"Фантастика 2024-62". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Баранников Сергей - Страница 1017

— Это, по-вашему, бег, господа? Темп! Еще быстрее, ну?! Вам перед девушками как, не стыдно, с такой скоростью ползти, господа?

И хотя сказано было в том же приказном тоне, но за его словами не чувствовалось никакого принижения. В отличие от Иванова, окунать нас головой в экскременты Костров не планировал.

— Еще быстрее, — прикрикнул он, убегая вперед. — Я — царский солдат, старый и дряхлый, и бегаю быстрее вас, молодых и одаренных. Серьезнее нужно, господа, относится к себе. Что ты ногами едва шевелишь? — подбежав к замыкающим, спросил он. — Решил сдаться так рано, да мы еще и десяти кругов не прошли. Темп, господа, темп держим!

Ефремов чуть приотстал от лидеров и, поравнявшись со мной, бросил на бегу.

— Как он тебе, княжич?

— Пока рано судить, княжич, — ответил я, не сбавляя скорости, но и не торопясь. — Что-то знаешь?

— Хороший солдат, — ответил Ефремов.

— Разговорчики! — приказал Костров, и мы замолчали под его строгим взором.

Удивительным образом простой человек легко держал взятый нами темп, не сбавляя шага и не задыхаясь. Леонид Геннадьевич умело подбадривал студентов, которые уже были готовы сдаться, хвалил тех, кто хорошо держится. Но для него самого — и это было заметно — вся пробежка не была даже разминкой.

— Итак, господа, выводы неутешительные, — вновь собрав нас, заявил Костров. — Большинству из вас стоит всерьез задуматься над своим поведением. Но воспитывать вас не моя задача. Моя задача — научить вас, если вы сами того желаете. Кто-то хочет покинуть мои занятия — я предоставлю возможность закрыть физическую подготовку экстерном. Но предупреждаю сразу — если вам сейчас тяжело, то на экзамене будет еще тяжелее. А тот, кто решит сдать раньше срока, пусть знает — никаких вторых шансов я таким торопливым не даю. Не сдали — забираете документы из Царского Государственного Университета. Ну, желающих нет?

И желающих действительно не нашлось. Мне даже показалось, Кострова немного расстроил этот факт.

— Итак, раз мы продолжаем, и есть время до конца занятия, прошу всех к полосе препятствий. Но сначала — на первый-второй рассчитайсь!

Разбив нас на пары, Леонид Геннадьевич заставил нас проходить по всей полосе, не давая перерывов и при этом не забывая помечать себе наши результаты.

Задача была не сложной, народа собралось на потоке много, так что с момента, как ты заканчивал полосу и возвращался к ее началу, можно было целую минуту восстанавливать силы.

Что примечательно, до усиления тела в обход блокираторов, похоже, либо никто не додумался, либо таким студентам это не требовалось. Нагрузка была для подготовленного человека плевая.

— Итак, господа, спасибо вам за старания, — собрав нас после звонка, произнес преподаватель. — И мне и вам теперь будет о чем подумать. До следующего занятия!

Вымотанные парни едва ли не ползком направились в сторону раздевалки. Даже сняв наручники, ограничивающие дар, многие все еще не могли прийти в себя. Это не стало для меня новостью, но в какой-то момент я совершенно не запланировано попал в группу выдержавших испытание ребят, и шел вместе с ними. Больше половины отличившихся сегодня парней принадлежали к княжеским семьям, и мы ехали с частью из них в одном автобусе перед заброской в Польшу. Так что темы для разговоров нашлись.

Девушки с потока, половину занятия потратившие на аэробику, а потому ничуть не уставшие, смотрели на нас с интересом. Кто-то — даже с азартом.

— Семен Константинович, — обратился я к другу, — как вам занятие?

Ефремов, провожающий взглядом свою невесту, идущую в раздевалку, отвлекся на меня, и принцесса скрылась внутри.

— Превосходно, — заявил княжич, — как раз то, что нужно, после долгого отдыха.

— Господа, — вклинился в наш диалог идущий рядом смутно знакомый студент, — как я слышал от отца, в следующий четверг состоится награждение участников операции в Речи Посполитой. Как вы смотрите на то, чтобы приехать всем вместе?

