"Фантастика 2024-62". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Баранников Сергей - Страница 1419

— И не забудь к тому же, что комплекс зависит от ресурсов Уральского княжества. А в Красноярске промышленность все еще пребывает в глубокой коме. — Даже на уровень, достаточный для обеспечения внутреннего рынка, мы выйдем только в следующем году. И это — в лучшем случае.

Увы, это действительно было так. Измайлов со своей администрацией хорошо потрудился, чтобы практически разорить собственное великое княжество. И сейчас мои соседи испытывают те же проблемы, что и Красноярск. Вот только у меня больше денег и возможностей.

Наш разговор прервался осторожным стуком в дверь.

— Войдите, — разрешила княгиня.

К нам заглянул управляющий и с поклоном вручил мне запечатанное письмо с гербом нашего губернатора, князя Еремина. Пока управляющий не покинул столовую, я не прикасался к посланию.

Виктория же поглядывала на письмо с любопытством. Хотя государь и перенес столицу Восточной Сибири в Иркутск, и советовал мне познакомиться с губернатором поближе, у меня банально не было времени, чтобы этим заняться.

Взломав печать, я извлек несколько листов бумаги. Сразу же передал супруге плотное приглашение явиться на официальный прием в Иркутске, устраиваемый через две недели нашим губернатором.

А сам пробежался глазами по написанному от руки посланию.

«Дмитрий Алексеевич!

Как князь Красноярский, согласно указу государя Русского царства Михаила II Милославского „О губернаторах“ вы входите в состав Восточно-Сибирской губернии. На этом основании я жду вас на официальном приеме с документацией по вашим землям, со всеми полагающимися отчетами.

Закончился первый квартал, и властью данной мне нашим государем, я призываю вас исполнить свой долг и встретиться со мной и другими князьями Восточной Сибири для подведения итогов этого периода и выстраивания нашего внутреннего курса по развитию губернии на оставшийся год. Если у вас имеются какие-либо предложения, также не забудьте подкрепить их соответствующими документами.

Прием запланирован на 25 апреля сего года в Иркутске. Надеюсь, вам хватит времени, чтобы все подготовить.

Губернатор Восточной Сибири,

Князь Еремин Олег Владимирович»

— Что пишет губернатор? — спросила Виктория, глядя не на письмо в моих руках, а на мое лицо.

— Требует отчета и предложений по улучшению Восточной Сибири, — пожав плечами, я передал послание супруге. — Так что готовься, дорогая, двадцать пятого числа мы будем в Иркутске.

Сам тон письма, конечно, мог бы показаться слишком наглым и строгим, однако я-то прекрасно понимаю, что князь Еремин, во-первых, писал всем одно и то же, во-вторых, руководствовался своим положением губернатора, стоящего над князьями, и в-третьих, никаких норм не преступил. Письмо нейтральное, написанное скорее под копирку официальных призывов к подчиненным.

— Хм, — прочитав письмо, Виктория свернула его и вложила обратно в конверт вместе с приглашением. — Не кажется ли тебе, дорогой, что губернатор наш надеется услышать от тебя, как обустроить Русь?

Я с усмешкой покачал головой.

— Скорее организует нечто вроде совета, в который войдут все князья и губернатор, — возразил я, подливая себе еще кофе в чашку. — Чтобы мы совместными усилиями решали проблемы всей губернии. И это, на самом деле, правильно. Еремин, может быть, и рекомендован государем, однако в таких масштабах никто из нас пока что не действовал. А ведь у каждого княжества свои проблемы и возможности, а губернатору придется выступать не только в роли председателя, но и в качестве человека, который эти проблемы будет решать, используя наши совместные возможности.

Закон «О губернаторах» давал нам достаточную автономию, чтобы губернии не заваливали царскую канцелярию множеством мелких проблем, а решали их на местах. Конечно же, после того, как губернатор зафиксирует результаты своей деятельности, он подаст отчет государю. И следом подключится не только исполнительный аппарат, но и суды, если потребуется, или законодательные органы — на случай, если придется вносить правки в имеющиеся акты и указы.

