Уродливая правда - Норт Эл Си - Страница 7

Мелани, может, и было всего пятнадцать, но это всеобщее внимание заставило ее мир жужжать как улей. Люди хотели знать, чем она занимается, а мы желали приносить им эти новости.

Нелл

Наши первые модельные дни были очень клевыми. Нас приглашали в кучу мест. Нам, правда, доставалась только приятная работа. Даже тогда папарацци преследовали Мел, как стая бродячих собак. Мы обе были заняты модельной работой, а Мелани до кучи еще готовилась к своим экзаменам на аттестат. Не забывайте, у нее не было никакой вседозволенности, особенно когда ее папа конфисковал телефон и запирал ее в комнате, пока она спала. Были времена, когда у меня проскальзывали мысли: «Ок, хорошо, сэр Питер ведет себя очень стрёмно и плохо, но хуже-то уже не будет». Я часто так думала. И каждый раз он делал что-то еще хуже. В данный момент мне страшно, что он сделает дальше.

Вик Уотсон, редактор таблоида

К тому моменту, как Мелани исполнилось шестнадцать лет, у нас были фотографии того, как она выходит из ресторанов и со всяких тусовок. Даже если все и начиналось достаточно невинно, люди начали распускать слухи о том, что Мелани выпивает, несмотря на несовершеннолетие, и бог его знает, чем еще занимается. Мы все ждали, когда нам в руки попадет золотое фото пьяной Мелани, вываливающейся из клуба. И долго ждать не пришлось.

Сэр Питер Лэнг – Моя сторона событий (неопубликованное)

Райан: Модельная карьера Мелани началась в 2003 году и внезапно окончилась летом 2005 года. Давайте поговорим про это время. Как обстояли дела?

Питер: Сначала, казалось, все было хорошо. Мелли и я провели встречи где-то с четырьмя агентами и в итоге подписали контракт с Брайаном Бентом, у которого, как мне казалось, был правильный подход в плане рабочей этики и заботы о моделях.

Райан: То есть работа в модельном бизнесе была Мелани интересна?

Питер: Абсолютно. Это была одна из первых вещей, которая за долгое время вызвала в ней интерес. Мы договорились, что, если ее оценки пойдут на спад, Мелани прекратит свою работу. Какое-то время она действительно выкладывалась и в школе, и на работе. Нам с Брайаном Бентом стало тут же ясно, что Мелли ждет долгая и успешная карьера в модельном бизнесе.

Работа пришла к ней почти сразу. Я сопровождал ее первые несколько раз и был счастлив от того, как с ней обращались. Брайан тоже часто там присутствовал. После этого наш водитель стал отвозить и забирать ее с просмотров и непосредственно фотосъемок, выступая в роли сопровождающего. Все шло хорошо. Мелли была счастлива и даже немного расцветала. А затем, спустя несколько месяцев, она познакомилась с Нелл.

Райан: Речь идет о Нелл Стивенс? Лучшей подруге и личной ассистентке Мелани?

Питер: [Смеется] Ну, с «личным ассистентом» – это вы немного перегнули. Она в то время сидела на зарплате в Lange Cosmetics, но ее роль за последние двадцать лет заключалась в том, чтобы втянуть Мелли в как можно больше неприятностей. С момента их встречи Мелли начала мне лгать. Она притворялась, что у нее просмотр, а на самом деле ходила с Нелл по магазинам на Бонд-стрит. Или она могла сказать, что осталась на ночь у Нелл, а на следующий день я видел в газетах фотографии Мелли на какой-то тусовке.

Невозможно знать, как бы сложились наши жизни, не познакомься Мелли с Нелл, но одно я знаю совершенно точно: где Нелл, там жди беды, и все проблемы, которые были у Мелли в жизни, включая самые недавние, не в последнюю очередь – заслуга Нелл.

Тогда я не знал, на кого злился больше: на Мелли и Нелл за то, что они мне врали и тайком сбегали у меня за спиной, или на таблоиды за то, что публиковали каждый шаг Мелли.

Мне… мне было тяжело. И это само по себе было тяжко. В бизнесе я всегда мог видеть верный путь. С Мелли же, оказалось, я слишком много думал, ставя под сомнение себя и мое видение ситуации. В один момент я чувствовал, словно я с ней чересчур мягок, в другой – словно перегибаю палку. Мне было нелегко, очень нелегко найти равновесие между мягкостью и жесткостью. Я не оправдываюсь, но эта сторона жизни родителя была для меня совершенно в новинку. Линда всегда обуздывала темпераментную сторону Мелли.

Чем больше я пытался сделать все правильно, тем хуже все становилось. Мелли росла крайне уверенной, и казалось, именно я должен был присмирить ее, что ей совсем не нравилось. Несмотря на все ее успехи, учеба по-прежнему должна была оставаться на первом месте; ей надо было сосредоточиться на экзаменах. Мелли умная, но ей были нужны хорошие оценки на экзаменах, в случае если что-то пойдет не так.

Райан: То есть Мелани прекратила учиться? Ее оценки пострадали?

Питер: Не то чтобы… но Мелли прекратила ставить учебу на первое место. Стоило мне отвернуться, как она тайком сбегала куда-нибудь с Нелл. Не забывайте, на тот момент Мелли было пятнадцать или шестнадцать. Чем строже я становился, тем скрытнее становилась она. Это была постоянная битва. Я пытался быть дома так часто, как только мог. Я даже сделал дома спортзал и нанял персонального тренера, который приходил почти каждое утро, чтобы даже во время тренировок оставаться дома.

Я не говорю, что для Мелли это было легко. Она и шагу не могла ступить, чтобы не оказаться на страницах таблоидов или еженедельных журналов. По сей день я не понимаю, чем так привлекала их моя дочь. Они цеплялись за все: одежду, прическу, лицо. Как-то раз на страницах появился заголовок, что у нее якобы расстройство пищевого поведения. Поэтому Мелли поставила себе цель, чтобы ее заметили за поеданием бургера. И на следующей неделе те же самые журналы писали, что ей не помешало бы сесть на диету.

Райан: Как Мелани справлялась с таким уровнем внимания к себе? Как вы сказали, ей было всего шестнадцать.

Питер: На первый взгляд казалось, что никаких проблем нет, но думаю, глубоко внутри ей было очень нелегко. Ей стало гораздо тяжелее выходить из дома. Она тщательно продумывала свой внешний вид. Порой я заставал ее в слезах из-за тех историй, которые про нее писали. Там никогда не стеснялись в выражениях, и мне кажется, они стали потихоньку подтачивать ее самооценку. Затем еще эти блоги о сплетнях, как они себя называли. Мелли постоянно находилась под пристальным вниманием. С появлением социальных сетей все стало только хуже. Теперь это были уже не комментарии каких-то вредных журналистов, это были сотни комментариев от самых разных людей. Я чувствовал себя так, словно наблюдаю, как любимый человек встает перед расстрельным взводом и каждый чертов день ловит пулю за пулей.

Что касается меня, то я чувствовал, как моя хватка в контроле над ситуацией стала еще сильнее ослабевать, но все происходило так медленно, что утекло немало времени, прежде чем я это заметил.