Я кивнул, а Ефремов немного поморщился. Ему, в отличие от нас, за сейм ничего не достанется. Впрочем, за Киевское княжество свою награду Семен все равно получит.

— Будем надевать форму? — уточнил другой княжич.

— Зачем? Мы же представляли свои княжества, а не все царство, — вставил третий участник зачистки сейма.

В этот момент среди нас уже остались только участники операции, так что в раздевалку мы вошли уже гораздо меньшим числом.

— Предлагаю взять форму и на ней отобразить герб, — произнес Ефремов, прерывая начавшийся разговор. — Единство покажем, заодно и свои семьи не обидим.

— Поддерживаю, — кивнул я. — Кроме того, не забывайте, что в глазах Русского царства мы должны выглядеть монолитом.

— И в глазах других стран тоже, — согласился начавший диалог княжич. — Пресс-служба уже утверждает списки допущенных зарубежных корреспондентов.

Я переоделся, больше не влезая в разговор. Вспомнил я, кто это такой — великий княжич Выборгский, его род в Кремле заведует связями с общественностью, а отец возглавляет министерство иностранных дел.

Уже на выходе из раздевалки я услышал его вопрос.

— Как думаете, от поляков журналисты будут?

Дружный смех послужил ему ответом. Речь Посполитая продолжала колоться на части, и по официальным прогнозам наших генералов к концу следующего месяца от страны уже ничего не останется.

На занятие к Паращуку я успел вовремя. Сегодня мы вернулись к программе, и уже без дополнительных лекций занимались не образованием, а развитием дара. Большинство моих одногруппников показали неплохие результаты, и только Авдеев все еще не мог сконцентрироваться на таком малом воздействии.

— Не переживайте, Иван Тимофеевич, — подбодрил его Кирилл Ярославович. — У вас все получится, с вашим атрибутом всегда сложнее всего. Но и польза, когда научитесь, будет огромная. Устроенная вами демонстрация силы на базе Орловых после обретения умения точечного воздействия больше не потребует такого напряжения.

— Спасибо, — кивнул Авдеев, прежде чем вернуться на место.

После окончания занятий, когда мы все вместе дошли до парковки и прощались, ко мне подошла Виктория.

— Дмитрий, вы сегодня очень задумчивы, — сказала она, поправляя волосы.

— Просто рабочие вопросы, — отмахнулся я. — К сожалению, не все так гладко, как я планировал. А я особенно не люблю такие сюрпризы.

Морозова вежливо улыбнулась.

— Если я могу вам чем-то помочь… — начала она, но продолжать не стала, запнувшись на середине фразы.

Я же обернулся за спину, куда смотрела Виктория. Великая княжна Красноярская в окружении своей группы фанаток как раз шла к парковке. Общаться с ней у меня желания не было, так что я улыбнулся одногруппнице.

— Мне пора в лабораторию. До завтрашнего дня, Виктория, — сказал я, чуть опуская голову в вежливом поклоне.

Та ответила, уже не оглядываясь на Измайлову. Впрочем, и я туда больше не смотрел.

— В таком случае не буду желать вам удачи — она нужна только тем, кто сам не способен добиться результата, — сказала она. — Так что пожелаю вам успеха, княжич.

Мы разошлись в разные стороны. Виктория — к машине, у которой ее уже ожидал Григорий, я в лабораторию. Измайлова же спокойно погрузилась в свой автомобиль, на этот раз — вычурный кабриолет, и укатила с территории ЦГУ.

Оказавшись у себя в секции, я принялся за работу. Приемы, награждения, невесты — все это сейчас было не так важно, как вовремя успеть завершить еще один шаг к по-настоящему важному делу.

Все, что я делал в прошлой жизни, и все, что делаю в этой, можно подвести к одной фразе. Я защитник. Никто не вешал на меня эти обязанности — ни на той Земле, ни на этой. Я сам сделал такой выбор, и не собираюсь от него отказываться.

А чтобы защитить свою семью, я должен быть оснащен как можно лучше.

Неделя пролетела очень быстро. Я почти не вылезал из лаборатории, создавая интерфейс, и появлялся дома только, чтобы переночевать. Группа, видя мою задумчивость, не спешила лезть с разговорами, и на какое-то время я оказался предоставлен самому себе.