(не)нужная дочь Дайва. Игры судьбы (СИ) - Рош Ярина - Страница 70

Если только предложить Эрханстрогу породниться…, а это хорошая идея. Он даже как-то приободрился, и рука потянулась за вином.

Их союз объединит разрозненные Королевства, тем более она прямой наследник на престол. И этого не отменить. Этим союзом он заставит замолчать недовольных.

Эх, жаль, Роол в свое время отказался от предначертанной, а все бы могло сложиться иначе.

Да и он сам поддержал его, и ещё принял кардинальные решения в отношении девушки. Да, оплошал Солор: если бы не его ошибка, то наследницы в помине не было бы, и никто бы никогда о ней, а сейчас придется разгребать все последствия.

*

Последнее время Роол всегда был рядом с королем. Принц Велером в который раз терял силы. Роол очень удивился, когда получил данные о вопиющем случае. Он даже засомневался о самой возможности применения заклинания.

Где вообще она его откопала? Он даже не знал о такой возможности. И поэтому с удовольствием принял участие в заседании. «Красивая Дайвочка», — отметил он и не ожидал дальнейших событий.

Он потерял дар речи, когда к нему подплыла Горгулья. Её недобрый взгляд и издевка пригвоздили на месте. Он так жаждал свободы, так мечтал избавиться от увечной. Думал, что это будет как глоток свежего воздуха, но в данный момент он жаждал глоток воды.

Он до последнего не мог принять, что упустил свой шанс. Дайвочка. У него была предначертанной Дайвочка! Роол открыл ладонь и с сожалением посмотрел на кольцо. Может не все потеряно? Нужно просто надеть его на её палец…, но вдруг их кольца окутал свет, и они исчезли, отрезав ему последнюю надежду.

*

Все время Дарион смотрел на свою амиру, и сердце сжималось от будоражащих чувств. Коктейль эмоций отражались на его лице: растерянность, гнев, злость и любовь.

Теперь он понимал, почему расследование остановилось на девушке Лианы Винсен. Он не верил, что его амира и эта девушка — одно и то же лицо. И теперь разгадка прояснилась.

Когда женщина появилась в зале, он почувствовал притяжение к ней, которого он не мог объяснить, но теперь все встало на свои места. Лиана эш Регон — его любимая. Пусть и изменилась, но не настолько, чтобы вычеркнуть образ той девушки. Она была его любимой, которая родила сына. Его сына!

Он сделает все, чтобы поговорить с ней и все объяснить.

*

Постепенно зал стал заполняться вначале шепотками, а потом гулом. Все сразу решили высказать свое слово: кто-то возмущался, кто-то сердился, кто-то старался успокоить оппонента.

Воздух словно в раз наполнился недовольством.

Подумать только: она нарушила все правила этикета! Удалилась, даже не услышав разрешения Короля! Впрочем, кто-то сделал вывод из сногсшибательной информации, что никаких последствий для неё не будет.

Ну, пожурит Король приобретенную дочь, да и только. Только она ли его дочь? Нет, это надо определенно проверить! Так думали некоторые Дайвы с амбициями, которые в душе лелеяли надежду примерить корону на голове и ожидали подходящего случая. У Короля не было наследника.

И вдруг какая-то непонятная девица во всеуслышание заявляет о своих претензиях на трон. И то, что у неё перстень, ничего не доказывает: вдруг украла. Мысли искали зацепки и нестыковки во всей истории, услышанные от девицы, и разбивались от одного факта: Хранители Рода.

Они не могли ошибиться и принять чужого в свой род. И то, что она сама является главой рода, ставила жирную точку во всех их размышлениях.

Их только уже больше возмущал факт, что женщина стоит во главе. Женщина! И поэтому зал взорвался от переполняющих эмоций.

— Тихо! — прозвучал громкий голос Магистра Ван Гролиствана.

Магистр был Древним Дайвом. Настолько Древним, что говорят, он живет с самого начала бытия. Он окинул ледяным взглядом зал и проговорил:

— Вы забыли нашу историю? Так рекомендую её вспомнить!

Он помнил, что все эти древние рода вышли из одного источника, когда три брата решили создать свои ветви, от которых уже появились мелкие ответвления. Он не откидывал мысль, что все происходящее каким-то образом возвращается к самому началу.

