"Фантастика 2024-21". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Липарк Михаил - Страница 1450

Нет. План остается тот же. Создать клан. Только сперва нужно сбросить с хвоста человека, который вставляет мне палки в колеса. Лаврентия Островского. Другого варианта нет.

Я взял целый чебурек и оставил его на столе перед задремавшей старушкой в рюмочной. А сам вышел на улицу и нашел ближайший таксофон. Позвонил Островскому и уже через сорок минут он ждал меня в моей квартире. Куда я вернулся впервые после происшествия с мутантами.

— Ну здравствуй, Костя, — Лаврентий стоял посреди кухни и, по старой привычке, грыз зубочистку.

— Нужно отдать вам должное, — шмыгнул носом я. — Вы отличный охотник. Отрезали все пути. Не оставили мне других вариантов, кроме как встретиться с вами. Но это не комплемент. Я просто хочу сказать, что благодаря этому у меня появилась возможность решить зудящий вопрос раз и навсегда. И перестать постоянно оглядываться.

— Очень интересно, — Островский взял испачканную в копоти табуретку, положил на нее газету, присел и закинул ногу на ногу. — А я думал, что ты просто хочешь узнать, что я собираюсь с тобой делать…

— И это тоже.

Лаврентий хмыкнул и вытащил зубочистку изо рта.

— Оглядись, Костя, — сказал он. — Посмотри во что превратилась квартира твоей матери. Этого ты добивался? Ведь ты не глупый парень. Но уже в который раз мне приходится объяснять к чему приводит бесконтрольная сила, заточенная внутри тебя.

— Именно потому, что я не глуп и вы тоже, я и пришел сюда.

— И я очень надеюсь, что наш разговор пройдет в позитивном ключе. Иначе люди, стоящие за дверью, будут вынуждены обезвредить тебя и увезти куда надо.

Я оглядел кухню, где мы с сестрой и матерью совсем недавно ужинали. Понял, что сильно соскучился по ним. Понял, что именно люди делали это место таким волшебным для меня. А сейчас, когда тут сидит только человек, желающий увезти меня подальше на север, эта кухня потеряла былую привлекательность.

— Перейдем сразу к делу, — начал я заранее подготовленную речь. — Я знаю, почему вы так крепко вцепились в меня.

Островский вставил зубочистку в зубы и прищурился.

— Прежде чем прийти сюда, я очень хорошо подумал. Проанализировал все наши встречи, и кое-что осознал, — проговорил я. — Мы встречались трижды. И всякий раз вы были в своих черных перчатках. Даже в помещении. Даже сейчас. А когда снимали их, то всегда старательно прятали ладони.

Человек из бюро снова промолчал. Но в его лице что-то поменялось.

— Я долго пытался понять, что может заставить человека так сильно ненавидеть ребенка. Учитывая то, что я не желаю никому зла. Кроме чувства долга и чувства вины, конечно, — я взял вторую табуретку и сел напротив своего собеседника. — А потом понял. Ведь в вас нет никакой ненависти. Иначе вы ни за что не переключились бы на Парфенова. В тот день, когда я был у вас в руках. А значит, вы просто старательно прячетесь. А моя бабушка всегда говорила. Если хочешь что-то спрятать — спрячь на самом видном месте. Вы уже понимаете, к чему я клоню?

Я помнил, где Жендос вывалил все вещи из моего рюкзака, когда мы боролись тут с мутантами. Знал, что, если Нокиа не вернул браслет, который когда-то подарил мне Германн, значит Знаки разбросаны в прихожей моей двухкомнатной хрущевки. Под раскиданными вещами. Поэтому, назначив встречу с Островским я пришел в квартиру заранее и отыскал кубики. И благодаря одному из символов, который уже применял однажды, сейчас я значительно увеличил скорость своего тела, чтобы снять одну из перчаток майора и глянуть на отметку на его ладони. Ее наличие и открыло мне страшную тайну. Господин Островский — темный.

Потом я спрятался за дверью в подъезде на первом этаже. А когда люди из Бюро прошли мимо, сделал вид, что захожу в квартиру впервые.

— Ведь кто подумает, что охотник за темными — сам темный, — я положил снятую с собеседника перчатку на край стола и замер.