На словах все выглядит красиво, но жизнь-то реальная вносит свои коррективы, и я скорее склонен ожидать, что Красноярску придется выступать донором, чтобы вытащить из ямы безденежья и нищеты соседние земли. Восточная Сибирь — богатый регион Русского царства, но пострадал немало во время мятежа.

— Что ж, тогда мне нужно пошить себе пару платьев, — вздохнула Виктория, убирая конверт в сторону. — Как мне лучше будет выглядеть — скромной и не слишком богатой, чтобы не вызывать у жен наших соседей зависть, или, наоборот, показаться во всей красе, чтобы их мужья от меня глаза оторвать не могли?

Я посмеялся ее шутке.

— Романовы бедными не бывают, — заметил я. — Я передам тебе контакты нашего ювелирного дома, чтобы они подобрали тебе подходящие к платью украшения. Что же касается остального, то наши соседи и так прекрасно знают, сколько в Красноярск уже вложили наши друзья и сколько еще вложат.

Покинув столовую, мы разошлись по своим комнатам. Виктория хотела заняться наномашинами для одаренных, а я решил не откладывать в долгий ящик и начал готовить бумаги для отчета губернатору.

Предлагать какие-либо идеи сейчас, на, по сути своей, предварительном собрании, где будут больше организационные вопросы решаться, чем реальные проблемы, я счел неуместным. Да, можно открыть доступ к своим деньгам и выдавать уж если не гранты, то кредиты всем желающим. Однако люди так устроены, что берешь деньги чужие, а отдаешь свои. И в итоге вместо группы единомышленников я получу недоброжелателей.

Да и все мои предложения требуют определенной материальной базы, а где ее взять? Из воздуха она не появится, это Романовы могут себе позволить перебивать заказы и выкупать все, что требуется. Да и я пока что ничего сверхнового в этот мир не привнес, все мои технологии — всего лишь продолжение уже имеющегося.

И это все не говоря о том, что я самый младший по возрасту в Восточно-Сибирской губернии. И несмотря на награды, приближенность к государю и прочие заслуги, все равно буду выглядеть щенком на фоне старшего поколения. Так зачем лезть на амбразуру? Послушаю, что скажут люди, а потом и думать стану.

В конце концов, дед с отцом были правы. Если все пойдет совсем плохо, придется использовать наше влияние, чтобы сменить губернатора. Не на меня, естественно, мне это будет лишней головной болью, а на кого-нибудь более лояльного и послушного.

Как ни хотелось, а от политики никуда в этом мире не денешься. Чувствую, год без вызовов в Москву будет совсем не таким легким, как я надеялся.

* * *

Германский рейх, город Бисмарк, резиденция рода фон Бисмарк.

Некогда возведенное для защиты оборонительное укрепление, принадлежащее семье правителей, давно превратилось в роскошный дворец. Не лишенный основательности, строгий и готовый к порядку, но все же не замок.

Род кайзера часто гостил здесь, собираясь по особым случаям, когда требовалось решить вопросы не государственного, а родового уровня. Но в этот раз все было немного иначе.

Единственный постоялец дворца жил в своих апартаментах, и ни в чем не знал отказа. После долгого плена и чудесного спасения Герберт все еще плохо спал — казалось, стоит открыть глаза, и он снова очнется в том же каменном мешке в Испанской Америке. Шрам на руке от изъятого чипа слежения уже почти зарос. Целители рода старались как могли, но до конца разгладить кожу не получалось.

Бывший принц, а ныне простолюдин без роду и племени, Герберт все же имел полный доступ ко всем возможностям фон Бисмарков. И сейчас рылся в документах, пытаясь разобраться в причинах произошедшего с ним за это время.

В дверь после аккуратного стука вошел слуга и, низко поклонившись, произнес:

— Ваша милость, кайзер ждет вас в своем кабинете.

Подобное обращение звучало в адрес любого не правящего члена семьи. Несмотря на наличие у подавляющего большинства громких титулов, в родовом гнезде все они превращались в милостей. И только правитель оставался кайзером — так уж сложилось исторически.