****************************************************************

Благодарю за награды Ирину Вербицкую, Наталiю Денисюк. Ваше внимание поддерживает меня и мою музу.

**************************************************************

*

Сквозь пелену слез, стоя у окна, наблюдала за сыном, который играл в саду. Все мое внимание сосредоточилось на моем мальчике, словно мир сузился до одной маленькой фигурки.

После возвращения из дворца мне хотелось одиночества и, кивнув родным, успокаивая их таким образом, быстрым шагом удалилась в свою комнату. Мне необходимо побыть одной!

Боль воспоминаний сковало мое сердце, а мысль о Дарионе вызывали слезы. Во время рассказа я краем глаза видела любимого и, честно говоря, боялась встретиться с ним взглядом.

Боялась расплакаться и броситься к нему на шею. Все годы, занимаясь работой и заботой о сыне, старалась забыть и спрятать глубоко в сердце свою любовь, но в тронном зале поняла: все мои старания создавали только видимость моих попыток.

Нельзя отгородиться от зова сердца. И сколько бы ни старалась, зов приведет меня к нему или его ко мне.

Испытывал ли Дарион ко мне такое же притяжение, я не знала, но когда он попросил встречу с сыном, у меня сработала защитная реакция, как у любой женщины, тем более после такого обличительного выступления.

В тот момент я была, как ежик с колючими иголками и ранила всех, невзирая на их мотивы.

Как я устала за какой-то промежуток времени. Во дворце мне казалось, что переверну целый мир, но не рассчитала свои душевные силы, которые медленно покинули меня, как только очутилась дома, среди родных. И сейчас они выливались не прошеными слезами.

Руки Арона легли на плечи. Он развернул меня, но я отвернула лицо. Не хотела, чтобы он видел моих заплаканных глаз.

Арон взял подбородок и повернул его к себе. Сквозь закрытые веки, сквозь которые текли слезы, я чувствовала его взгляд. Хотела отвернуться, но он взял лицо в свои ладони.

— Посмотри на меня,— тихо проговорил он.

Я открыла глаза, и когда мой взгляд прояснился от влаги, посмотрела. И увидела в них мой отголосок боли, и в голове промелькнуло, что и ему пришлось пережить со мной часть моей жизни.

Пусть многое осталось между строк, но то, что он услышал, было достаточно, чтобы сделать выводы.

Его взгляд блуждал по моему лицу, словно он что-то искал или узнавал меня заново.

У меня до сих пор нет ответа: почему два истинных? Неужели мне придется выбирать между ними?

— Не плачь, госпожа моего сердца. Все позади. Сейчас тебе необходимо отдохнуть. Я знаю, где ты сможешь отдохнуть душой. Мы сейчас возьмем сына и отправимся ко мне домой. Там, в кругу моей семьи, ты успокоишься и забудешь этот день, как страшный сон.

— Но…

— Никаких но. Твоей семье ничего не угрожает. Их никто не тронет. Даже если будешь сопротивляться, все равно увезу тебя. Знаю, что ты сильная и смелая женщина, но позволь себе иногда быть слабой и беззащитной. Позволь мне позаботиться о тебе и показать как ты дорога мне. Пойду, спрошу твоих родных. Может, они решат с нами уехать.

Невесомо поцеловав, он направился к двери, но повернулся и с улыбкой сказал: —Он обязательно будет с тобой. От амиры никто не отказывается.

— Как же ты тогда? Вас же двое!

— Ну, наверное, мы будем драться за тебя, госпожа моего сердца. Кто останется в живых, тот и останется с тобой.

— Нет…

Он весело подмигнул и вышел, оставив меня в смятении. Все насущные тревоги вмиг исчезли, и появилась одна проблема, которая заняла мои мысли: не допустить смертоубийство.

На мой взгляд, такое разрешение проблемы недопустимо. Удумал он, устраивать разборки с применением силы! Всегда мужики стремятся самоутвердиться при помощи кулаков, хотя всегда можно поговорить и прийти к согласию.

Боже! О, а к какому согласию прийти? Кто из них согласится уступить?