Сердцебиение приходило в норму. По правде говоря, когда шел на встречу с майором я не был уверен в том, что моя догадка подтвердится. А сейчас, когда Островский оказался не простым одаренным, меня отпустило. Можно переходить к следующей части моего плана.

— Каждому такому одаренному в любом случае предстоит оказаться на Казачьей Заставе. Хочет он того или нет. А знаете почему?

Человек в черном продолжал молчать и пялиться на меня. В голове уже мелькнула мысль, что он записывает наш разговор, поэтому я тщательно следил за словами, чтобы не сболтнуть лишнего.

— Вы слышали про Первое Пришествие? Про клан горцев, который спас однажды наших предков? Не отвечайте. Я знаю, что кто-то считает это мифом, а кто-то допускает, что скоро мутанты прорвут стену на севере и окажутся тут во второй раз. Вижу по выражению вашего лица, что вы слышали об этом. Тогда должны понимать, что участившиеся случаи появления тварей в нашем мире — это не случайность…

— По-моему, ты зашел слишком далеко, Костя, — Островский неторопливо убрал зубочистку изо рта, взял перчатку и снова надел ее на руку. — Решил обвинить меня во всех смертных грехах, чтобы спасти свою шкуру, да?

— А я ошибаюсь? — я протянул руки, позволяя надеть на меня наручники. — Тогда арестуйте меня или что вы там хотите со мной сделать? Только при первой возможности я поделюсь со всеми вашим маленьким секретом.

Пауза. Я все еще сижу с вытянутыми руками. Жду хода своего оппонента. Надеюсь, на то, что он сдрейфит и пойдет на сделку, которую я собираюсь предложить. Но Островский медлит. Не поддается на шантаж.

— Пожалуй, я приму твое предложение, — отвечает майор и тянется в карман своего пальто.

Я уже собираюсь убрать руки, но вижу, как блеснули наручники. А в следующий момент они застегнулись на моих запястьях.

Я постарался не измениться в лице. Но удивление все равно сложно было скрыть. Ведь простое упоминание о том, что майор БРМП Лаврентий Островский — темный, заставит устроить ему внеочередной медосмотр и сломает карьеру молодого паренька. Но он почему-то совершенно не испугался того, что я обо всем узнал. А я, кажется, не учел еще одного факта — что способность, которой он обладает может помогать ему скрывать эту страшную тайну.

— Встретил достойного соперника, Костя? — ухмыльнулся мой собеседник. — Попробуешь отгадать почему я не боюсь твоих угроз и точно никогда не пойду на сделку с тобой?

Я молчу.

— Ну ладно, — Островский поднимается и ставит табуретку на место, как будто кухня совсем не разрушена, и он действительно находится в гостях. — Сам открывать всех карт я тоже не собираюсь. Но, будь уверен, никто и никогда не докажет, что я темный. Я уже допустил тотальную ошибку, поверив в то, что ты обычный ребенок. Потерял бдительность. Но больше я на эту уловку не попадусь. Вставай.

— Черт… — я схватился за голову скованными руками словно бывалый зек.

— А что касается Второго Пришествия…у тебя будет возможность встретиться с тварями из-за стены. Но, к сожалению, только когда ты станешь постарше.

— Что? — я поднял глаза и посмотрел на человека из Бюро. — Значит вы все это затеяли не для того, чтобы упечь меня на Казачью Заставу.

— Только, если ты сам захочешь. А сейчас мы отправимся туда, где ты также, как и на стене, не будешь представлять угрозу для окружающих, — Островский издевательски похлопал меня по плечу. — Третий раз повторять не буду. Вставай. Пока я не приказал вытащить тебя отсюда силой.

Делать нечего. Хоть мой мозг и пытался судорожно сгенерировать идею, как все исправить и как загнать в угол Островского — ничего дельного сейчас я придумать не мог. Поэтому мне оставалось только послушаться человека из БРМП и пойти за ним.

После того, как мы вышли из подъезда, меня посадили в одну из машин с черными номерами и минут тридцать куда-то везли.

А затем мы остановились у двухэтажного старого здания. Островский подошел к моей двери, открыл ее и холодно произнес:

— Добро пожаловать в твой новый дом.

Он снял с меня наручники и отошел с дороги. Я бросил взгляд на темно красную табличку над входом. «Детский дом № 3 для одаренных».