Женщина в огне - Барр Лиза - Страница 16

– Что-то не так?

– Сначала ты, – настаивает Уайатт.

Понятно, хочет доказать, что он мужик. Марго в благодушном настроении, поэтому соглашается. Она позволяет Россу притянуть ее к себе, расстегнуть джинсы, снять ботинки и трусики. Теперь они оба совершенно нагие.

Уайатт слегка отстраняется, чтобы посмотреть на нее. Марго точно знает, что он видит: безупречную кожу, крепкие груди с розовыми сосками, аккуратно постриженную дорожку темных волос между ног.

– Какая же ты красивая, – бормочет парень.

– Мне это уже говорили, – равнодушно отвечает Марго.

– А тебе на это плевать. – Росс проводит пальцами по ее груди, затем спускается вниз, к плоскому подтянутому животу.

– Верно.

Она точно знает, о чем думает Уайатт. Все мужики одинаковы. Размышляют, женщина она или монстр? Второй вариант нравится Марго больше – помогает держать дистанцию и не позволяет окружающим расслабляться.

Росс увлекает ее за собой на пол, подстелив для мягкости одежду. А затем зарывается лицом между ее ног.

Марго собирается насладиться моментом, когда экран лежащего рядом телефона загорается. Пока Уайатт продолжает ласкать ее, она читает сообщение:

Адам… Внезапно Марго чувствует приближение оргазма. Росс ухмыляется, считая, что причиной тому он. Мадемуазель де Лоран теряет контроль над телом, утопая в водовороте ощущений, но голова остается ясной, и мозг уже вовсю работает. Впившись ногтями в плечи Уайатта, Марго кончает сильно и быстро. Утолив свое желание, она смотрит на сводчатый потолок и улыбается.

Адам Чейс наконец-то вернулся к жизни.

Глава девятая

Эванстон, Иллинойс

Джулс открывает новенькую сумочку от «Кейт Спейд», достает оттуда переведенную статью из немецкого журнала «Спотлайт» о смерти Карла Гайслера и бросает ее на столик.

– Замечаешь что-нибудь интересное?

Дэн надевает очки для чтения, которые болтаются у него на шее на хлипкой веревочке, берет листы и начинает внимательно их изучать.

– Ну что, здесь вся информация. Броские цитаты, фотографии пропавших шедевров. Снимок Карла – выглядит так, словно принял слишком много транквилизаторов. А вот и его отец – идет строевым шагом по Лувру вслед за Гитлером… – Он поднимает глаза от статьи. – Это вопрос с подвохом?

Джулс стучит по бумаге ручкой.

– Важно не то, что есть в этом материале, а то, чего нет. Кто автор?

Дэн подносит лист бумаги поближе к глазам.

– Черт побери!

Его здоровый глаз с восхищением смотрит на Джулс. Она с улыбкой принимает комплимент.

– Вот именно. «Редакция “Спотлайт”». Основная статья номера, главная сенсация за тридцать с лишним лет существования журнала – я проверила, – и нет имени автора? Как такое вообще возможно?

Дэн качает головой и делает большой глоток щедро сдобренного сахаром кофе.

– Никак. Ни один журналист на свете не согласится на анонимность в подобном случае. Даже если у материала несколько авторов, обычно перечисляют их всех. Если только…

Джулс не сводит с шефа глаз и ждет. Третья чашка кофе творит чудеса. Дэн оживляется, теперь он выглядит лет на десять моложе.

– Репортера либо охраняют, либо на него давят. Вопрос: кто и почему до него добрался?

– Или до нее, – поправляет Джулс.

– Или до нее, – ворчливо соглашается Дэн.

– Думаю, нам нужно выяснить, кто автор этой статьи, а также понять, что произошло до ее публикации и после.

– Беру этот вопрос на себя.

Дэн пишет заметку в телефоне. Джулс больно на это смотреть: шеф набирает текст одним пальцем.

– И вот еще что… Ты дал мне кучу материалов о похищенных произведениях искусства. Я прочла все. Сделала заметки и подготовила вопросы. – Джулс сцепляет пальцы в замок. – Мы ищем определенную картину, но мне не хватает одного ключевого элемента. Ты прекрасно понимаешь, что я не могу искать украденную фамильную ценность, не зная, кто ее разыскивает и почему. – Она подается вперед. – Кто охотится за полотном?

