"Зарубежная фантастика 2024-1" Компиляция. Книги 1-17 (СИ) - Абрахам Дэниел "М. Л. Н. Гановер" - Страница 945

В стенах горят восемь кругляшков — четыре вдоль одной стены, четыре вдоль другой. Освещают дорогу к железной двери с круглым железным колесом посередине. Мы с Джеком переглядываемся. На Джековом чумазом лице серебристо сияют глаза, в волосах комья земли застряли.

— Ха, третья дверь! Прошу вас, — усмехается он.

Липкими от пота руками я поворачиваю колесо вправо. Оно крутится легко. Хорошо смазано, как замок. Дверь шипит, словно вздыхает. Тяну ее на себя, и она открывается.

— Ну-ка, что у него здесь? — говорит Джек.

Мы входим внутрь, и перед нами загораются красные огоньки. Они повсюду — и вверху, и внизу, и по сторонам. Их много, но они не яркие. Не такие, как в стенах перед дверью. Горят тускло, будто последний блик заката в пасмурный зимний день.

— Они наше движение как-то чуют и загораются, — шепчет Джек.

Мы поднимаем факелы повыше. В комнате полным-полно шкафов. Стоят рядами. Деревянные, высокие, со стеклянными дверями. Сундуки. Железные лари. Коробки и ящики. Кадки и бочки, пополам разрезанные, лишь бы полки можно было внутрь втиснуть. Поставлены друг на друга, придвинуты к стенам, кучно. Свободного места нет. Во всех шкафах полки. А на полках склянки. Стеклянные, с крышками.

В склянках — семена. Всех цветов и размеров.

— Здесь семена хранят, — ахаю я.

— Ага. Кладовая Разрушителей, — кивает Джек.

Он идет вдоль одного ряда шкафов. Я прохожу по другому. Разглядываю все, трогаю рукой. Похоже на сон. Столько семян не бывает. Одни склянки полны до краев, в других — горстка. Везде чистота, нет ни пылинки. Полки чистенькие, склянки, даже пол. Воздух сухой и прохладный. Затхлый, но сырости нет. К каждой склянке приклеен кусок бумаги, от руки нарисована картинка. Цветы. Овощи. Фрукты. Деревья. Травы. А рядом человеческая фигурка, показывает, до какой высоты семя прорастет.

Я создаю новый мир, по травинке, по стебельку. Врачую раны земли и людей.

Засовываю факел в щель между двумя железными шкафами, беру склянку и подношу к свету. Семена внутри поблескивают. Они мелкие, тоненькие, красноватые. Я легонько встряхиваю склянку. Семена пересыпаются с сухим шелестом, будто вздыхают во сне.

— А тут семена деревьев… — В духоте подземелья голос Джека звучит глухо. — Если я правильно картинки понял, они хорошо растут в засушливых местах.

Он берет факел и идет дальше по проходу между шкафами.

До меня доходит, в чем смысл слов Демало. Он отравленного вина выпил, осторожность потерял и начал мне говорить что-то, а потом уснул у меня на руках.

Я хотел тебе рассказать… Я нашел нечто удивительное. Если мои догадки верны, это все изменит…

Этими семенами он всю землю может засадить.

— Саба, иди сюда, — окликает меня Джек. Настойчиво, тревожно.

Я неловко ставлю склянку на место и торопливо прохожу в дальний конец комнаты. Там шкафов нет, зато стоят четыре стола, сдвинутые вместе. На них громоздятся аккуратные стопки — книги и бумаги. Рядом стоит каменный светильник. Стул. Койка с одеялом. Полупустая бутылка вина. Похоже, Демало здесь работает. И спит иногда.

Джек разглядывает стену. Она вся обклеена громадными листами бумаги. Бумага раскрашена розовым, желтым и оранжевым, по ней змеятся толстые синие и тонкие голубые линии, виднеются синие пятна всех размеров. На бумаге черным написаны слова и числа. А еще на ней много каких-то закорючек.

— Это что? — спрашиваю я.

— Карты, — отвечает Джек.

— Карты на земле рисуют, — говорю я.

— Ну посмотри внимательно. — Джек берет меня за руку и подводит к самой крайней карте слева. — Вот Новый Эдем. На секторы разделенный. Мы у Плакучей воды, это к югу, так? Первый сектор?

— Ага, — киваю я.

Он тычет пальцем в карту.

— Значит, мы где-то здесь. Понятно?

Я снова киваю.

Джек подводит меня к следующей карте.

