Я помню музыку Прованса - Юон Анн-Гаэль - Страница 31

– А может, Люсьена велела ему за мной приглядеть, чтобы я не узнала правду…

– Ты говоришь ерунду. А хоть бы и так, что он может сделать? Если честно, наверняка ему плевать на старые истории. Лично я думаю, это касается одной Люсьены. Кстати, ее здесь давно не видно, – замечает он. – Я, конечно, не собираюсь защищать Антуана, но у него были причины злиться…

Они молча идут по аллее. Пахнет скошенной травой – на другом конце парка тарахтит газонокосилка.

– Видел бы ты его участок! – говорит Джулия. – Одни ямы. Как будто там поселился выводок кротов. Воры, похоже, приходят с налобными фонарями, может, даже с приборами ночного видения, как у военных, чтобы издалека заметить хозяев. И все ради трюфелей! Ну и конечно, никто ничего не слышал…

– Даже его собака?

– Участок огромный, а бедняга Зербино туговат на ухо.

– И ты думаешь, в этом замешаны деревенские старики?

– Антуан в этом не сомневается. Им не нужны чужаки, и они на все пойдут, лишь бы он здесь не остался. Что за бред! Ведь он не чужой на этой земле!

– А по-моему, бред – считать, что шестьдесят лет спустя Люсьена настолько боится косых взглядов, что запрещает своему внуку говорить, кто он на самом деле!

Лицо Джулии мрачнеет.

– Я собираюсь узнать всю правду! Уверена, что Жозеф и Люсьена разрушили бабушкину жизнь. Почему? Пока не знаю, но сдается мне, Люсьена гнется под тяжестью вины. Не могу прийти в себя от мысли, что она всю жизнь прожила с этим и не решилась никому открыться.

Она кладет руку на плечо Жанины, которая, похоже, витает где-то далеко.

Втроем они проходят мимо Пьеро и Фернана. Оба друга в шерстяных шапочках сидят за каменным столом и спорят из-за партии в шашки.

– А ты потом видел малышку Мишель, дурик? – кричит Пьеро.

– Видел ли я ее? Черт возьми, да я на ней женился!

Феликс подмигивает Джулии.

– Встреча старых друзей?

– И это никогда не надоест!

Решительным шагом подходит Жизель с ноутбуком под мышкой.

– Я должна вам кое-что показать! – гордо заявляет она.

Все трое усаживаются в широкие плетеные кресла на веранде. Взгляд Жанины устремлен вдаль. О чем она думает?

– Джулия, я тут подумала, мне очень нравится ваша идея насчет шапочек с посланиями, – говорит Жизель с серьезным видом.

– Вы о шапочках Мадлены?

– Да, Феликс мне сказал, что вы хотели бы их продавать в Париже.

Джулия весело кивает.

– Шайка бабушек, которые вяжут наперегонки!

– Мы поговорили с Феликсом и решили, что будущее за интернетом.

Жизель делает паузу, чтобы Джулия могла переварить эту потрясающую мысль.

– Перед тем как Селестен потерял память, он купил ноутбук. Говорил, что компьютер продлит нам молодость! Забавно, если подумать. В общем, после того разговора об интернете и о Мадлене я решила походить на уроки информатики. И попросила Билли показать мне, как сделать сайт. Вначале он был настроен скептически, но понемногу – можно сказать, петелька за петелькой, строчка за строчкой – втянулся. В отличие от Билли, я не из терпеливых, от всех этих слешей, кавычек и тройных щелчков у меня быстро голова пошла кругом. И мы решили, что он делает сайт, а я осуществляю общее руководство. Ясное дело, пришлось повозиться. Но посмотрите, что получилось. Ручная работа!

Страшно довольная собой, Жизель торжественно открывает ноутбук. Крутя колесико огромной мыши, она листает страницы. С экрана смотрят Пьеро и Фернан, их поредевшие шевелюры прикрыты разноцветными шапочками. Вокруг мигают гифки, прямиком из девяностых.

– Mad’Laine? – читает Феликс между фотографиями кошки и радуги.

Жизель вся светится.

