"Фантастика 2024-21". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Липарк Михаил - Страница 1251

Все уроки я думал лишь о том, в какой ситуации оказался и совершенно не слышал, что говорят учителя и меланхоличный Солонин, который увидев мой починенный зуб, даже не стал спрашивать, почему я не пришел сегодня к нему играть в компьютер.

Когда наступила стадия принятия я перешел к плану «Б». Сбежать с последнего урока и вновь попробовать проследить за Парфеновым и Антроповым. Идея со вселением в Бобика уже была. Оставалось придумать, где взять столько воды, чтобы энергии хватило на всю слежку. Мне нужно-то проследовать за аристократами и узнать, где они проводят свои тайные ритуалы. И, конечно, остается надеяться, что сегодня они не возьмут выходной. Хотя… Есть еще одна идея, как я могу повлиять на то, чтобы сразу после школы Кипяток со своим другом все-таки отправились создавать на себя компромат.

После урока истории, я спустился вниз и заглянул в столовую. Аристократов на месте не было. Значит курят.

Выхожу к гардеробу и жду, когда вернутся. Уже звонок прозвенел, а их все нет.

— Как дела, Костя? — спрашивает тетя Фая, сидящая без дела и грызущая семечки.

— Хорошо, тетя Фай, — отвечаю я.

— А ты чего на урок не идешь?

— Сестра обещала прийти. Вот жду, — солгал я.

В этот момент входная дверь хлопает и в школу входят аристократы. Громко ржут, но как только видят меня, замолкают. Проходят мимо, не отрывая своих удивленных взглядов. Пытаются понять, как я выбрался из старого дома или что я делаю в коридоре после звонка? В ответ на их взгляды, я не отрываю своих глаз от аристократов.

Школьники идут по длинному коридору и разделяются. Кипяток идет прямо — в столовую. Антропов сворачивает на лестничную площадку. В туалет. В том направлении он может идти только за тем, чтобы справить нужду.

Оглядываюсь, чтобы никто не следил за мной и бросаю гардеробщице:

— Ладно, пойду, тетя Фай. Если сестра придет, скажите, что я на урок ушел.

— Хорошо, Костя, — она выплевывает в кулек шелуху от семечек и кивает мне головой.

Я быстро поднимаюсь на второй этаж, вслед за Антроповым. Подхожу к туалету. Сквозь приоткрытую щель слышу журчание. Медленно открываю дверь и крадусь внутрь.

В одной из кабинок школьник уже гремит ремнем. Захожу в соседнюю, встаю на унитаз, чтобы дотянуться и снять крышку от бочка унитаза. Засовываю в воду руку.

Делаю уже выученный прием и разрываю завесу похлеще, чем обычно. Раздается звук, похожий на электрическое замыкание и вода вновь начинает набираться в бачок. Я прислоняю к разрыву руку и набираюсь Сил. Это самое большое количество энергии, которое я поглощал. Ощущаю небывалый прилив бодрости. Я готов тягать гири, бегать стометровки и подтягиваться — бесконечно. По крайней мере, мне так кажется.

Раздается стук в мою кабинку.

— Эй! — слышу голос Антропова. — Какого хрена ты там творишь?

Аристократ слышал, как разрывается завеса. Нельзя ему показывать своего лица.

— Ты че, оглох? — снова стучит Антропов. — Ур-р-р-од! Я буду ждать тебя снаружи!

Огрызается он и идет к раковине. Включает кран.

Никогда не понимал, почему в некоторых школах не устанавливают в туалете зеркал. Наверное, потому что небрежные ученики часто бьют их, а смотреть на себя в зеркало школьникам, по крайней мере, парням, не так уж и важно.

Этот факт сыграл мне на руку. Когда я подкрался к аристо и дотронулся до его шеи, у него не было не единого шанса увидеть мое лицо.

Короткая вспышка и я уже смотрю на свои руки под струей воды, бегущей из крана. Чувствую, как шеи что-то касается. Смываю с ладоней мыло, чтобы от рук не тащило табаком, оборачиваюсь и вижу себя. Константина Ракицкого в очень странной позе. Не то статуя Свободы, не то Родина-мать.

Беру самого себя за одежду, чтобы не переместиться обратно, и аккуратно завожу в одну из кабинок. Усаживаю на унитаз, закрываю дверь на крючок и пролажу снизу на свободу. Отряхиваюсь. Пришло время поговорить с Кипятком, как с другом.

