Желания города Бэрмор - Мэри Влад - Страница 8

– Я так соскучилась, Макс, – прошептала она. – Так волновалась.

– Как ты, бегунья? Они хорошо с тобой обращались? Не обижали?

В ответ Лика то ли фыркнула, то ли глухо рассмеялась, и нам всё стало ясно.

– Понятно, – процедил Макс, помрачнев.

– Это неважно, Макс. Теперь я дома, с вами. Но Ян и Алекс…

Лика замолчала, и я покачал головой, давая Максу понять, что не стоит сейчас развивать при ней эту тему.

– Они тоже скоро будут дома, – ободряюще произнёс он и отступил от Лики на пару шагов. – Ты голодная?

– Нет, не голодная. Я как раз говорила Вику, что было бы здорово лечь спать всем вместе.

Вот же ж…

– Можно расстелить диван, тогда мы все поместимся, даже место останется, – Лика умоляюще посмотрела на Макса. – Пожалуйста. Я не хочу сегодня спать одна.

Слышать от неё такую просьбу было странно не только мне, и мы с Максом переглянулись. Лика редко показывала свою уязвимость. Значит, произошедшее сильно её подкосило.

– О чём вообще речь, бегунья? – сразу же отозвался Макс. – Конечно, ляжем вместе. Ты пока прими душ или поваляйся в ванне, а мы с Виком всё организуем. Правда же, Вик?

Последнее фраза прозвучала как «только попробуй отказаться или начать спорить». Вздохнув, я сдался и кивнул. А через несколько минут мы с Максом уже тащили в гостиную постельное бельё, пледы, одеяла, подушки и какие-то подпорки, которые Макс достал непонятно откуда.

– Ты б хоть штаны надел, – проворчал я, спускаясь за ним по лестнице.

– Зачем? Всё равно потом раздеваться.

– Голым спать собрался?

– Я всегда сплю голым.

– Сегодня мог бы сделать исключение.

Он лишь фыркнул, скинул свою ношу на кресло и с воодушевлением принялся раскладывать диван. Когда всё было готово, я поймал себя на мысли, что это лежбище больше напоминает палатку, чем кровать. Мы не только застелили диван, но и соорудили навес из пледов, натянутых между подпорками. Макс настаивал на том, что это создаст дополнительное ощущение безопасности и уюта, и я не стал с ним спорить.

– А куда делись цепные псы? – вдруг спросил Макс, и я усмехнулся.

– Только сейчас заметил? Мы больше не под арестом, расслабь булки.

– Я и не напрягался.

– Ага, конечно.

– Ладно, пойду проверю, как там бегунья, – сказал Макс, уже поднимаясь по лестнице. – А ты протестируй наше строение.

– Заодно надень штаны.

– Чем тебе не нравится моё полотенце?

– Тем, что я даже отсюда вижу твой член.

– У тебя с этим проблемы, пупсик?

– Просто надень штаны, Макс. Сегодня тебе ничего не светит. Я серьёзно. Не тупи. И засунь свои извращённые мысли подальше.

– Да, мам, конечно, как скажешь.

Я закатил глаза. Спорить с Максом было бесполезно. Я мог только надеяться на то, что этот озабоченный не использует совместный сон как повод для секса. Сегодня лезть к Лике нельзя. Она ещё не оправилась от произошедшего, а Алекс и Ян всё ещё находились в критическом состоянии.

Нет, они были бы не против, разумеется. Мы и раньше практиковали такие отношения, Лика – не первая наша общая девушка. Но она определённо первая наша любимая девушка. И при таком раскладе в этих отношениях нет места эгоизму.

Забравшись внутрь, чтобы проверить, надёжно ли всё закреплено, я немного расслабился, потому что в разложенном виде диван и впрямь был огромен. Здесь легко могли поместиться человек пять или шесть. Хоть Макс и накидал сюда кучу подушек, пространство от этого не уменьшилось даже визуально. Однако это не отменяло мою настороженность к скоплению людей в закрытом пространстве.

После случая, из-за которого мы оказались в лапах федералов, я с большой неохотой посещал бары и клубы. Никто даже не догадывался об этом, ведь я делал вид, что всё в порядке. Но чёрта с два это было так. Хотя поездки в набитом автомобиле не выводили меня из себя. Может, дело всё же было не в сочетании закрытых мест и скопления людей, а в чём-то другом?

