"Зарубежная фантастика 2024-1" Компиляция. Книги 1-17 (СИ) - Абрахам Дэниел "М. Л. Н. Гановер" - Страница 860

Обоих убивают одновременно. Арбалетная стрела в лоб, и муж с женой оседают на землю. Несса отчаянно кричит. На этот раз Джек отчетливо слышит слова.

— Беги, Робби! — кричит она. — Беги!

Малыш брыкается, кусает тонтона за руку. Тонтон, охнув, выпускает мальчика. Робби мчится по лугу изо всех своих силенок. Сестра кричит ему вслед — «Быстрее, быстрее!» Но сейчас лето, колосья уже высокие, а малышу всего четыре годика.

Начальник выкрикивает приказы. Один из его подчиненных бросается в погоню. Поздно. Молодой поселенец выскакивает из телеги, целится из огнестрела. Ему не терпится вселиться в новое жилье. Выстрел. Робби падает.

Начальник недоволен. Операция должна была пройти гладко, а тут такое нарушение дисциплины. Они с поселенцем орут друг на друга, и вдруг Несса начинает выть. От этого звука, полного горя и бессильной ярости, у Джека мороз по коже.

Крича и плача, Несса пытается кое-как прикрыться лохмотьями разорванной рубахи. Мужчины смеются, заворачивают ей руки за спину. Один грубо лапает девочку.

Начальник вскидывает оружие и стреляет ему в голову.

Среди общей суматохи Несса дотягивается до чьего-то арбалета. Направляет стрелу себе в рот и нажимает на спуск.

Джек отворачивается. С трудом переводит дыхание, уткнувшись лбом в шею белого мустанга. Аякс беспокойно переступает копытами.

Да, напортачили ребята. Наверняка им было поручено убить больных и слабых взрослых, а крепких детишек, Нессу и Робби, забрать. Вместо этого погибли все.

Тонтоны и впрямь играют по новым правилам. Давно уже ходили слухи о захвате участков и перераспределении земель, но это было дальше, к востоку. Бедствие распространяется, словно чума.

Если нынче здесь территория тонтонов, так ведь пояс бурь совсем рядом. Значит, Молли в опасности.

Джеку уже не просто тревожно, а по-настоящему страшно.

По большой дороге дальше ехать опасно.

Джек с Аяксом движутся незнакомыми, нехожеными тропами. Каменистая почва, безлюдная местность. Изредка вдали завиднеется путник, но каждый раз исчезает, не приближаясь, — должно быть, такой же зоркий, как сам Джек, и точно так же стремится быть незаметным. Джек торопит коня, иногда останавливается передохнуть на час-другой. Времени хватает подумать о том, что он увидел.

Тонтоны. Совсем недавно это была частная армия Викария Пинча — психопата, наркобарона и самозваного короля всей Вселенной. Ныне покойного.

На Сосновом холме тонтонов разбили наголову. Сделали это сам Джек с Сабой и Айком, а помогали им Мейв со своими девчонками, Вольными Ястребами, да разбойники, с которыми Мейв заключила временный союз. Саба убила Викария Пинча, однако тонтонов не истребили до последнего человека. А если бы даже истребили… Джек достаточно пожил на свете и знает: зло невозможно до конца уничтожить. Только вроде убил, обернешься, глядь — а оно у тебя за плечом.

Тонтоны выжили, только другими стали. Были заросшими нечесаными оборванцами, а теперь чисто выбриты, с короткой стрижкой. Одежда чистая, и обувь, и все снаряжение. Лошади ухоженные, аж шкура лоснится. Новые, преображенные тонтоны.

Дисциплинка, правда, хромает. Операция в долине пошла вкривь и вкось. Командира слушались плохо. И кое-кто еще хочет играть по старым правилам — вроде того типа, что полез к Нессе. Но командир его пристрелил, быстро и без колебаний. Чтобы всем было ясно: новая игра и правила новые. С нарушителями цацкаться не будут.

Зеленая лощина. Хорошая пахотная земля. Дом. Чистая вода. Тонтоны убивают больную жену и вымотанного непосильной работой мужа. А Робби и Несса — здоровые дети, полные сил. Если бы все пошло по плану, их бы забрали. Вопрос: куда? И откуда приехала парочка поселенцев? Может, их тоже взяли прямо из семьи, но не похоже, чтобы насильно. Они так и рвались поскорее вступить во владением чужим хозяйством. Парень даже принял участие в зачистке. Так сказать, руку приложил.

