"Фантастика 2024-62". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Баранников Сергей - Страница 1197

— А теперь прошу за мной, нам придется спуститься в подвал, — объявил великий князь, легко поднимаясь из-за стола.

Мы покинули кабинет и, воспользовавшись лестницей для слуг, миновали как минимум три этажа — один, видимо, подземная парковка. По дороге вниз Петр Глебович решил поведать мне историю своей находки.

— Мы обнаружили его, когда зачищали перешедшее под наше управление воеводство, — произнес он, спускаясь по узким ступенькам. — Он лежал на втором этаже под обломками, и был покрыт сажей и копотью. Было очевидно, что его пытались уничтожить, чтобы замести следы, но армия Русского царства накрыла город артиллерией, и закончить бывшие владельцы не успели.

Мы остановились перед двойными деревянными дверьми, и великий князь приложил ладонь к стене. Считыватель сверкнул, сверяя отпечаток ладони Апраксина, и створки разъехались. Теперь было заметно, что деревом они только декорированы — толщина металла под ним оказалась сантиметров десять.

— Этого места нет на ваших картах, верно? — как бы невзначай спросил Петр Глебович, прежде чем перед нами загорелся свет.

Это был достаточно широкий ангар, в котором без проблем разместились бы пара самолетов и маленький поезд. Размах у великих князей действительно впечатляет. Но сейчас он был девственно чист, кроме единственной стойки в полтора человеческих роста, размещенной в самом центре.

— Я не составляю карт особняков великих князей, Петр Глебович, — ответил я, глядя на собеседника честными глазами.

Все верно, ведь я беру уже готовые из архивов.

— Что ж, прошу.

Мы вместе подошли к стойке, на которой висела уже совершенно непригодная к использованию оболочка. Но чем ближе я подходил, тем шире становилась моя улыбка.

Примитивный. Дешевый. Практически бесполезный. С почти стершимся гербом Германского рейха на груди.

Но передо мной висел уничтоженный кибернетический организм.

В просторечье — киборг.

Глава 12

— Что думаете, Дмитрий Алексеевич? — спросил Петр Глебович, внимательно следя за мной.

— Думаю, что это однозначно не разработка Германского рейха, — ответил я, бесцеремонно забираясь руками внутрь корпуса.

Немного усилий, чуть-чуть дара, и грудная пластина оказалась отсоединенной. Под заинтересованным взглядом великого князя Литовского я отложил ее в сторону.

— Полагаю, оператора будет несложно вычислить, — сказал я. — Посмотрите, Петр Глебович, от живого человека в этой машине была только голова, легкие и пучок нервов. Все остальное, — я обвел рукой пространство внутри, — заменила техника.

— То есть это оружие не для одаренных, — задумчиво произнес великий князь.

— Почему же? — усмехнулся я. — В теории мы, благородные, тоже можем лишиться конечностей, но сохранить дар. Вся эта машинерия — все равно что трость. И если правильно подойти к вопросу о соединении плоти и техники, можно с определенной долей вероятности прогнозировать сохранение дара.

Великого князя передернуло.

— Вы сказали, только голова и легкие, — повторил он. — Но это же… Я представить не могу, чтобы кто-то на подобное согласился.

Я вновь хмыкнул, продолжая осматривать внутренности киборга. Примитивный он, конечно, по меркам моего мира. Однако эта машина может послужить ключом к разгадке, как ввести в тело одаренного моих наноботов и не лишить его при этом дара.

— Я бы не решился, — покачав головой, признался великий князь.

— Порой выбора может не быть, — не согласился я. — К тому же, если от него этого требовал долг дворянина…

Договаривать не было нужды. Уж кому как не Рюриковичу понимать, что существуют моменты, когда собственная жизнь значит меньше, чем честь рода.

— Почему же это не немецкое изделие? — вернул меня на землю Петр Глебович.

— Буду откровенен, великий князь, — не оглядываясь на него, произнес я, продолжая разбирать киборга. — Все разработки Германского рейха мне известны. Конечно, не поручусь, что знаю абсолютно обо всем, но о проектах, которые дошли до такой степени, что их можно воплотить в жизнь, мне известно. Очевидно, что эта машина была внедрена на территорию Речи Посполитой, чтобы имитировать воина Германского рейха. Поэтому его внешняя оболочка стилизована под немецкий доспех. Может быть, задача была выкрасть информацию, командира. Но, полагаю, наши ракеты ей не позволили.

