"Фантастика 2024-21". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Липарк Михаил - Страница 1233

Кипяток скалится. Я учусь ловить равновесие, но все еще надеюсь, что аристократ выполнит обещание.

— Ты оглох? — повторил Сега.

Я отпускаю Парфенова.

— У вас время закончилось. Если продлевать не будете, проваливайте! — крикнул управляющий и все школьники тут же засобирались.

— Если ты думаешь, что ты герой, Фунтик. То я докажу тебе, что это не так, — Кипяток сплюнул мне под ноги и вместе с Вантусом и еще одним моим одноклассником вышел из зала.

Я выиграл, но чувство такое, что проиграл. Чувство несправедливости пожирает изнутри. И ведь я ничего не могу сделать. По крайней мере, пока. Ладно. Нужно сперва разобраться что и как тут устроено, а потом предпринимать шаги. А пока не терять лица, но и не привлекать лишнего внимания. Месть, как вино. Чем она дольше томится, тем слаще будет.

— Забей на него, — ко мне подошел Жендос и протянул фишку. — Ты это заслужил.

Я посмотрел на тонкий золотистый диск, лежащий в его ладони. На нем был изображен профиль какого-то мужика, внизу подпись «Российская Империя». Эта фишка больше была похоже на покерную. Или на биту, как тогда любили выражаться.

Я принял приз.

— Спасибо, — еще раз повертел добычу в руке и засунул в карман.

— Молодец, Костян, — ко мне подошел Толстый и всунул в руку пачку измятых купюр.

Почему они мятые, не сложно догадаться. Если принюхаться, наверняка до сих пор пахнут носками. Но, как я и ожидал, у простолюдинов чести оказалось куда больше, чем у того, кто зовет себя аристократом.

— Честный спор, пацаны, — отозвался я, засунул деньги в задний карман и бросил взгляд на настенные часы. — Отлично провели время! Увидимся!

Парни по очереди пожали мне руку и вышли.

Мы с Жендосом вышли чуть погодя и пошли в школы вместе. Именно в школы. Потому что учились в разных, хоть они и находились совсем рядом.

— Слушай, — я нащупал в кармане фишку и достал, чтобы еще раз взглянуть на нее. — Что бы ты сделал, если бы у тебя была такая?

Прямой вопрос я задавать не хотел, а Жендос потрепать языком всегда любил. Расскажет сейчас все свои планы, а я заодно узнаю для каких целей она сгодится.

— Я бы в лагерь для аристократов поехал! Нет! Нет! В Питер на балет… Нет! Обменял бы на артефакт, который… Нет! Все-таки я бы с помощью нее выиграл больше…

Кажется, я начинаю понимать. Эта вещица, судя по всему, дает много привилегий. Что-то вроде пропуска для VIP-персон. Да такая, что простолюдин, типа Жендоса, не может решить куда ее потратить. Хочется всего и сразу. А второй интересный момент — с помощью нее можно выиграть императорских фишек больше…

— Понял я, понял, — остановил я размечтавшегося друга. — О чем ты все-таки хотел со мной поговорить?

— А-а-а, — вспомнил неожиданно Жендос почему просил мать передать мне, чтобы я срочно пришел в игровой. — У меня сегодня предки на дачу уезжают. До завтра. Сезон закрывать. Я хотел тебя с Серым с ночевкой позвать. Посмотрим «Доспехи Бога» на видике, поиграем в танчики.

— Почему нет? — я пожал плечами. — Во сколько?

Ночные посиделки я обожаю. Да и узнать у парней, что на улице происходит после девяти, проще будет. Наверняка, баек и страшных историй ходит уйма.

— Часов в восемь, чтобы до девяти успеть, — ответил он.

— Забились, — я стукнул своим кулаком по кулаку Жендоса и зашел в свою школу.

Тут все как раньше. Раздевалка с дежурными, первоклассники, путающиеся под ногами, школьники без верхней одежды, только что выбегавшие на улицу покурить, и гардеробщица тетя Фая. Только вот есть те, кто ходят в костюмах, а есть такие как я — в обносках на вырост. Теперь разница между аристократией и всеми остальными видна четче.

— Как у вас дела тетя Фая? — спросил я, сдавая свой мировой пуховик пожилой женщине в сером халате.

— Все отлично, Костик, — ответила она и взяла у меня куртку. — А что с лицом? Неужели подрался?

— Так. Царапина, — махнул рукой я и потянулся за номерком.

