Брак с другими видами - Мотоя Юкико - Страница 2

Еще сильнее удивило ее то, что подруга эта за обе щеки уплетала устриц и лобстеров, которых раньше терпеть не могла. Раньше такие блюда обожал только ее супруг. Едва Китаэ-сан упомянула об этом, глаза подруги округлились.

— Разве? — удивилась она и задумалась на пару секунд. — Да нет, что ты! Я всегда любила устрицы… — И повернулась к мужу: — Правда же?

Муж рядом с нею решительно закивал в ответ.

До конца ужина сомнения Китаэ-сан так и не рассеялись. Выйдя из ресторанчика, они добрели втроем до большой улицы, чтобы поймать такси.

— На прощание договорились, что будем видеться чаще, но потом…

Не договорив, Китаэ-сан сунула кусочек бисквита под нос Сансё.

— Не сложилось?

— Ну да… В следующий раз мы встретились еще через десять лет.

Их следующая встреча состоялась все в том же лондонском ресторане. Явившись туда, Китаэ-сан с дрожью в груди оглядела зал, ожидая увидеть нечто вроде парочки близнецов. Когда же те поднялись из-за столика ей навстречу, она вскрикнула от удивления. Ибо уже издалека заметила: оба вернули себе свой, изначальный облик и больше не походили друг на друга никоим образом.

— Даже немного обидно стало, — добавила Китаэ-сан, закидывая теперь уже в свой рот кусочек бисквита, на который Сансё даже не покосился. — Я-то надеялась, их будет вообще не отличить!

После ужина, как и в прошлый раз, они вышли из ресторана и втроем побрели к большому проспекту ловить такси. Глядя в спину мужа, шагавшего впереди, Китаэ-сан вдруг не удержалась от смеха и призналась жене в подозрениях, терзавших ее все эти десять лет.

— Сама не знаю, что на меня тогда нашло… Померещилось, не иначе!

Тут все решили еще немного выпить, и супруги пригласили Китаэ-сан к себе на вино.

Третью бутылку они допивали уже вдвоем, когда муж осовел и отключился прямо на диване.

— Ну что, Китаэ-тян! Может, выйдем в сад? — предложила жена.

Китаэ-сан в эту минуту разглядывала небольшие круглые камни, которые обильно использовались в интерьере этого жилища. Какой необычный вкус у хозяев, подумала она и, поднявшись из-за стола, нетвердым шагом вышла за хозяйкой наружу. При свете луны они пересекли ухоженный английский сад, полный цветущих дикоросов, переправились по миниатюрному мостику через пруд и остановились перед клумбой с кустиками шалфея.

— Ладно. Тебе одной я, так и быть, расскажу… О том, как я пришла обратно в себя.

Видимо, от выпитого вина ее голос звучал так, будто она с трудом удерживалась от смеха.

— В себя? — переспросила Китаэ-сан. — Ты о чем?

— Ну, ты ведь хочешь узнать, как я вернула свое лицо. Я правильно тебя поняла?

И хозяйка указала пальцем себе под ноги. Китаэ-сан пригляделась.

— Камни?

Земля на клумбе была выложена булыжником — таким же, как и в гостиной.

— Мои заместители. Я решила использовать их вместо себя, — пояснила хозяйка и жестом предложила взять камень в руку. Скептически улыбаясь, Китаэ-сан присела на корточки и подняла с земли первый попавшийся булыжник. Грубый и неприметный — как и те, что украшали дом.

— В каком смысле? — уточнила она.

— Смотри пристальней, — ответила жена. — И увидишь, как они все похожи.

— На что?

— Сама поймешь. Смотри внимательней.

Сбитая с толку, Китаэ-сан поднялась и уставилась на булыжник в лунном свете. Она почти не сомневалась, что ее разыгрывают. Но еще через миг посмотрела на камень чуть-чуть под другим углом — и немедленно протрезвела.

— С ума сойти… — выдохнула она, не сводя с булыжника взгляда. И глаза, и нос — все действительно выглядело точь-в-точь как у него!

— А я тебе о чем? — прошептала в ответ хозяйка.

И рассказала, что все началось с камней из композиции, которую они сложили у изголовья постели в спальне[3].

Отобрав самые похожие на мужа камешки, жена решила заменить их другими. А чуть погодя сделала это еще раз, потом еще раз… И вскоре камней в их доме стало просто не сосчитать.

