"Фантастика 2024-62". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Баранников Сергей - Страница 954

— Вы сомневаетесь во мне или в моем императоре, княжич? — после паузы уточнила она.

— Я сомневаюсь во всех, кто не является моим другом, — кивнул я в ответ. — Но для своих друзей я сделаю все возможное. В том числе, остановлю их, если пойму, что они готовы совершить ошибку.

Она промолчала, и я продолжил.

— Вы, может быть, не осведомлены о наших традициях, но сестра моего отца — царица, — сказал я. — По-вашему, императрица. И когда я говорю, что остановлю кого-либо, это не хвастовство, а констатация факта. Итак, принцесса Мэйлин, будете ли вы моим другом? Или другом своих братьев?

— Я недостаточно хорошо вас знаю, княжич, чтобы делать выводы. Но уже сейчас мне кажется, что вы крайне неприятный молодой человек, — заявила китаянка. — И если вы думаете, что оскорбляя моего императора, вы выигрываете в моих глазах, то ошибаетесь.

Я оставил это выпад без ответа, и она продолжила:

— Как вы сказали, Дмитрий Алексеевич, я не слишком разбираюсь в ваших традициях, — сказала она. — Но хорошо знаю традиции своей родины. Когда я стану женой княжича Амурского, я больше не буду считаться дочерью императора, выйду из одного рода и стану частью рода Ефремовых. Воля моего отца для меня закон, и она однозначна — я обязана стать хорошей женой княжичу Амурскому, как велят наши традиции. А это значит, что как только я перестану быть членом императорской семьи, на первое место выйдет Семен, и его воля. Нас так воспитывают, Дмитрий Алексеевич, и я посрамлю всю Поднебесную, если окажусь плохой женой своему мужу.

Я кивнул.

— И когда воля императора изменится, вас это никак не коснется, — сказал я.

— Замужество с членом княжеской семьи перечеркнет мне любой путь обратно. Как это у вас называется, мезальянс, — подтвердила она. — На родине я могла умереть, пытаясь стать первой императрицей. Здесь я буду жить, заведу семью и смогу сделать так, чтобы мой муж законно занял то место, которое ему полагается.

— Что ж, я услышал вас, Мэйлин, — ответил я. — И, раз уж для нас обоих благополучие Семена Константиновича важно, предлагаю вам обращаться ко мне по имени. В конце концов, вы невеста моего близкого друга. Благодарю за беседу, — улыбнулся я, переходя на русский.

Она несколько секунд смотрела на меня, после чего улыбнулась.

— Благодарю, Дмитрий, — кивнула она. — Вы кого-то ожидаете?

В этот момент на дорожке показалась Морозова. Виктория Львовна сперва улыбнулась мне, затем с интересом взглянула на сидящую рядом со мной китаянку. Но когда подошла к нам и поздоровалась с обоими, никаких вопросов задавать не стала. Я вообще обратил внимание, что боярышня не любит совать нос в чужие дела. Весьма положительное качество.

Занятия проходили без особого интереса. В перерыве на обеде мое настроение заметила Морозова.

— Дмитрий, что с вами? — шепотом поинтересовалась она, выбрав момент, когда за столом началась особенно оживленная дискуссия. — Вы выглядите очень мрачным.

Я вежливо улыбнулся ей в ответ.

— Просто продумываю защиту проекта для лаборатории, — честно признался одногруппнице.

— У вас уже есть допуск? — вскинула бровь та и тут же перешла к деловому тону. — И что конкретно вызывает у вас сомнения?

Я молча достал телефон и, пользуясь тем, что никто на нас внимания не обращает, переслал ей заготовленный текст защиты проекта. Морозова читала молча и быстро, практически не останавливаясь.

— Мне кажется, у вас все замечательно обосновано, — вынесла она вердикт. — Вам не о чем переживать, Дмитрий.

— Спасибо, — ответил я. — Но в себе я никогда не сомневаюсь, а вот в окружающих…

Секунду она смотрела на меня со вскинутой бровью, но после заговорила:

— Телегина хорошо знает моя мать, — сказала Морозова. — Он занимался одним проектом до ЦГУ и получил грант от фонда, которым мы владели, а мать руководила.