На лице Дэна появляется не то усмешка, не то ухмылка.

– Вопрос на миллион.

– Я не шучу.

Лицо шефа становится серьезным.

– Я тоже. Мой источник пожелал остаться неизвестным.

– Я понимаю и уважаю его решение. Но пока я не знаю, на кого работаю, действую вслепую. Ты говорил, что дело весьма срочное.

Дэн скрещивает на груди руки, сохраняя непроницаемое выражение лица.

Джулс закусывает губу.

– Ясно. Ты не знаешь, можно ли мне доверять. Понимаю, я работаю на тебя всего пару дней, но ты сам пригласил меня в команду… состоящую из нас двоих, – последние слова она особо выделяет. – Я не могу показать, на что способна, если не знаю существенных деталей.

Дэн начинает ерзать на стуле. Очевидно, ему неловко. Он понимает, что Джулс права, но не может решить, безопасно ли ей открыться. Шеф принимается гонять по столу сигаретную пачку, словно это хоккейная шайба. Джулс это ужасно раздражает, она протягивает руку и останавливает коробочку. Дэн смотрит на нее, словно на рефери, принявшего неверное решение.

«Ладно», – думает девушка, убирая руку с пачки. Она подождет. Джулс берет мобильник и делает вид, что читает сообщения, но мозг не в силах воспринимать информацию. Ободряющий смайл от мамы. Эсэмэс от подруги из колледжа – предлагает вместе поужинать. Дэн почти созрел – она понимает это, потому что шеф делает глубокий вдох.

– Расскажи о себе что-нибудь, чего никто не знает.

– Что? – Голос Джулс срывается. – Ты это серьезно?

Однако Дэн не шутит. По глазам видно, что он колеблется: стоит ли называть источник, пожелавший остаться неизвестным?

Джулс некоторое время молчит, потом наклоняет голову набок.

– Я уже призналась, что была приманкой.

– Недостаточно. Тогда ты хотела получить работу. – Шеф наставляет на нее палец. – Мне нужно что-нибудь личное.

– И тогда ты скажешь, кто наш заказчик? – Глупость какая-то, Дэн ведет себя как ребенок. – Так дело не пойдет. У меня нет секретов.

– Нет, Джулс, ты ошибаешься. То, кем мы хотим казаться и кто мы на самом деле, – совершенно разные вещи. Любой хороший журналист знает, что из этого важнее. – Он протяжно вздыхает. – Хорошо, я начну. Я бывший алкоголик. Я поставил на первое место работу, а не семью, из-за чего потерял тех, кого люблю больше жизни. – Дэн смотрит в пол. – У всего на свете есть цена. Вот кто я на самом деле. Твоя очередь.

– Мне безумно жаль. Тебе, наверное, нелегко пришлось. – Надо же, Дэн пил? Джулс вспоминает фотографию девочки в гимнастическом трико в рабочем кабинете шефа. Интересно, дочка хотя бы общается с ним? Джулс внезапно начинает нервничать. Что Дэн хочет услышать? У нее всего два варианта. Или рассказать про Рика Януса… Нет, исключено. Что ж, значит, у нее нет выбора. Джулс откашливается. – Ладно. Меня зачали по неосторожности. Лучшая ученица юридического факультета и парень, которого исключили из университета. Он исчез с горизонта еще до моего рождения. Трус. Ну как? – Джулс поджимает губы. – Зато мама у меня просто замечательная: умная, отличный профессионал. Правда, слишком много работает и чересчур часто беспокоится.

– Понятно. Яблоко от яблони недалеко упало, – ухмыляется Дэн.

– Точно! – смеется Джулс.

– Похоже, что тебе повезло с матерью, а ты – это лучшая ошибка, которую она совершила в жизни. – Лицо шефа смягчается. – Пыталась разыскать того недоучку?

Джулс кивает.

– Да. Женат. Детей нет. Живет в Сан-Диего, занимается недвижимостью. Похоже, полный отморозок. Решила, что не стоит тратить на него время.

Дэн смотрит в окно, потом снова на нее.

– Хотел бы я, чтобы мой папашка вот так же смылся. Нам бы не пришлось оплачивать огромные счета за лечение. После побоев мамина правая рука не функционировала как надо. А ты знала, что я получил свою первую Пулитцеровскую премию за материал о домашнем насилии? Я писал о том, насколько распространено это явление и что ублюдкам легко избежать наказания.