Завтра в тот же час - Страуб Эмма - Страница 14

Она опустила ноги на пол и встала с кровати. Сейчас она покормит Урсулу и придумает, как попасть в метро без проездного. Где-то в доме однозначно завалялась пара долларов – хватит, чтобы добраться домой, – а ключ от квартиры есть у хозяйки. В комнате как будто ураган прошел: на полу высились горы скомканной одежды, как будто перед тем, как лечь в больницу, Леонард решил разобрать и повыкидывать вещи. Элис босыми ногами распихала одежду в стороны, расчищая путь к двери.

Она добрела до ванной и даже не стала утруждаться, чтобы закрыть дверь. Она присела на унитаз и закрыла глаза. В гостиной что-то стукнуло, а затем из коридора послышались шаги Урсулы. Ее маленькая черная мордочка мелькнула в дверном проеме, и в следующую секунду она уже терлась о ноги Элис.

– Хорошая киса, – сказала Элис. Только в этот момент она опустила глаза и обратила внимание на свое тело. На ней были шорты и огромная желтая футболка с логотипом магазина электроники «Безумный Эдди», стекавшая по коленкам. Ее бедра, даже приплюснутые сиденьем унитаза, казались такими худыми, как будто за ночь она каким-то образом умудрилась похудеть. Элис не помнила, что переодевалась, а даже если и так, она уже лет сто не видела эту желтую реликвию из детства. Она встала и натянула футболку, чтобы полюбоваться этой частичкой настоящей нью-йоркской истории. У нее в голове сразу же заиграла музыка из рекламы. Теперь она ни за что не оставит ее здесь. Урсула обернулась вокруг ее ноги, а затем ускакала – скорее всего, понеслась караулить ее возле миски. Элис услышала шум из другой комнаты – наверное, пришла соседка – нянька Урсулы. Элис спешно захлопнула дверь, чтобы не напугать девочку.

Ванная Леонарда напоминала капсулу времени. Может, он все так же ходил в тот старомодный магазин, или же современные бренды просто еще не добрались до Верхнего Вест-Сайда, но и зубная паста, и крем для бритья, и полотенца, когда-то бежевые, а теперь замызганно-серые – все выглядело в точности так же, как когда-то. Элис выдавила колбаску зубной пасты на палец и почистила зубы. Сплюнув пасту, она поплескала на лицо водой и вытерлась полотенцем.

– Уже выхожу! – крикнула она. – Это Элис!

С детьми, наверное, не так часто случаются сердечные приступы, но во времена ее детства в Помандере повсюду только и говорили, что об опасных незнакомцах, и она, как любая нормальная городская девчонка, всегда была готова лягаться и кусаться. В ответ прозвучала тишина, и Элис, расправив футболку, вышла в коридор. Она в конце концов взрослый человек, который работает с детьми, и может заговорить с кем угодно даже в детской пижаме.

Урсула восседала на своем любимом месте: на подоконнике, с той стороны, где располагался радиатор, ее черная шерсть подпекалась на солнышке. Она была самой древней кошкой в мире, никто точно не знал, сколько ей лет, но Элис дала бы ей двадцать пять. Или вечность. Урсула выглядела так же бодро, как обычно.

– Эй, доброе утро, – сказала Элис, сворачивая из коридора в кухню. – Надеюсь, я тебя не напугала.

– Ты не настолько страшная, – ответил ее отец.

