У озера на рассвете - Ри Тейра - Страница 3

– Стойте, может…

– Нет, – прервала она его резче, чем хотела, и обернулась. – Не может. До свидания.

– Жаль, – хмыкнул Антон, и эта ухмылка выглядела чертовски соблазнительно. – Мы могли бы помочь друг другу скрасить время, проведенное в этой глуши.

– Поверьте, здесь вы без труда найдете ту, что с радостью развеет вашу скуку. Но это буду не я.

И Варя ушла. Антон не последовал за ней, а принялся наполнять молочкой свою тележку, чем очень порадовал девушку. Ведь она совсем не была уверена в том, что ей хватит духу отшить его во второй раз. Роман с обворожительным брюнетом – последнее, в чем она сейчас нуждалась. Забот и без того хватало. Привязываться к кому-либо в планы Вари никак не входило.

– Что за красавчик? – сразу же накинулась с расспросами Леся, которая поджидала за углом с младшими.

– Следили за мной? – возмутилась Варя и от неожиданности едва успела направить тележку в сторону и избежать столкновения с тележкой Олеси.

– Да, и специально спрятались. Чтобы он случайно нас не заметил.

– Леся… – на глаза Варвары навернулись слезы от того, сколько заботы прозвучало в голосе племянницы, которая была не по годам рассудительной и чуткой.

– Что «Леся»? – Девочка обняла Варю. – Сколько еще ты будешь одна из-за нас?

– Не неси чушь, Леська. – Девушка чмокнула племянницу в макушку. – Вы самое дорогое в моей жизни. И пока вы рядом, я никогда не буду одна.

– Но это не то.

– Все. Закрыли тему. Живо на кассу. Бабушка с дедушкой нас уже заждались. И вообще, супермаркет не лучшее место для романтических знакомств. Он всего лишь помог мне поднять упавшие продукты.

Глава 3. На рассвете

Остаток дня девушка из супермаркета не шла у Антона из головы. Согласившись поехать на дачу с родителями впервые за несколько лет, он никак не ожидал наткнуться на нечто стоящее в этой глуши.

В последние годы в постели Антона побывало такое количество женщин, что, казалось, его уже ничем не удивить, но та миниатюрная шатенка смогла всколыхнуть в нем неподдельный интерес. Было в ней нечто притягательное, не поддающееся логическому объяснению. Уже давно Антон не чувствовал волнения при общении с противоположным полом. Впервые с тех пор, как он стал вдовцом, ему захотелось не просто трахнуть очередную миловидную девицу, а узнать ее получше и, возможно, даже сводить на парочку свиданий. Подобные мысли отчего-то до чертиков его напугали, и когда она отшила его, Антон решил, что так даже лучше. Он не желал никем увлекаться всерьез, не готов был позволить другой потеснить жену в своем сердце.

После смерти Ирины он целый год пил, не просыхая, и чуть не лишился дочери и бизнеса из-за этой пагубной привычки. Лишь когда ему пришла повестка в суд от родителей Иры, где говорилось, что они намерены добиться опеки над Вероникой и лишить его родительских прав, а сотрудники «Спринта» стали уходить к конкурентам, Антон взял себя в руки.

Он выиграл суд по опеке и сумел не просто восстановить репутацию компании, но и расширить бизнес путем открытия филиалов в соседних городах. Со стороны казалось, что Буров справился с горем и живет дальше. Но на самом деле все было не столь радужно.

Ника его ненавидела. И чем старше становилась, тем больше отдалялась от отца. Антон давно оставил попытки наладить отношения с дочерью, свалив в итоге все заботы о ней на няню и домработницу. Конечно, он мог бы просто отправить девочку к родителям Ирины, о чем Ника и сама не единожды его просила. Но Антон так и не простил им того, как они пытались забрать у него то единственное, что осталось от Ирины. Пусть дочь и была для него занозой в заднице, которая все делала назло и намеренно влипала в неприятности, лишь бы доставить отцу побольше хлопот и заставить краснеть перед окружающими, он по-прежнему любил ее всем сердцем, хоть и отчаялся когда-нибудь убедить в этом Веронику. Сейчас они были скорее чужаками, вынужденными уживаться под одной крышей, чем настоящей семьей. Антона это совершенно не устраивало, но он понятия не имел, как исправить ситуацию. И даже психологи, к которым мужчина неоднократно водил дочь, не смогли убедить Нику, что ее папа вовсе не монстр, погубивший маму.