Выбравшись из импровизированного шалаша, который больше напоминал гигантский домик Барби, я чертыхнулся. И как они меня на это уговорили? Я чувствовал себя так, словно мне снова пять лет, и соседские ребята затащили меня в свой домик на дереве. Но одновременно с этим я понимал: после случившегося Лике было необходимо вновь почувствовать себя защищённой. И если ради этого мне придётся сегодня спать здесь, я готов был на это пойти, хоть и ощущал себя максимально глупо.

– Ух! – выдохнула Лика, спустившись в гостиную. – Ребята, вы…

Она не договорила. Стояла и с восторгом смотрела на самодельное укрытие. И видя, как напряжение покидает её, я мысленно поблагодарил Макса за то, что надавил на меня.

– Тебе нравится? – поинтересовался он, хотя всё и так было написано у неё на лице.

– Очень. Это очень круто. Спасибо вам.

– Можем поиграть в карты или устроить ночь рассказов, – весело предложил Макс, и я еле сдержался, чтобы не дать ему подзатыльник.

– Может, завтра? Я выжата, Макс, прости. Спать хочется сильно. Если вы ещё не хотите, то просто полежите рядом, пока я не засну, ладно? Пожалуйста.

– Конечно, – он кивнул.

Лика сбросила халат на кресло, скинула тапочки и, оставшись в одной коротенькой ночнушке, забралась в «домик». Макс сразу же последовал за ней, а я на несколько секунд задержался. Когда заполз внутрь, Макс уже лежал на спине, а Лика доверчиво к нему прижималась. Он поглаживал её по голове, словно убаюкивая, и на его лице не отображалось никаких эмоций, кроме сожаления. Может, зря я усомнился в нём, решив, что он сделает что-то эгоистичное?

– Вик, – сонно прошептала Лика, стоило устроиться за её спиной. – Ты здесь?

– Да, волчонок. Засыпай.

Постепенно её дыхание выровнялось и замедлилось. Через пару минут Лика мирно спала, а я вдыхал её запах и думал о том, как было бы чудесно всем нам отправиться в путешествие. Или на обычный ленивый отдых. Лежать впятером на пляже, потягивать коктейли и не знать никаких проблем. Заниматься сексом в море, на песке, в гамаке, у пальмы, в пляжном домике… да где угодно!

Начав фантазировать, я уже не мог остановиться. Эти красочные картинки удовольствий полностью затопили мой мозг. Они были такими яркими и реалистичными, что вызвали приток крови к паху. Выдохнув сквозь стиснутые зубы, я поправил член и обречённо ругнулся.

– Стояк мешает заснуть? – Макс издал смешок. – Ну и кто из нас извращенец?

– Помолчал бы, – буркнул я и перевернулся на спину. – Её привёз Бьёрк. Ни словом не обмолвился о паспорте, ещё и своих псов отозвал.

– Думаешь, взамен он что-то потребовал от Анже́лики?

– Либо от Яна или Алекса. Это же Бьёрк.

– И что будем делать?

– Свою работу. Нужно переработать план до возвращения Яна и Алекса.

Макс хотел что-то сказать, но я опередил его, приподнявшись на локте и приложив палец к губам. Хоть Бьёрк и отозвал своих людей, но прослушка никуда не делась. Макс еле слышно чертыхнулся, выудил из-под подушки заранее припрятанный блокнот и быстро накарябал:

«Хорошая палатка. Здесь нас хотя бы не видят».

Он передал мне блокнот и карандаш, и я черканул в ответ:

«Слишком мягкая для штаб-квартиры. Но ты прав. Пусть мы и не знаем, установлены ли камеры, однако осторожность не помешает. Я не верю Ноа и тем более не верю Бьёрку. Завтра нужно будет поговорить с Ликой».

Макс кивнул, потянулся за блокнотом, а через несколько секунд протянул мне ответ:

«Не стоит на неё сразу наседать, но можно пообедать вне дома и аккуратно спросить. А ещё я хочу навестить Яна и Алекса. Как думаешь, Ноа согласится подсобить?»

– Не знаю, – ответил я вслух.

В том, что касалось Ноа, никогда нельзя было быть уверенным наверняка. У меня имелось к нему много вопросов. Но ещё больше их накопилось к Яну.

– Знаешь, Макс, мы ведь никогда не спрашивали Яна ни о чём. А надо бы.

– Я тоже об этом думал. Вряд ли Ноа просто ради забавы нацепил на него дополнительный маячок. Что-то тут нечисто. Когда Ян встанет на ноги, ему придётся устроить нам экскурсию в своё прошлое.