Что означает разделенный на четыре части круг у них на лбу? В Городе Надежды шлюх клеймили буквой «Ш», а об этом новом знаке Джек раньше не слыхал. Метка на всю жизнь — символ принадлежности к определенной группе населения.

Молодые здоровые люди с клеймом. Захват плодородных земель с источниками воды. Контроль над природными ресурсами. Новые тонтоны, подтянутые и дисциплинированные. Четко выполняют приказы. Чьи приказы? Того, кто выше. Кто действует масштабно, по заранее составленному плану.

Человек с огромной властью. Целеустремленный, умеющий убеждать и очень, очень умный.

Джек знает лишь одного такого человека. К тому же из тонтонов. Он был главным помощником Викария Пинча. Держался в тени. Удрал до начала битвы на Сосновом холме. Бросил своего безумного хозяина на произвол судьбы и даже не оглянулся. Еще и часть людей с собой увел.

Демало.

Это не вчера началось. Если сейчас все достигло такого размаха, значит, первые шаги были сделаны еще при жизни Пинча. Тот и при жизни был беззубым. А Демало, выходит, втайне строил свою империю. Вот и объяснение слухам, что доходили до Джека пару лет назад. Самого Демало Джек почти не знает, зато может сказать наверняка: такой не станет устраивать кровавых переворотов. Не его стиль.

Этот будет действовать тоньше. Кинжал в темноте. Отрава в стакане с вином. Выжидал, как видно, удобного момента. Легко представить, как он усмехался про себя там, на Сосновом холме, когда понял, что за него сделают всю грязную работу.

Как только ухитрился провернуть такое громадное предприятие под самым носом у Викария Пинча? И ведь никто из подручных, тонтонов, его не выдал, не проболтался.

Поразительно. Очень интересно. И крайне тревожно.

Джек многое бы отдал за то, чтобы узнать, что затеял Демало. Где. Как. И почему.

Скорей бы добраться до «Гиблого дела».

Таверна стоит у перекрестка. Приземистое, обшарпанное строение жмется к земле, а вокруг раскинулась безводная равнина в кольце суровых горных пиков.

«Гиблое дело». Наконец-то.

Из-за тонтонов Джек добирался окольными путями на целую неделю дольше, чем рассчитывал. Он вымотан до предела.

Скоро взойдет солнце. Джек запрокидывает голову. Здесь, в поясе бурь, закат и рассвет — неповторимое зрелище. И точно, жуткие темные тучи уже наползают на небо со всех сторон. Теснятся, толкаются. Буря идет. Сильнейшая сернистая буря.

Аякс пляшет на месте, мотает головой. Джек подгоняет его. У дверей таверны спрыгивает на землю, заводит коня в стойло. В конюшне только одна лошадь — хозяйская кобылка, рыжая лохматая Прю. В кормушке свежее сено, в поилке — вода. У Джека гора с плеч. Всю дорогу он боялся, что застанет пожарище. И все-таки обычно здесь полно лошадей и мулов, иные постояльцы даже на верблюдах приезжают.

Вывеска у дверей таверны поскрипывает на ветру. Хоть краска и облупилась, можно рассмотреть лодочку среди бурного моря. Вот-вот ее накроет волной. Каждый раз, как Джек сюда приезжает, невольно ждет — вдруг лодка уже исчезла. Канула на дно морское.

«Гиблое дело». Нечего сказать, подходящее название. Таверна кое-как сляпана из обломков, что остались от Разрушителей. На эту груду мусора даже крыса не взглянет. Кажется, дунь — и нету. А ведь простояла долгие годы, и ничего ей не делается. Еще с тех давних времен, когда здесь не шли сернистые дожди. Кругом росла зеленая трава, и на равнине кипела жизнь.

Уже тогда таверна славилась выпивкой и шлюхами. А когда перешла к семейству Пратт, слава о ней загремела на всю округу. Четыре поколения семьи содержали единственное в здешних краях питейное заведение. Драки эпических масштабов, жулики, промышляющие по углам, оглушительная музыка, выпивка, вышибающая из человека дух, и развеселые девчонки самого что ни на есть легкого поведения. Интересно, Лилит все еще работает? Она уж немолода, наверное.

Джек ни разу не видел, чтобы «Гиблое дело» закрывалось, хоть днем, хоть ночью. Скорее всего, Молли проснулась. Она всегда рано встает. Обходится четырьмя часами сна, да иногда днем приляжет подремать.