Обещание Зверя - Фёдорова Татьяна - Страница 1

Татьяна Фёдорова

Обещание Зверя

Глава 1. Незнакомка

Свежее и сухое, безветренное утро – прекрасный повод насладиться ароматным дымком. Устроить себе праздник обоняния и, заодно, добавить сложности идущей на запах метки Спайки. Молодые щенки слишком азартны, легко отвлекаются, а у него будет ещё один повод ехидно щёлкнуть по мокрым носам.

Раннее утро в маленьком городке настраивает на благодушие. Ещё никуда не спешат деловитые прохожие, не поднимает пыль с мостовой проезжающий транспорт, зато птицы прочистили горлышки, и вовсю стараются проявить себя, пока их пение не поглотил равнодушный шум человеческого быта.

Слай неторопливо достал из кармана новую коробку с сигариллами, вынул одну, разминая, покрутил пальцами, медленно провёл под носом, наслаждаясь ароматом. Убрал коробку в карман, вынув, взамен, зажигалку. Чиркнул кремнием, немного полюбовался густо-зелёным пламенем, поднёс сигариллу, слегка касаясь огня кончиком. Чуть подул, чтобы сигарилла разгорелась равномерно, и мысленно улыбнулся, прокручивая сигариллу в пальцах.

«Кажется, мне повезло со Спайкой. Смышлёные щенки. Если бы не Чёрный, можно было бы даже на олимпики1 замахнуться… А что? Ещё два года в запасе»…

Прошла только половина зачётного времени, а он уже уловил, пусть и далёкие, отголоски азарта и радостного предвкушения бегущей по запаху Спайки. Слай сделал несколько коротких затяжек, раскуривая сигариллу, покатал дым во рту, давая впитаться в слизистую, медленно выдохнул. Осмотрелся и кивнул сам себе. Муниципальная площадь – отличное место для проверки Спайки на выдержку. Трудно сейчас не заметить одинокую фигуру на пустующем квадрате мостовой.

Это потом, когда город проснётся и втянется в привычную суету, мостовую заполнят аэромобили приехавших за товаром торговцев. Слева распахнутся складские ворота, засуетятся бригады грузчиков, перебрасывающих тюки и коробки с полок на грузовые тележки или наоборот. В соседнее здание подтянутся любители быстрых завтраков. Самая известная в городе кофейня выглядит сказочным домиком из-за своих больших окон, щедро отражающих солнечные лучи на фоне глухих складских коробок.

Напротив, по другую сторону площади, прячется за пышными акациями длинное строгое здание муниципалитета, давшее название площади. Скоро к нему потянутся клерки, одинокие просители и штрафники выстроятся в редкую цепочку перед турникетом, старательно сплетничая в ожидании решения своего дела.

Здание аэрогавани, что за спиной Слая, самое высокое в городе, наполнится жизнью последним. Его служащие привязаны к расписанию дирижаблей, а их иногда бывает до пяти-шести в день. Городок у них, хоть и маленький, но шерсть от коз, выращиваемых в округе, пряжа и изделия из неё славятся на всё падишахство.

Лёгкий хлопок воздуха за спиной вызвал морозные мурашки на теле. Слай выдохнул дым и резко обернулся. В здании аэрогавани, у ступеней которого он стоял, ничего не изменилось. Метельщик продолжал лениво возить щёткой по каменной площадке перед дверьми, огибая вычурные колонны, подпирающие козырёк здания.

– Эй, любезный! Ты слышал это?

Работник сладко зевнул в кулак, и только потом повернул голову.

– Чего тебе?

– Вроде, хлопнуло что-то. Слышал?

– Так мастерские вона, рядом. У них завсегда что-то хлопает, грохочет, либо дребезжит, – равнодушно пожал плечами метельщик.

Слай достал из внутреннего кармана луковку часов.

– Шесть четырнадцать. Не рановато ли для мастерских?

– Так они, бывает, сутками мастерят, если срочное что-то… А бывает, неделями бездельем маются, – метельщик повернулся спиной, продолжая что-то бубнить себе под нос.

– Ну, может и так, – Слай снова повернулся спиной к зданию, поднёс сигариллу к губам.