— Ты че там, обосрался? — спрашивает Кипяток, затем облизывает одну из сосисок в тесте и кладет в тарелку.

Начинает хихикать и ждет от меня той же реакции. Я неестественно улыбаюсь и смотрю на тетю Люду. Повариха занята наполнением тарелок и не видит, что эти уроды развлекаются, распространяя свои флюиды на еду, предназначенную для других.

— Че с тобой? — спрашивает Кипяток и бьет меня по плечу. — Если ты боишься, что этот урод настучит на нас и расскажет директору, что мы закрыли его вчера в заброшенном доме… Ему никто не поверит, понял?

— А если поверят? — поддерживаю я тему, понимая, что Антропов все-таки переживал за их общий поступок накануне.

— Слушай, — Парфенов вернулся с тарелками, наполненными вторым, и поставил их на стол шестого «А». — Если настучит, то появятся вопросы как он там оказался. А в школе куча свидетелей того, как мы уходили одни. А то, что ему показалось, что его там заперли. Дак это ветер мог так подуть, что дверь закрылась. К тому же тетрадь с твоим подчерком, была единственным доказательством того, что мы там были. И утром мы ее оттуда забрали. Так что расслабься и помоги накрыть на этот сраный стол.

Я сходил за тарелками с едой.

— А мы сегодня пойдем? — наконец решился задать вопрос я.

— Куда? — поднял глаза Кипяток.

— Ну…это…ну ты знаешь… — попытался выразиться я, как можно яснее.

— Че это у тебя? — вдруг спрашивает Кипяток и показывает на пространство между носом и верхней губой.

Я подношу палец к губе и вытираю кровь. Тут же хватаю со стола салфетку и прикладываю к носу.

Это что-то новенькое. Побочный эффект от долгого пребывания в чужом теле? Или от долгого пребывания в теле одаренного? Одно ясно точно — времени у меня мало. Надо скорее договориться с кипятком и валить.

— Вроде прошло, — я убираю салфетку в карман и снова поднимаю глаза на Парфенова. — Ну дак что? Пойдем?

Кипяток подозрительно посмотрел на меня и пошел к раздаче за другими тарелками.

В какой-то момент я уже начал сомневаться во всем, что говорила мне Клаус. Возможно, никакой магией крови эти школьники вообще не увлекаются. Возможно, она договорилась с ними и под изящно придуманным предлогом отправила меня в тот дом, где я должен был получить по заслугам. А я сейчас пытаюсь пригласить Парфенова туда, не знаю куда. Наверное, правильнее будет спросить о Жанне. Спросить о том, что Кипяток о ней думает и тогда все встанет на свои места.

Две тарелки с грохотом опустились на стол.

— Ладно, — вдруг произносит Парфенов. — В семь часов встретимся у гаражей. Оттуда пойдем. И смотри, чтобы Ракицкий не сел тебе на хвост. Сейчас было бы правильнее вообще залечь на дно, но больно мне хочется еще разок попробовать… Да че у тебя с носом, Антропов? Сходи к сексапильной медсестричке и пусть она тебя подлатает.

Я снова приложил палец к ноздре и перекрыл путь крови.

— Я сейчас вернусь! — говорю я и выбегаю из столовой.

Чувствую, что вот-вот меня выкинет из аристократа. Но если это произойдет посреди коридора — это будет странно и вызовет лишние вопросы. Нужно добежать до чертовой раковины побыстрее и вернуться в свое тело.

Глава 14

Мои уши и глаза

Я успел. Через несколько минут Антропов под моим управлением снова стоял в мужском туалете, напротив кабинки, в которой я оставил свое погруженное в транс тело.

Однако сложнее всего оказалось придумать способ, при котором я смогу коснуться своего же тела и при этом, чтобы аристократ не заподозрил ничего неладного.

Для этого я вычистил его карманы от кровавых салфеток, лег на пол, протянул руку под дверью кабинки, приподнял собственную штанину и коснулся своей ноги.

Яркая вспышка перенесла меня из одного тела в другое.

— Ей, извращенец, какого черта ты тянешь сюда свои пакли! — сразу же завопил я, немедля ни секунды.

Рука растерянного Антропова мигом пропала из поля моего зрения. Я слышал, как он поднимается на ноги. Мог себе представить, как в недоумении озирается. А затем включился кран и он, видимо, завершил начатое. Помыл свои руки и удалился.