Соседская вечеринка - Дей Джейми - Страница 43

Мой желудок сжимается до размеров грецкого ореха. Мне довелось прочитать Александра Дюма на английском языке. Это автор «Графа Монте-Кристо», классической истории о мести, если таковая когда-либо существовала. Я чертовски хорошо знаю, кто этот А. Дюма, и я тоже в ярости.

Райли выглядит пораженной.

– Дилан, давай поговорим позже, хорошо? Сейчас неподходящее время. – Она поворачивается, чтобы уйти, направляется вперед по коридору, но Дилан бросается к ней, снова хватает ее за руку и сильно дергает назад. Мне не нравится выражение его глаз. Там бушует ураган – мрачный и яростный шторм. Я понимаю. Его мир, или, по крайней мере, его мир, каким я его представляла, состоял из мяча, клюшки и Райли. Я не думала, что отношение отца как-то повлияло на него; не думала, что у него хватит душевной глубины, чтобы чувствовать себя настолько уязвленным. Но теперь я вижу это в его печальном взгляде, гневе в его голосе, его поникшей позе. Я сочувствую ему, но я также сочувствую и Райли. Очевидно, что у нее есть свои проблемы, так что этим двоим, вероятно, нужно сделать перерыв. Но не таким образом.

– Кто этот парень? Он из школы?

Я думаю, что у парня-с-зонтиком уже вполне может быть ипотека.

– Дилан, между нами все кончено, – произносит Райли. – Надо было порвать с тобой раньше, и мне жаль. Поговорим об этом позже, хорошо?

– Нет! Не хорошо. Я хочу поговорить сейчас! – Его хватка на руке Райли усиливается.

Она морщится от боли.

– Эй, отпусти ее! – умоляю я.

Слава богу, он слушается. Райли прижимает руку к боку, как раненое крыло.

– Я выясню, кто он такой, – говорит Дилан. Его голос грохочет, как раскат грома. – И когда я это сделаю, он пожалеет об этом. – Он уносится прочь по коридору.

Я тоже зла. Я недвусмысленно дала понять Джею, что не хочу причинять боль Дилану. Теперь я также не хочу причинять боль Райли.

У меня есть несколько довольно грубых слов в адрес Джея Кумара, но что меня действительно беспокоит, так это осознание того, что я тоже виновата в этом инциденте. В ту ночь я сидела в машине. Я попросила Джея помочь раскрыть секреты Райли. Я была глупой девчонкой, пытающейся произвести впечатление на парня постарше.

Когда Дилан исчезает из поля зрения, в моей голове пульсирует тревожная мысль. Если что-нибудь случится с моим кузеном – или с Райли, если уж на то пошло, – из-за того, что я натворила, я никогда себе этого не прощу.

Глава 27

Если принять во внимание россыпь разноцветных осенних листьев, разложенных на консольном столике в просторном фойе Кумаров, то их дом украшен к празднику.

Алекс почувствовала легкую дрожь, когда сняла пальто и протянула его Самиру, который встретил их у двери. Не только свежий ночной воздух холодил ее кожу. Несмотря на разноцветные листья, Алекс снова поразилась стерильностью остальной части дома. Атмосферу пустоты нельзя было списать на недавний переезд, поскольку у Кумаров были месяцы, чтобы освоиться.

– А вот и последние гости прибыли! Так рад, что вы смогли прийти! – воскликнул Самир. Он выглядел щеголевато в своей синей спортивной куртке. Его улыбка была искренней и теплой, но Алекс не спешила расслабляться. Не напоказ ли всё это? Что, если его обаяние лишь дымовая завеса? Она пришла сюда с открытым сердцем, надеясь, что приятный вечер и разговоры по душам позволят ей решить, был ли он в лучшем случае контролирующим, а в худшем – жестоким.

– Большое спасибо, что пригласили нас, – поблагодарила Алекс.

– Нам это только в удовольствие, – проговорил Самир. – Мы рады, что вы оба смогли прийти.

– А мы рады быть здесь, – добавил Ник.

Алекс сохраняла бдительность. Она последовала за Самиром в продуктовый магазин, как какой-нибудь частный детектив, и он это знал. Когда все вышли из фойе, Алекс оглядела помещение в поисках семейных фотографий, но на выкрашенных в белый цвет стенах не было видно ни дырочки от гвоздя. Создавалось впечатление, будто они активно оберегали прошлое.