— И вы уверены, что это был одаренный, — кивнул, не став со мной спорить Петр Глебович.

— Это докажет детальный анализ, — ответил я, снимая заднюю пластину корпуса. — Видите эти трубки внутри рук?

Великий князь кивнул.

— Это направляющие, с помощью которых техника, создаваемая разумом в ныне отсутствующей голове, выходила из ладоней.

Подняв искусно сделанную пятерню, я продемонстрировал собеседнику отверстие, покрытое копотью.

— Огонь, — констатировал очевидное Петр Глебович.

Я кивнул, опуская кисть.

— Пока что я не могу сказать, кто это сделал, — произнес я, оглядывая стойку. — Но если вы позволите забрать его на Урал, то в Смоленске мы будем начинать не с нуля.

— Хотите копировать чужую работу? — вскинул бровь великий князь Литовский.

— Ни в коем случае, — покачал головой я в ответ. — Честно говоря, технологии, которые легли в основу этого киборга…

— Простите, Дмитрий Алексеевич?

— Кибернетический организм, Петр Глебович, — тут же пояснил я. — Их в фантастически книжках описывают вот уже пару веков.

— Я не читаю беллетристику! — с возмущением заявил тот. — Это литература для быдла!

— Я лишь поясняю, что означает термин, — без всякого намека на улыбку сказал я. — Так вот, несмотря на то, что само по себе создание такой машины опережает свое время, и работал над ним без преувеличения гений, использовались примитивные и слабые компоненты. Судите сами, киборг погиб под завалом. Хотя по идее должен выживать в условиях куда более неподходящих для жизни человеческого организма.

— Поясните, Дмитрий Алексеевич.

— Это очень хрупкая машина для тех технологий, что были задействованы для ее создания. Посудите сами, защитные пластины держат пулю, на груди имеются характерные царапины. В киборга стреляли, и он выдержал. Но выбраться из-под обломков не смог, хотя те же немцы первым делом применили бы свой знаменитый экзоскелет, с помощью которого в одиночку дом поднять можно, не то что пару бетонных перекрытий.

Петр Глебович задумался. И ему было о чем размышлять. В нашем договоре не было пункта о предоставлении обнаруженного экземпляра боевой техники. Лишь демонстрация с возможностью работать под присмотром людей великого князя.

— Хорошо, мы обсудим с князем Демидовым условия, — подвел итог Апраксин. — Но вам придется учесть это при распределении долей.

Я кивнул, такие полномочия у меня были. Наследник может многое, да и дед инструкции прислал, в каких границах допустим торг.

— Я предлагаю вам сорок процентов, великий князь, — озвучил я, и прежде чем тот начал спорить, пояснил: — Десять процентов однозначно получит Русское царство, так как это военная разработка. Еще сорок — княжество Уральское, так как Руслан Александрович выделяет специалистов, оборудование и технику для строительства экспериментального производства. Еще десять процентов мои, как ведущего специалиста кибернетики, награжденного высшим орденом Русского царства. Оставшиеся сорок процентов — ваши, Петр Глебович.

Ни я, ни великий князь Литовский просто не имели права уменьшать мою долю. Это было бы оскорблением награды. Учредительные документы попадут в царскую канцелярию, так что о распределении в тот же вечер будет знать все общество, если кто расскажет. А там и до царя дойдет. В общем, итог никому не понравится.

— Сорок процентов, — пробормотал великий князь Литовский. — Что ж, это вдвое лучше тех двадцати, что давал ваш князь Демидов изначально. Как организуем доставку?

Из особняка Петра Глебовича я уезжал уже после обеда вместе с грузовиком Демидовых, заказанным из московского поместья Урала. Домой к Романовым заезжать уже не стал, и мы сразу же отправились в аэропорт, где нас ждали самолеты Руслана Александровича. Мне было запрещено летать без сопровождения хотя бы трех истребителей княжества, дед берег своего наследника.