможным направлениям и перевернули вверх дном весь край болот.

— Не переживай, милая, восстанавливать керамику по черепкам дело привычное. Это же почти как детский пазл. Главное, чтобы все фрагменты были на месте, — успокаивал находящуюся в истерике Тусю Андрей Ильич, забирая обломки на реставрацию.

Очень скоро балерин восстановили в их первозданном виде, так что даже самый внимательный взгляд не нашел бы изъяна. И все же, подходя к полке с семейным достоянием, Туся с трудом сдерживала слезы. Расставляя статуэтки в том порядке, в котором они стояли в родительском доме на Земле и в квартире на Ванкувере, она невольно вспоминала сестру.