Вот как? Интересный факт. Но прибегать к использованию знакомства точно не для меня. Странно, что об этом не было упоминаний в биографии ученого. Засекретили?

— Можете что-то посоветовать? — спросил я.

— Будьте собой, — сказала одногруппница. — Судя по тому, что я слышала, человек он своеобразный, но дело свое ценит прежде всего. Полагаю, в этом вы с ним схожи.

Я кивнул, принимая ее слова.

— Благодарю, Виктория Львовна, — сказал я.

Когда занятия закончились, я направился в лабораторию. Изначально, готовясь защищать первый проект, я урезал собственные амбиции и ориентировался на возможности секции. Но потом решил зайти с другой стороны.

Что важнее для одержимого своей отраслью человека? Вот на это я и решил давить. Не зная, чем конкретно занята команда Телегина, я не мог прогнозировать, какое из моих знаний пригодится. Однако ничто не мешает мне спросить и, получив ответ, предложить решение.

На пропускном пункте сидел тот же охранник. Поздоровавшись, я открыл турникет картой и прошел внутрь помещения. Изначально я думал, что искать доктора придется внизу, но тот нашелся в собственном кабинете.

Иван Никитич был плотно сбитым мужчиной с широкой залысиной на голове и халат на нем смотрелся несколько странно. Впрочем, внешний вид мало стоил, когда речь заходила о знаниях.

— Здравствуйте, Дмитрий Алексеевич, — первым поздоровался ученый, указывая рукой на стул перед своим столом. — Присаживайтесь, я вас выслушаю.

— Доброго дня, Иван Никитич, — кивнул я, занимая место. — Полагаю, у вас не так много времени, чтобы тратить его на княжича, который каким-то волшебным образом получил доступ, так что буду краток.

Он улыбнулся и прервал меня взмахом ладони.

— Дмитрий Алексеевич, вам нет нужды передо мной метать бисер, — сказал он. — Я входил в группу экспертов, оценивающих ваши труды. Во всяком случае — часть, которая посвящена моему профилю.

— Вот как?

— Да, так, — кивнул тот. — А поэтому мы сократим бесполезный разговор и перейдем к главной моей проблеме. Вы описали устройство нейрокомпьютерного интерфейса так, будто сами им пользовались. И я бы хотел задать главный вопрос — кто меня опередил?

— Хм, я думал, вы читали мои работы, — изобразив непонимание, сказал я.

— Бросьте, княжич, я не ставлю под сомнение ваше авторство работ. Я интересуюсь у вас, кто вы на самом деле такой? Энтузиаст, гений, может быть, посланец из будущего?

Я улыбнулся, хотя хотелось посмеяться в голос.

— Скажем так, я очень увлеченный своим делом молодой человек, которому крайне необходимо реализовать множество проектов перед тем, как наступит смерть этого тела.

— Считаете все же, что мы сможем достичь виртуального бессмертия? — приподнял бровь он, крутя в пальцах ручку. — В обозримом будущем вашей жизни, разумеется.

— Для этого потребуются очень большие инвестиции, — ответил я. — Но что такое деньги, когда на кону стоит вечная жизнь? Всего лишь цветные бумажки.

— Хорошо, оставим эту тему, — кивнул Телегин. — С чего хотите начать в моей секции? Увы, свою команду я вам не уступлю. Как бы я ни верил, что вы действительно сможете добиться своей цели, у меня есть свои задачи, не выполнить которые я не имею права.

Если его допускают к экспертизе подобного уровня, то и исследования должны быть соответствующие. И тогда понятно, что секцию не закрыли не из-за отсутствия перспектив. Телегин одновременно и светило науки, к которому могут тянуться юные дарования вроде меня, и при этом прекрасно справится с несколькими несекретными заданиями, сняв нагрузку с царских лабораторий.

— Для начала я думал начать с того, чтобы помочь в вашей работе. И на деле доказать, чего стоят мои сочинения, — ответил я после короткой паузы. — Если вы сочтете меня достойным допуска.

— Что ж, никакого секрета в нашей текущей работе нет, однако ваша помощь в ней просто не требуется. На самом деле сейчас мы уже заканчиваем, так что до тех пор, пока мне не пришлют новые задачи, просто перейдем по списку. Но я готов дать вам одну секцию в собственное пользование, а позже оценить и принять работу, когда она будет завершена.