"Зарубежная фантастика 2024-1" Компиляция. Книги 1-17 (СИ) - Абрахам Дэниел "М. Л. Н. Гановер" - Страница 834

Я задумываюсь. Каждый раз, когда меня спрашивают про Лу, происходит одно и то же. Марси, Хелен, Мейв… даже Эмми. Я хочу рассказать про него, но мне все время кажется, что вместе с рассказом исчезнет частичка Лу.

— Наша Ма умерла, когда рожала Эмми, — начинаю я. — После этого Па изменился. Ему все стало безразлично. Он даже о нас забывал. Если бы не Лу, мы умерли бы с голоду. Или замерзли бы. Нам с Лу было девять лет, когда Ма умерла. Столько же, сколько сейчас Эмми. Лу очень заботливый. Всегда таким был.

— А какой он из себя? — спрашивает Джек.

— Ну, он веселый и добрый… А еще он очень умный. Он вникал во все, что Па нам рассказывал. Не то что я. Он про все знает. Может починить что угодно, разбирается в хозяйстве. И меня понимает. Знает меня, как никто…

Демало. Его глубоко посаженные глаза встречаются с моими. Темные, почти черные. Полные теней. Он смотрит прямо в меня. Видит мои самые сокровенные мысли, самые жуткие страхи.

— Таких хороших на свете не бывает, — говорит Джек.

Его голос звучит словно издалека.

— Чего ты сказал? — переспрашиваю я.

— Таких хороших не бывает, — повторяет он.

— Не говори так, ты ничего про него не знаешь! — горячусь я.

Отгоняю мысли о том, как Лу изменился за последний год. Вспоминаю, каким он был в день, когда его похитили. Он говорил, что хочет уйти с Серебряного озера. Он назвал Па дураком, живущим в придуманном мире. А потом Па убили.

— Прости, я сморозил глупость, — говорит Джек. — Слушай, а раз вы двойняшки, то похожи?

Я поворачиваюсь к нему.

— Нет. Лу очень красивый. Как Ма, — отвечаю я. — У него золотистые волосы, словно солнце. Коса длинная, до пояса.

— У тебя волосы отрастают, — замечает Джек. — Темные.

— Черные, как у Па, — говорю я. — Были густые и длинные… А теперь я вообще уродина.

— Нет, что ты! — возражает Джек.

— Когда Ма была жива, она часто говорила: Саба, ты — ночь, а Лу — день. Я воспринимаю все слишком серьезно. Лу улыбчивый, умеет рассмешить. Он очень хороший, — продолжаю я. — Мы с ним совсем не похожи.

— Ты и вправду думаешь, что ты плохая? Некрасивая? — удивляется Джек.

Я молчу.

— Ты сильно по нему скучаешь? — спрашивает он.

— Я никогда не думала, что бывает больно, когда кого-то нет рядом, — шепчу я. — У меня внутри все ноет, даже кости ломит. Мы с Лу никогда не расставались. Никогда. Я не знаю, как жить без него. Будто я ничто.

— Не говори так, — просит Джек. — Никогда так не говори. И не думай. Ты и хорошая, и сильная, и честная. С ним или без него.

Он вытирает мне слезы большим пальцем. Я даже не заметила, что плачу. Там, где он касается моей щеки, остается теплый влажный след.

Облака на миг расступаются. Я погружаюсь в странные серебристые глаза Джека. Они похожи на озера, залитые лунным светом. Мы лежим и смотрим друг на друга.

— Мы обязательно найдем твоего брата, — говорит Джек. — А теперь спи. Я подежурю первым.

— Не забудь меня разбудить, — напоминаю я.

— Ладно, — обещает он.

— Спокойной ночи, Джек, — шепчу я.

— Спокойной ночи, — говорит он.

Он садится и облокачивается спиной о дерево.

— Джек? — зову я.

— Что? — откликается он.

— Спасибо, — говорю я.

— Приятных снов, Саба, — шепчет он.

Я не могу заснуть целую вечность.

Джек сказал, что я и хорошая, и сильная, и честная. Так никто обо мне никогда не говорил. Он и вправду так думает?

До сих пор я считала, что Джек умеет только острить, ухмыляться и втираться в доверие. Но сейчас он почему-то напоминает мне Марси. У него внутри какое-то спокойствие. Марси тоже такая, тихая и спокойная, как речная заводь.

Не знаю, как это понимать. Оказывается, Джек совсем не такой, каким я его считала.