— Ничего себе! — хмыкнула я. — Прямо как в сказке о трех талисманах.

— Разве? — Китаэ-сан склонила голову к плечу.

— Ну конечно… Горная ведьма Ямамба заманила к себе в хижину монаха и собралась его съесть. Тот перед смертью попросился в туалет, оставил там вместо себя талисман, а сам убежал в окно.

— Хм-м… — отозвалась Китаэ-сан. То ли с интересом, то ли без — не разобрать. И, поднимаясь с лавочки, добавила: — Она предложила мне взять тот камешек на память, но я отказалась… Странный был бы сувенирчик, согласись!

Во всем вольере кроме нас ни души. Я благодарю ее за кофе, она разворачивает коляску. Я спешу к пожарному выходу, распахиваю перед ней тяжелую дверь. Уже в вестибюле слежу, как ее фигурка исчезает в восточном крыле, и бреду к себе в западный.

Вернувшись домой, я включаю румбу и наскоро прибираю в квартире.

Впрочем, грязную посуду я доверяю посудомойке, а грязное белье — стиральной машине с сушилкой. Так что и сама не всегда понимаю, кто же именно выполняет работу по дому. До замужества я служила в компании по обслуживанию водных кулеров. Компания была маленькой, рук не хватало. А работы — такая прорва, что здоровье стало шалить. Тогда-то я и познакомилась со своим будущим мужем.

С первой же нашей встречи я поняла, что доход у него выше среднего. И как только он намекнул, что работать мне, в общем, не обязательно, я ухватилась за этот шанс, как утопающий за соломинку. С тех пор я так и играю роль счастливой домохозяйки, хотя душу порой царапает чувство вины за то, что вся эта благодать досталась мне слишком просто. В таком юном возрасте заполучила собственное жилье? Разве одно это не значит, что я где-то в жизни смошенничала? Конечно, расти я в этом доме детей — возможно, мне было бы чем оправдаться. Но, словно в подтверждение моих корыстных мотивов, зачать у нас с мужем не получается хоть убей.

Второй час дня. Сегодня истекает срок годности фарша, вспоминаю я и решаю запечь его в кисло-сладком соусе с баклажанами.

Когда муж дома, мы ужинаем за столом, но есть в одиночку я люблю на диване перед телевизором. Уплетая говядину с баклажанами, я открываю ноутбук, вижу новое письмо от Сэнты. Без особого смысла. Пробегаю по нему глазами, разгрызаю свежий, чуть подсоленный огурец и невольно вспоминаю о супружеской паре из рассказа Китаэ-сан.

Неужели все это случилось в реальности? И что было с ними потом? Вопросы эти весь день не выходят у меня из головы, и вечером, когда приходит с работы муж, я делюсь этой историей с ним. Вот только в моем пересказе она выходит совсем бессвязной. То, что в устах Китаэ-сан звучало загадочно, у меня получается долгим, запутанным и не производит на него ни малейшего впечатления.

— Это что, какая-то страшилка? — роняет он, скользнув по мне взглядом, и продолжает выуживать кусочки курицы из чашки с мисо. Упорно и сосредоточенно, как птица склевывает зернышки с земли. Каждый раз я прошу его есть несчастный суп как положено, но он повторяет, что доктор велел ему ограничить потребление соли. И от ужина к ужину выклевывает только начинку, а бульон оставляет нетронутым.

Накладывая себе салат из кальмаровых щупалец с зеленым луком в уксусе и мисо, я украдкой разглядываю профиль мужа, сидящего за столом. За ужином он любит смотреть телевизор, так что от вечера к вечеру мое место — справа от него, а совсем не напротив.

На пике блаженства он стискивает в пальцах бокал виски с со льдом и, как завороженный, погружается в очередное эстрадное шоу.

Эту свою зависимость он отчаянно скрывал от меня до самой свадьбы. Лишь когда мы поженились, вдруг усадил меня перед собой и, нервно выпрямив спину, заявил:

— Сан-тян! Я — из тех мужчин, которые должны по три часа в день смотреть телевизор.

Сама я вышла замуж впервые, но у него за плечами уже был один распавшийся брак. Первой жене он, похоже, в своей мании не признался и притворялся как мог, пока это не измотало его окончательно.