— Может перестанешь языком попусту трепать, старая курица? — вдруг изрыгнул из себя белобрысый парнишка из моего класса. В костюме.

— Извините, господин, — тетя Фая приклонила голову, взяла его пальто и понесла на вешалку.

— А ты чего вылупился, Фунтик? — продолжил плескаться ядом малолетка, но уже в мою сторону.

Это были самые долгие тридцать секунд в моей жизни. Устрой, который царил в этом мире, сделал и без того невыносимых школьников еще более дерзкими и незнающими границ. Мне хотелось взять каждого из них за шкирку и научить манерам. Но после того, как уволили мать, я остерегался навлечь на свою семью еще больше бед. Открыто идти в конфронтацию нельзя. По крайне мере, пока не разберусь что происходит в этом мире.

— Ничего, — мотнул головой я.

Тогда Антропов фыркнул и поднял руку к лицу. Открытой ладонью к себе. Я увидел, как вокруг его пальцев копится воздух и приобретает красный оттенок. Черт, это не воздух. Это какая-то энергия.

Сгусток энергии становится все ярче, а в следующее мгновение из носа аристократа выбегает струйка алой крови. Он тут же хватается за нос и орет:

— Охрана! Охрана!

Я оглядываюсь, не понимая, что происходит. Ко мне подбегает амбал в темных очках и хватает за шиворот, словно котенка.

— Ты ударил аристократа, щенок? — обращается он ко мне.

— Этот утырок сам пустил себе кровь! — даже не пытаюсь брыкаться я.

— Он ударил вас, господин? — не обращая никакого внимания на мои слова, охранник смотрит на Антропова.

Тот держится за нос. Его рука уже вымазалась в крови.

— А по мне не видно, остолоп? — отвечает он амбалу.

— Он врет, как дышит, — усмехаюсь я. — Можете спросить у тети Фаи. Я и пальцем его не тронул.

Охранник переводит глаза на гардеробщицу. Женщина, с которой у меня всегда были хорошие отношения почему-то молчит. Смотрит на меня. На аристократа. Снова на меня. Но молчит.

Глава 5

Кабинет директора

Уже полчаса я сидел в кабинете директора и пялился в аквариум с рыбками. Звонок уже прозвучал и первый урок в своей новой жизни я пропускаю. Но мне сказали сидеть и ждать Глеба Ростиславовича. Я так и делал. Невиновный должен вести себя как невиновный.

В животе урчит, потому что я так и не успел пообедать. Вчерашний жаренный хлеб, вместе с блинами, переваривается по четвертому кругу. И как же непривычно вновь возвращаться туда, где ты не можешь просто так, по своей воле, встать и уйти. Наверное, это один из главных минусов детства.

— Костя, здравствуй, — послышался спокойный голос из-за спины, вслед за коротким скрипом двери.

Я обернулся. Высокий седой мужчина, с пышными усами над верхней губой, закрыл дверь на защелку и опираясь на красивую лакированную трость прошел за свой стол. Под мышкой он держал увесистый учебник.

— Здравствуйте, — кивнул я и сглотнул.

В горле, толи пересохло, толи я просто слишком долго молчал, поэтому первую половину слова я попросту прохрипел.

Директор положил книгу на край стола и сел в свое большое кожаное кресло. Я прочитал название учебника. Хиромантия. Хм. Они тут судьбу по ладоням предсказывать умеют или как это работает? В моем мире Глеб Ростиславович не преподавал.

— Как ты умудрился перейти дорогу Парфенову? — добродушно спросил глава школы и задумчиво постучал пальцами по столу.

Я увидел на его руке перстень. На перстне герб — медвежья морда. Как и на набалдашнике трости.

— Это была самозащита, Глеб Ростиславович, — ответил я. — Он ударил, я ответил. Ничего больше.

— Значит вы подрались? Когда это было?

— Вчера.

— Где?

— На стадионе за школой.

— Еще и на территории лицея… — помотал головой директор. — Довольно смелое признание, учитывая серьезность последствий.

Он был спокоен как удав, но в то же время от него так и било мощной энергетикой.

— Из-за чего произошел конфликт? — спросил глава школы.

Я быстро прокрутил в голове то, что произошло, когда я попал в этот мир. Вспомнил первые слова, которые услышал, едва очнувшись. Вроде Кипяток своеобразно просил меня извиниться за то, что я назвал его гондоном.