– Джей присоединится к нам? – уточнила Алекс.

– Его не будет дома весь вечер, – ответил Самир. – Мы предложили ему составить нам компанию, но у него другие планы.

– О, печально. Мы бы с удовольствием познакомились с ним поближе. И я никогда не спрашивала, но у вас есть другие дети, которые приезжают домой на каникулы, или Джей единственный? Мы так мало знаем о вас. – Алекс придала своему голосу еще больше бодрости.

В глазах Самира появилось настороженное выражение, но через мгновение к нему вернулось дружелюбие. Алекс было неприятно видеть, что кто-то настолько искусен в управлении своими эмоциями.

– Джей – наш единственный ребенок, – проговорил он.

У Алекс возникло ощущение, что в этой фразе есть нечто недосказанное. Может быть, у Мэнди произошли выкидыши, как и у нее? Однако это явно не разговор для ужина. Мгновение спустя она потеряла ход мыслей. Доносившиеся из коридора запахи наполняли воздух, купая ее чувства в изобилии ароматов, только некоторые из которых она могла распознать.

Самир заметил, что Алекс принюхивается.

– Сегодня вечером у нас будет великое множество блюд, – сказал он. – Мэнди приготовила жареного цыпленка – она не хотела, чтобы индейка вам надоела перед праздником, и несколько популярных блюд из моего родного города, которые не имеют никакого отношения к Дню благодарения. Думаю, они вам понравятся.

– Где вы родились? – полюбопытствовал Ник.

– Я родом с севера – из Лудхианы в Пенджабе, если быть точным, шестнадцатого по величине штата Индии, – сообщил Самир. – Я приехал в Америку учиться в аспирантуре, встретил Мэнди и остался. Мне повезло.

– Вы регулярно туда возвращаетесь? – поинтересовалась Алекс. Она последовала за Самиром вдоль по коридору, очарованная ароматами, наполнявшими воздух. Приблизившись к кухне, они услышали болтовню других гостей, их друзей и соседей.

– Боюсь, все меньше и меньше. У работы есть и обратная сторона. – Голос Самира был ровным и невыразительным.

Занимаясь медиацией, Алекс выяснила, что определенные интонации голоса могут указывать на то, что клиент не совсем откровенен.

Ей было интересно, что скрывает Самир. Не успела Алекс опомниться, как Мэнди, которая выглядела сногсшибательно в облегающем черном платье-свитере, дополненном простыми золотыми украшениями, вложила ей в руку большой бокал вина.

– Добро пожаловать! Надеюсь, вам нравится красное.

Алекс лучезарно улыбнулась:

– Еще как. Спасибо. – Она оглядела комнату. Присутствующие мило болтали и, казалось, хорошо проводили время. На первый взгляд все выглядело абсолютно нормально. Эван общался с Кеном и Эмили. Брук и Уиллоу сидели перед тарелкой с закусками, потягивая вино и время от времени посмеиваясь. Точно так же, как декоративные листья придавали событию лишь видимость праздника, эта сцена была пронизана скрытым напряжением. Или, вероятно, Алекс просто слишком много знала.

Эмили покинула мужчин, чтобы обнять сестру. Вскоре Ник присоединился к оживленной беседе Кена с Эваном.

– Как ты держишься? – прошептала Алекс на ухо Эмили. Та бросила острый взгляд в сторону Мэнди, затем на Брук, и это заставило Алекс занервничать. Знает ли ее сестра о сайте? Она уже собиралась спросить, когда Самир, склонившийся над плитой, чтобы попробовать восхитительно пахнущее блюдо, выпрямился и объявил, что ужин готов.

Мгновение спустя все уже сидели за длинным обеденным столом. Стойку у окна расчистили, чтобы освободить место для бара самообслуживания с серебряным ведерком для льда, бокалами и ассортиментом спиртных напитков, которые, правда, уступали в цене виски, презентованному Кеном. Потрескивающий в соседней гостиной огонь добавлял немного тепла. Мэнди и Самир работали слаженно, как команда, принося еду с кухни, и вскоре всех ждал пир.

Гости восхищались изобилием угощений. Алекс наслаждалась видом и ароматом идеально запеченного цыпленка, сочного зеленого салата, блюда с карамелизированным клюквенным соусом, дымящегося картофеля, политого сливочным маслом, и ряда маленьких вазочек, наполненных разноцветными яствами – ничего похожего она раньше не ела.