Архимаг, который живёт в подвале. Том 2 - Призывающий Оро - Страница 8

– Сверху, от начальства? – я наклонился к парню, скорчившемуся на полу. – Значит, с ними и будем говорить. А ты подскажешь, где их найти. Итак?..

– Аннины!.. – выдохнул парень, уже весь белея как полотно. – Бизнесом управляют Аннины!.. Все приказы идут от них!

Я поглядел на Славика; тот кивнул.

– Шестёрки семьи Вивианны, – сообщил он мне. – Тогда понятно… они были верны лично им, а не Культу.

Я хмуро усмехнулся.

– Значит, покажем им, как они не правы.

Глава 5

Гудок, гудок…

Ну же, чёртов Больжедор, возьми трубку!

И вновь гудок.

Звонок оборвался.

Снежана поглядела на телефон с легко читаемой ненавистью в глазах; сил на какие-то другие осмысленные эмоции у неё уже не оставалось. Она не спала больше двух суток; почти не ела и не выходила из этого кабинета в попытках сделать хоть что-нибудь. Безрезультатно.

Всё летело к чертям. А от неё ждали, что она всё поправит. Но она не просила этого!

Желание просто сжать телефон покрепче и швырнуть в стенку всё росло; чтобы хоть как-то его унять, Снежана набрала другой номер.

«Роблен Грачёв». Вообще-то она не собиралась звонить этому неудачнику, но в таком отчаянном положении, как сейчас, важны любые возможности. По крайней мере, может быть, он поможет её связаться с Больжедором? Ну хоть что-то…

Снова гудки; Снежана стиснула зубы.

– Да-да? – раздался в трубке голос Роблена; судя по тону, настроение у Грачёва сегодня было отличное. – Кто это?

– Роблен, – выдохнула Зимина. – Это Снежана. Не могу дозвониться до твоего отца; решила, что, возможно, ты…

– Снежана? – весело переспросил Роблен. – Погоди, Снежана Зимина? Это ты?

– Ну да, – девушка удивлённо расширила глаза. – А что…

Взрыв хохота. Роблен смеялся искренне, заливисто и слегка безумно. Снежана попыталась что-то вставить, перебить его… бесполезно.

А затем – сброс звонка.

Ч-чёрт! Снежана отшвырнула телефон на другой край стола и вцепилась в волосы. Почему? Почему? Почему?

Просидев так секунды три, она вновь потянулась за телефоном – и увидела, что на ладони осталось ещё несколько прядок. Нервы; волосы начали выпадать ещё вчера, а сегодня… Снежана даже не решалась заглянуть в зеркало, чтобы выяснить, как она выглядит.

С отвращением отбросив рыжую прядку, она взяла телефон. Пока она пыталась дозвониться Грачёвым, на телефон пришло ещё несколько сообщений – какие напрямую, какие пересланы ей пресс-службой клана.

Плевать; ей даже не нужно читать их. Она и так знает, что там написано. Начиналась. Выучила наизусть.

«…многоуважаемая госпожа Зимина; к нашему величайшему прискорбию, из-за сложившейся ситуации мы вынуждены отложить оплату за ваше покровительство в этом месяце, приносим извинения…»

«…поскольку наша организация лишилась уверенности в вашей способности выполнять вашу часть соглашения, нам пришлось перейти под управления господина Эрмита…»

«…будучи поставленными перед фактом, мы при всём желании не могли бы сохранить прежние соглашения с кланом Зиминых…»

Кто-то юлит, пытаясь выбрать слова повежливее, кто-то говорит напрямую, но суть одна. Да и пошли бы они к чёрту – и те, и другие! Зимина рухнула на спинку кресла, снова откинув телефон и ненавидяще уставившись на портрет деда, всё ещё висящий здесь.

Почему она его до сих пор не убрала? И почему Октябрь вообще повесил напротив стола свой собственный трёхметровый портрет?

Чёртов грёбаный Октябрь. Висит тут, смотрит, как у неё всё валится из рук и, наверное, так смеётся в душе!

– Что глядишь? – прошептала Снежана сквозь зубы, буравя портрет взглядом. – Злорадствуешь, сволочь? Всё как ты и твердил: я бесполезное ничтожество, я разочарование, я ничего не могу и не умею…

Она почесала в затылке, и ещё одна прядка осталась в руке.

– Можешь сказать «я же говорил!» – лицо Снежаны исказилось до уродства. – Доволен, бл*ть?! Доволен?!!