Из-за угла кофейни, в дальней стороне Муниципальной площади, выглянула чёрная Пёсья голова, зыркнула по сторонам, ненадолго замерла, увидев Слая, и радостно оскалилась. Крупный, угольно-чёрный Пёс выскользнул из-за кофейни и помчался через площадь, разве что, не лая от радости. Слай, как всегда, невозмутимо ждал. По привычке, краем сознания, отметил, как осторожно скрипнула дверь за спиной, а чуть позже – лёгкие шаги по ступеням. Какая-то девушка, с несуразно огромной сумкой через плечо, спустилась по ступеням, осмотрелась по сторонам, и поспешно направилась в город. Толстенная светло-русая коса за спиной, юбка до середины голени и слишком тёплый жакет дедовского покроя криком кричали об очень далёкой провинции.

Слай не стал задерживать на ней внимание. Чёрный мчался к нему, набирая скорость, как вдруг, будто споткнулся, затормозил и завертел головой во все стороны. Повернул назад, поводил носом, направился к фонарному столбу. Быстро нашёл метку, поднялся на задние лапы и ткнулся в неё носом. Опустился на мостовую, затем, воровато оглянувшись в сторону кофейни, победно задрал заднюю лапу на фонарный столб.

«Вот шельмец! – едва не рассмеялся Слай, – знает же, что получит за свои проделки, и всё равно не останавливается!»

Слай, прихрамывая, сделал несколько шагов вперёд, и приготовился его встречать, сурово сдвинув брови. Но мелкий засранец даже не подумал смутиться. Гордо задрав голову, он перешёл на строевой шаг и неторопливо приближался к хендлеру2. Слаю стоило огромного труда, чтобы не рассмеяться. Хорошо, что на площадь выскочила остальная Спайка, перетянув на себя его внимание.

Девушка, оказавшись между Слаем и чёрным Псом, вдруг остановилась, тревожно глянула по сторонам, осторожно обернулась на ступеньки, и торопливо направилась назад, постоянно поглядывая через плечо.

«Забыла что-то? Потеряла?»

Слай шагнул в сторону, чтобы растеряха не столкнулась с ним, осмотрел Спайку. Все на месте, все целы. Рудый идёт по запаху, а Пёстрый – его глаза и уши. Серый, кажется, прихрамывает, но старается не показывать. Белый невозмутимо трусит сзади, не забывая оглядывать тылы и присматривать за остальными. Рудый, как по нити, привёл Спайку к метке на фонаре, недовольно фыркнул, почуяв «послание» Чёрного, брезгливо потоптался у столба, но всё же поднялся, приложился носом к метке.

– Я боюсь собак.

Приезжая широко шагнула к Слаю и, втянув голову в плечи, судорожно вцепилась пальцами в полы его распахнутой тужурки3.

Слай опешил.

«Она что, считает, что, ради неё, я сейчас распущу Спайку? Ещё одна провинциальная дурочка? Проездом в столицу, решила испробовать на мне своё обаяние?»

От светло-русой макушки, оказавшейся прямо у него под носом, пахну́ло незнакомыми травами и сладкой свежестью, а в прядках толстой косы, переброшенной через плечо, запутались соломинки, словно она, и правда, ночевала в сéннике4. Замерла, затаив дыхание, зажмурилась, осторожно выдыхая и прислушиваясь.

«И чего она от меня ждёт? Девчонка сопливая, а уже за приключениями погналась?»

Чёрный подошёл ближе, потянулся носом к ногам девушки, но Слай показал ладонью команду «сидеть».

– Не сто́ит так открыто показывать свой страх, – как можно равнодушнее ответил Слай, не спеша втягивая очередную порцию дыма. Проследил глазами за Чёрным.

Упрямец не стал садиться на мостовую, а обойдя вокруг Слая, опять потянулся носом к девушке, прячась за ноги хендлера. Незнакомка приоткрыла глаза, вздрогнула, заметив манёвр Чёрного, и скользнула от него в сторону, держась за рукав тужурки. Пёс, медленно переступая и вытянув шею, потянулся следом. Ещё пара быстрых шагов, и девичьи пальцы вцепились в тужурку на спине.

– Как же не показывать, если у меня уже мурашки по всему телу побежали… Ох! – сквозь зубы пробормотала.