Леонард Стерн сидел на своем месте за кухонным столом. Рядом с ним стояли чашка кофе, открытая банка кока-колы и тарелка с тостами и парой сваренных вкрутую яиц. Элис показалось, что еще она заметила печеньки «Орео». Часы на стене показывали семь утра. Леонард выглядел хорошо, он выглядел здоровым. Даже здоровее, чем он когда-либо выглядел на ее памяти. Он выглядел так, словно мог бы запросто обежать квартал по кругу, если бы захотел, просто шутки ради, как те отцы, что играют с детьми в догонялки или учат их кататься на коньках, даже учитывая, что он к таким не относился. Леонард выглядел как кинозвезда, как киношная версия себя – красивая, молодая и шустрая. Даже его волосы выглядели бойко: упругие каштановые локоны, в точности такие же, какими она их помнила. В какой момент он начал седеть? Элис не знала. Леонард поднял глаза и поймал ее взгляд. Взглянув на часы, он снова повернулся к ней и потряс головой. «А ты рано. С чистого листа! Мне нравится». Что происходит? Элис закрыла глаза. Может, у нее галлюцинации? Не исключено. Может, она напилась до такой степени, что даже спустя много часов все еще была пьянее, чем когда-либо в жизни, и поэтому ей теперь мерещится всякое. Может, ее отец умер, а это его призрак? Элис заплакала и прислонилась щекой к прохладной стене.

Отец отодвинулся от стола, встал и медленно направился к ней. Элис не сводила с него глаз; она боялась, что если моргнет, то он исчезнет.

– Что такое, именинница? – улыбнулся Леонард. У него были такие белые и ровные зубы. Она чувствовала, как он него пахнет кофе.

– Сегодня мой день рождения, – сказала Элис.

– Я знаю, что сегодня твой день рождения, – ответил Леонард. – Ты сто раз заставила меня посмотреть «Шестнадцать свечей»[8], чтобы я уж точно не забыл. Но все-таки парня на спортивной машине я тебе не куплю.

– Что? – переспросила она.

Где ее кошелек? Где телефон? Элис похлопала себя по бедрам, ища хоть что-то из своих вещей, что-то, что сможет все это объяснить. Она прижала к себе гигантскую футболку и нащупала свой плоский живот, свои тазобедренные косточки, свое тело.

– Тебе сегодня шестнадцать, дружок-пирожок. – Леонард потыкал ее бедро большим пальцем ноги. Он всегда был таким гибким? Он кучу лет не управлял своим телом с такой легкостью. Ощущения были в точности такие же, как когда она впервые за несколько лет встречала детей своих друзей, а они внезапно оказывались полноразмерными людьми, которые уже катаются на скейте и почти достают ей до плеча. Такие же, только наоборот. Отец всю жизнь был у нее перед глазами: сначала каждый день, потом каждую неделю. Не было никакого временного зазора, чтобы она смогла взглянуть на него свежим взглядом. Она видела каждый новый седой волос и, разумеется, не заметила, когда сместился баланс сил, когда их стало больше, чем темных. – Хочешь печеньки на завтрак?

Часть вторая

Глава 17

Элис стояла в дверном проеме своей спальни. Ее сердце исполняло кульбиты, которые сердцам вообще-то не положены, вроде перестука в ритме Глории Эстефан. Она очень хотела пойти и посидеть рядом с отцом, но для начала ей нужно было понять, жива ли она и жив ли он. Может, она спит? А может, ей и вправду шестнадцать, а не сорок, и она правда стоит в своей спальне в доме отца? Элис не могла решить, какой из этих вариантов был наименее привлекателен. Если она умерла, то, по крайней мере, это было не больно. Если она спит, то рано или поздно проснется. Если умер ее отец и ее тело так отреагировало на это потрясение – что ж, вполне логично. Однако самым логичным объяснением – не считая того, что ей просто снится охренительно реалистичный сон, – было то, что у Элис случился психоз и все это происходило у нее в голове. Если же она действительно перенеслась в прошлое и ее сорокалетнее сознание оказалось в шестнадцатилетнем теле; если на дворе действительно 1996 год, а она учится в старшей школе, то из этого вытекало несколько серьезных затруднений. Едва ли в ее детской комнате можно было отыскать ответы на эти вопросы, но в комнате девочки-подростка чего только не найдешь, так что все возможно. В конце концов, Элис выросла с двумя воображаемыми, путешествующими во времени братьями.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.