Рука сама дёрнулась вперёд; волна ледяного пламени ударилась в портрет, покрывая его слоем инея, срывая со стены, ломая на части. Сила шла и шла, слишком большая, чтобы Снежана могла её удержать или вовремя остановить; впрочем, она и не желала. Ледяное пламя перевернуло стол, наверху угрожающе закачалась дорогая люстра.

– Грачёв!!!! – заорала Снежана, уже не сдерживаясь; энергия лилась сразу из двух рук, сокрушая кабинет. – За что, сука?!! Я же даже ничего, бл*ть, тебе не сделала!! Ненавижу… ненавижу тебя, у*бок!!

Повернувшись вбок, она уставилась на своё отражение в зеркало – а затем кинулась к перевёрнутому столу, выхватила из ящика большие ножницы и начала с остервенением кромсать собственные волосы. Нет, это мало… отбросив лезвия, Снежана принялась срезать волосы магией, оставляя ровный и короткий «ёжик».

Крики постепенно сменились рыданиями; у Снежаны больше не было сил даже на выражение ненависти. Сколько времени она рыдала, упав посреди комнаты и даже не вытирая потёкшую тушь? Вряд ли она могла бы сказать.

– Кхм-кхм… – раздалось за её плечом. Зимина обернулась. Что?! Когда вошёл секретарь? Он стучал? Или… – Прошу прощения, госпожа Зимина… кажется, вы тут поскользнулись…

– В чём дело? – быстро и хрипло осведомилась девушка, проведя рукой по лицу. Поскользнулась, да уж… по всему кабинету – иней, осколки льда и мебели, куски штукатурки, её собственные волосы…

– К вам тут… – секретарь пошевелил пальцами, замявшись на секунду. – Некий господин Эрмит.

…что? Зимина, забыв про всё, просто уставилась на секретаря, не в состоянии поверить.

Эрмит? Эрмит-Грачёв, этот чёртов ублюдок, глава Тёмных? Ему было мало превратить её жизнь в Ад, он ещё и решил прийти и понасмехаться над ней?

– …и вы его пропустили? – эту фразу девушка почти прошипела по-змеиному, поднимаясь с пола; она уставилась на секретаря тем же немигающим взором, которым недавно смотрела на портрет деда. – Как? Какого дьявола?

– П-простите… – потеющий секретарь отступил на пару шагов. – Простите, госпожа Зимина… с охраной в последнее время есть некоторые проблемы. Да и к тому же, кажется, вы немного не поняли…

Ладно. Ей уже было попросту плевать на всё; взгляд девушки метнулся с белой сфере, лежащей сбоку на полке (иней слегка покрыл её, но не сбил с места). Пришёл сюда, чтобы посмеяться? Посмеётся. Может быть, она не в состоянии всё исправить и спасти, но уж его она точно прикончит.

– Пускай его сюда, – велела она, окончательно выпрямляясь.

– Но, но… – секретарь замотал головой. – Госпожа Зимина… вы не поняли, это… может быть, вы сначала…

– Ты что-то не понял?!! – заорала Снежана, делая шаг вперёд. – Пускай его сюда, я сказала, сука, бл*ть, придурок *банный! Открой дверь и впусти его в кабинет!

– Хорошо-хорошо, сейчас, как скажете… – секретарь поспешил покинуть разгромленный кабинет так быстро, как только мог; ожидая, пока мерзавец Эрмит войдёт, Снежана попыталась привычным жестом откинуть волосы назад.

Ах да, точно. Их больше нет.

Дверь распахнулась; на пороге стоял абсолютно незнакомый Снежане парень в аккуратном, с иголочки, костюмчике; на его лице играла искренняя улыбка.

– Приветствую, госпожа Зимина, – он наклонил голову, заходя внутрь и прикрывая за собой дверь.

Снежана моргнула, отступив.

– …ты кто? – тупо спросила она, уставившись на вошедшего; в голове не было ничего, кроме белого шума.

Что за сюр происходит вокруг?

– Я? – парень оторвался от разглядывания кабинета; в его глазах читалось живое любопытство. – Я Александр Эрмит, госпожа Зимина. И я ищу Архимага. Возможно, вы сможете мне помочь?

– Ч-чего? – Снежана, хлопая глазами, уселась на чудом уцелевший стул. – Кого ещё…

Ну да, конечно же. Идиотка!.. Она должна была догадаться. Это ведь так в стиле Грачёва – назваться чужим именем! А они тут все головы ломают, что ещё за Эрмит, откуда взялся какой-то Эрмит…

– Помочь? – справившись с заминкой, она криво усмехнулась. – Я себе тут помочь не могу… чего тебе нужно, парень?