– Так называется наш магазин! Английские названия хорошо продаются. Так сказал внук Билли. Это была его идея, а поскольку он маркетолог, я согласилась. Я так подробно рассказываю, чтобы вы ничего не упустили! Выбираешь шапочку, щелкаешь мышкой – и деньги в кассе. Называется он-лавка.

– Онлайн-лавка?

– Вот именно, он-лавка.

Джулия с Феликсом улыбаются. Из большой гостиной доносятся аплодисменты.

– Мадлена вяжет в ускоренном темпе. К открытию все должно быть готово! Хорошая новость: Билли всех знает в деревне, многим рассказал о проекте, и каждый захотел внести свою лепту. У нас уже десять заказов, три – для мясника, похоже, в его холодильнике не больно жарко. Хозяйка галантерейного магазина прислала в «Бастиду» две большие коробки с шерстью и разрешила заплатить, когда сможем. А библиотекарша отложила для нас книжки с цитатами, которые должны вдохновить Мадлену на послания, но я уверена, что она и без них справится. Мадлена у нас философ.

Джулия аплодирует, в восторге от неожиданных талантов Жизель, – да, ей явно не место в «Бастиде». Внезапно из соседней комнаты доносятся крики ужаса.

– Что происходит?..

Феликс не успевает договорить – на веранду выбегает лама, ее шея обмотана шерстяными нитками.

– Держите ее! – вопит Пьеро, преследуя животное.

Джулия и Феликс ошарашенно смотрят, как Пьеро с воплем запрыгивает на ламу. Жанина хохочет.

– Надо же, а ты не потерял хватку! – восклицает Фернан.

– Она не быстрее зайца! Но воняет…

Следом за пыхтящим Фернаном появляются Мадлена и Элиана.

– Да что же это такое! – кричит Элиана. – Привели бешеное животное в дом престарелых! Наши мероприятия должны стимулировать пациентов, а не травмировать! Она могла покалечить кого-нибудь из постояльцев!

– Или кошку! – добавляет Мадлена.

Жанина плачет от смеха.

– Что за дикая мысль – надеть на ламу шапку? – негодует Фернан, распутывая нитки.

Жизель не обращает внимания на суматоху. Подняв голову от экрана, она обращается к Мадлене:

– За работу, у нас полно дел!

Вгрызться в спелый персик.

Отпустить пару ругательств.

Облизать ложку.

Увидеть, как улыбается Азнавур.

Разглядывать костюмы фигуристок.

Выкинуть шестерку, играя в кости.

Вспомнить слово, которое вертится на языке.

Отрывать хвостики у стручков фасоли.

Отыскать ягоду в зарослях ежевики.

Настежь открыть ставни.

Прыгать через скакалку.

Катиться на велосипеде под горку.

43

Придерживая платок под подбородком, Люсьена входит в церковь через боковую дверь и тщательно запирает ее за собой.

Она крестится и становится на колени перед распятием. Красный светильник у дарохранительницы тускло освещает пустой неф. Люсьена любит, когда в храме ни души. Тени играют на ее лице, пока она идет мимо свечей по центральному проходу. Одна из прихожанок вызвалась расставлять скамейки и убирать книги после вечерней мессы. Люсьена недоверчиво проводит пальцем по натертому воском дереву.

– Что сделано плохо, то надо переделать, а что надо переделать, то не сделано, – ворчит она и, сгорбившись, идет к ризнице.

В маленькой комнатке чисто, все на своих местах. Ловким движением она ставит лестницу под люком, ведущим на чердак, и подбирает юбку. На чердаке сложены коробки с надписью маркером: «Сантоны».

Она спускает коробки по одной, кряхтя от натуги, и несколько раз едва не сворачивает шею. Обычно ей помогают отец Мариус и Мирей Фурнейрон. Чтобы избавиться от этой Мирей, Люсьена решила в этом году заняться вертепом одна. На прошлое Рождество Мирей задумала порадовать прихожан чем-то новеньким и добавила в композицию несколько фигурок, привезенных из путешествий, – андалузскую куклу, слона и стеклянный снежный шар. Люсьена чуть не отдала Богу душу, когда в рождественский вечер обнаружила рядом с коленопреклоненной Марией смеющегося Пьеро.