Со временем Антон стал все реже ночевать дома, чтобы не раздражать своим присутствием Веронику и не провоцировать ее на новые безбашенные выходки. Вечера в отелях он поначалу коротал в одиночку, так как все друзья уже давно переженились и проводили время с семьями, но, когда его от тоски вновь потянуло к алкоголю, пришлось искать иной способ забыться. Так Антон превратился из убежденного однолюба, для которого прежде Ирина была единственной женщиной, в прожженного бабника, разбившего вдребезги не один десяток женских сердец.

И вот теперь он сидел на террасе родительского дома в кресле-качалке с чашкой кофе и наблюдал, как над полем, раскинувшемся прямо за их участком, встает солнце, а перед глазами то и дело возникал образ новой знакомой.

Варвара.

Странное имя, на его взгляд, но оно ей определенно шло.

– Бред какой-то, – сказал Буров дремлющей на соседнем кресле кошке и встал.

Прошелся взад-вперед по террасе, а потом вдруг вспомнил, что тут неподалеку было озеро. Отлично. Плавание в прохладной воде наверняка поможет избавиться от навязчивых мыслей. К тому же в полпятого утра там наверняка не будет посторонних.

Антон написал родителям, которые еще спали, записку, чтобы не волновались из-за его отсутствия, взял ключи от машины и поехал на озеро. Дорога заняла от силы десять минут. Припарковав свой новенький черный Гелендваген на обочине грунтовой дороги, мужчина пешком спустился к водоему.

Берег озера, окаймленного молоденькими березками, был окошен. Здесь имелся добротный деревянный пирс длиной метров пять-шесть со ступенями, ведущими в воду. Среди деревьев виднелись стол и лавки, а чуть в стороне кострище, обложенное кирпичами.

Буров медленно, глубоко вдохнул, наслаждаясь ароматами трав, цветов и утренней свежести. Водная гладь была спокойна и напоминала зеркало, в котором отражались небо и растущие вокруг деревья. В камышах неподалеку от пирса жужжали стрекозы и изредка квакали лягушки.

Милое местечко.

Правда, Антон только сейчас понял, что не взял с собой плавки, да и нижнего белья на нем не было. Он так и приехал сюда в клетчатых широких штанах и старой растянутой футболке, в которых спал, когда гостил у родителей.

– Все равно тут в такую рань никого. – С этими словами Антон скинул одежду и нырнул в озеро голышом.

Он доплыл до противоположного берега и уже проплыл полпути обратно, когда заметил на берегу женскую фигурку.

– Вот черт.

И как ему теперь объясняться с незнакомкой, не хватало еще, чтобы она приняла его за извращенца. Однако, подплыв ближе к берегу, Антон понял: все еще хуже, чем казалось минутой ранее.

На пирсе стояла та самая девушка из супермаркета и в данный момент она как раз снимала топ. Уповать на то, что она его не заметила, не приходилось. Машина стояла прямо у тропинки, ведущей к озеру, да и мужскую одежду на траве, поверх которой лежали телефон и ключи, трудно было не увидеть. Подплыв еще ближе и нащупав ногами дно, Антон остановился.

– Доброе утро, Варвара.

– Доброе утро, Антон. – Девушка лучезарно улыбнулась и, расстегнув молнию на шортах, потянула их вниз. – Так и думала, что это вы.

– Почему? – Он честно старался не глазеть на нее, но это было выше его сил.

Буров жил у родителей всего неделю, но уже начал скучать по своим многочисленным подружкам. Мужчина старательно убеждал себя в том, что просто слишком привык к сексу на регулярной основе, хотя на самом деле, стоило ему остаться ночью одному, как в голову без конца лезли мысли о покойной жене. Чувство вины вспыхивало с новой силой и отравляло его разум и тело, заставляя корчиться от душевной боли, которую было ничем не унять. Она терзала Антона тем сильней, чем дольше он пребывал в одиночестве.