Наверное, я просто начинаю ему доверять. Мейв ему не верит, думает, что он скрывает какую-то тайну. Возможно, она права. Она повидала больше, чем я. Эмми Джек нравится, но что она понимает? Она еще маленькая.

Не знаю, стоит ли ему доверять.

Гляжу вверх. Серые облака проносятся по черному ночному небу.

Если бы Лу был здесь, он бы мне все объяснил. Он бы знал, как правильно поступить.

Стоит жаркий полдень. Мы пробираемся по горным отрогам, но сухие пологие холмы становятся все круче и лесистее.

Джек все утро скачет чуть впереди нас. Я рада, что не приходится много с ним разговаривать. Зря я ночью с ним разоткровенничалась. Не надо было ему ничего рассказывать. Он меня обхитрил, нарочно устроился спать рядом со мной.

Эмми скачет возле меня, Нерон устроился на крупе Гермеса. Сестренка постоянно оглядывается.

— В чем дело? — спрашиваю я.

— Ни в чем, — хмуро отвечает она, но оборачиваться не перестает. Ей не по себе. Ее что-то тревожит.

В конце концов, мне это надоедает. Я хватаю поводья ее коня. Заставляю ее остановиться.

— Не зли меня, Эм, — говорю я. — Признавайся, в чем дело.

Джек разворачивает Аякса и скачет к нам.

— Что происходит? Эмми, что случилось? — спрашивает он.

Она нервно закусывает нижнюю губу.

— Эмми, выкладывай, или я вытрясу из тебя ответ! — велю я.

— Кажется, за нами следят, — запинается Эмми.

— Что? — недоумеваю я.

— Где? — говорит Джек и роется в седельной сумке.

— К югу отсюда, — говорит Эмми и показывает туда, откуда мы приехали.

Джек подносит к глазам странную штуку из черной пластмассы. Он смотрит в узкую часть штуковины. На широком конце ее расположены два стеклянных круга. Джек подкручивает колесико посередине.

— Что это? — спрашиваю я.

— Дальнозор. Помогает видеть то, что находится далеко, — объясняет Джек.

— Выдумка Разрушителей! — отмахиваюсь я.

— Очень полезная вещица, — замечает он. — Подобрал ее в Городе Надежды. Просто удивительно, какие ценности лежат без присмотра. Дальнозор вообще большая редкость, особенно целый, не поломанный.

Джек долго всматривается в горизонт.

— Я ничего не вижу, Эмми, — говорит он. — Саба, не хочешь взглянуть?

Я подношу штуковину к глазам. Рощица, которую мы недавно проехали, возникает прямо передо мной. Виден каждый листик на каждой веточке каждого дерева.

— Вот это да! — говорю я с улыбкой.

Джек смотрит на меня со странным выражением на лице.

— Первый раз вижу, как ты улыбаешься, — говорит он.

Я сердито смотрю на него.

— Что за чушь? Я постоянно улыбаюсь, — возражаю я.

— Вот и нет, — встревает Эмми. — Ты улыбалась, когда Лу был рядом. А как его увели, ты стала вредная, сердитая, невыносимая и…

— Ладно, хватит уже! — говорю я.

— Я только хотела… — продолжает Эмми.

— Заткнись! — ору я.

Подношу дальнозор к глазам и всматриваюсь.

— Ничего не видать. Никто за нами не следит, — бормочу я. — В следующий раз как придумаешь что-нибудь, Эмми, держи это при себе.

Сестренка поджимает губы, разворачивает коня и скачет вперед.

Джек хочет вмешаться, но я сердито тычу в него пальцем.

— Даже не думай мне указывать! — предупреждаю я. — Не твое дело, как мне с родной сестрой разговаривать.

Он поворачивает Аякса и проезжает мимо меня.

— Ей всего лишь девять лет, — говорит он. — Не забывай об этом.

Нерон каркает, словно повторяет слова Джека. Как странно. Лу сказал почти то же самое, когда мы чинили крышу.

Ей всего девять лет, Саба. Будь с ней поласковей.

Лу. Джек. Эмми. От всего этого начинает болеть сердце. Я сердито сдвигаю брови.

Подумаю об этом позже.

Джек касается моей руки. Я просыпаюсь. Похоже, моя очередь нас охранять. Он не спал первую половину ночи, а теперь мне сидеть до утра. Глаза Джека блестят в темноте.

— Костер погас, — укоризненно шепчу я.

— Я сам его потушил, — отвечает Джек.

— Зачем? — спрашиваю я.

— Эмми была права, — говорит он.

— Что? — говорю я.

— На каменной гряде горит огонь, — шепчет он.