— А вот опять Новый Эдем. Видишь, какие очертания? Вот так он расположен по отношению к другим местам. Он один зеленый. Зеленый цвет означает растения. Деревья, траву. А кругом все желтое. Там ничего не растет. На востоке Резь, на западе Пустоши, на юге Черные горы, а к югу от них был Город Надежды, видишь? А тут Песчаное море…

— И где-то в нем — Серебряное озеро, — вздыхаю я.

— Нет, его на карте не будет видно, — говорит Джек. — Вот здесь, на севере — Щит, он до самой синей полосы тянется. Там вода, наверное.

— Новый Эдем такой маленький! — удивляюсь я.

— Смотри, на этой карте он еще меньше, — замечает Джек. — А на следующей — просто точка. Саба, ты понимаешь? Это целый мир. За пределами тех мест, которые мы с тобой знаем. Мы про этот мир никогда не слышали, даже не мечтали.

— А почему на каждой карте числа? Пустоши, и Резь, и Черные горы… — Я перевожу взгляд с карт, покрытых мелкими числами, на стол, где стопками сложены книги и бумаги. — И в бумагах тоже числа, — говорю я.

— Карты с числами, бумаги с числами… — задумчиво произносит Джек. — На шкафах тоже числа. На каждом ряду и на каждом шкафу. И на каждой склянке тоже. Саба, это план. Как землю засеивать.

Я замираю. Гляжу на Джека невидящими глазами. Волосы на голове шевелятся, озноб пробирает до костей.

— Землю засеивать… Вот в чем все дело.

— Поэтому он и запирает все, и охрану выставляет, — говорит Джек.

— И вот зачем поселенцы в Резь отправляются. И зачем новый мост построили через Восточный разлом.

— И почему Демало с ними поехал, — кивает Джек.

Я вспоминаю, что у Демало на груди висел кожаный кошель. Демало к нему часто притрагивался, будто потерять боялся.

— Он наверняка семена сам вез, — говорю я. — Он их никому не доверит.

— Он хочет сам их сеять. Учить Управителей, как семена растить, как за ростками ухаживать.

Я создаю новый мир, по травинке, по стебельку.

Он и впрямь так считает. Он и впрямь может это сделать. Создать новый мир. Исцелить землю. Засадить ее травами и деревьями, чтобы еды хватило на всех. Только делиться ею не со всеми, а с теми, кого он сочтет достойными. Со своими избранниками.

Мысли теснятся в голове. Я открываю книгу, гляжу на буквы, ничего не понимаю. Здесь написаны слова, которые говорят Демало, что надо делать.

— Эх, если бы все это прочитать! — вздыхаю я. — Томмо умеет. Может, его сюда привести?

— Это не важно, — возражает Джек. — И без того ясно, что все это значит. Через пару недель Демало починит мост и поедет в Резь семена сеять. Пару пробных грядок засеет, посмотрит, что и как прорастет. А может, он уже это сделал. Он все тщательно продумал. С этими семенами и книгами он все кругом в Новый Эдем превратит. Силой оружия. И страхом. Ну и видения его тоже помогут. И будет кругом зеленый рай, построенный рабами. Полностью под его властью. Наш повелитель, наш властелин, наш хозяин, наш король. Ни старых, ни больных, ни увечных. Он единолично решать будет, кому жить, а кому нет.

— А Управители будут трудиться, как пчелы в улье, мед ему приносить, — говорю я. — Его избранники. Все это вранье! Они тоже рабы, только цепей не видно.

Мы молча разглядываем карты.

— А мы-то решили, что ему только Новый Эдем нужен, — снова вздыхаю я.

— Все, кто за властью гонится, на малом не останавливаются. Это их и губит, — объясняет Джек. — Я таких встречал, только ни у кого такого оружия не было. Демало может все вокруг захватить.

— Его надо остановить, — говорю я. — Пока не поздно. Смотри, на всех картах числа проставлены. Скоро будет некуда бежать. Негде будет прятаться. Негде будет жить свободно, как захочется. Все будут делать так, как Демало повелит.

— Никто и не побежит, — уточняет Джек. — Страх — прекрасное оружие. Если тебя боятся, значит, будут повиноваться. Те, кто в Новом Эдеме живет, не знают, что такое свобода. И никогда не узнают, если мы ее им не отдадим.

Я беру Джека за руку. Ладонь у него сильная, теплая. Ее приятно держать. Мы глядим на стену. На ней четко обозначено наше будущее. Будущая земля, будущие поколения. Все под властью Демало.