Уродливая правда - Норт Эл Си - Страница 13

Нелл

У моего дома постоянно толпились фотографы, поджидающие Мел. Иногда это раздражало, но мы знали, что они просто пытаются заработать на жизнь, и большую часть времени мы делали вид, будто их там нет. Порой они специально пытались нас разозлить. Они окружали нас, тыкая камерами прямо в лицо.

Они громко окликали Мел по имени и спрашивали очень личные вопросы про то, с кем она спала. Но стоило Мелани проявить хоть каплю раздражения, они тут же щелкали рассерженную Мелани, и затем мы видели заголовки про какую-то совершенно несуществующую проблему. Однажды журнал NOW вышел со статьей, где говорилось о каком-то разрыве между мной и Мелани, потому что у них была фотография Мелани, на которой та шла впереди меня и мы обе выглядели несчастными. А причина, по которой мы не шли бок о бок, заключалась в том, что нас окружала толпа из двадцати фотографов.

Бывали времена, когда Мел серьезно расстраивалась из-за папарацци, но больше всего ее задевали сами истории, напечатанные в газетах. В то время я не очень-то обращала на это внимания, но те истории, та ложь были беспощадными, и кое-что из того, что они сообщали, было очень обидным. Вот представьте себе: вы выходите из дома в новом наряде, чувствуете себя неотразимой, а на следующей неделе журнал публикует вашу фотографию, намекая на то, что вы набрали вес или вы беременны. Как я и сказала, это было жестко. Мелани начала постоянно носить на улице большие темные очки. Днем и ночью. Мне кажется, она думала, будто могла за ними спрятать часть себя. Оглядываясь на те времена, мне хотелось бы, чтобы я была… не знаю. Я всегда была готова прийти Мел на помощь, находиться рядом с ней, но, наверное, я никогда серьезно не интересовалась тем, как она себя чувствовала, пока пресса разрывала ее на кусочки каждую неделю. А сейчас я думаю, что надо было бы.

Билл Каттинг, бывший фотограф-папарацци

Меня зовут Билл Каттинг. На протяжении почти двух десятилетий я был фотографом на фрилансе. Моя работа заключалась в том, чтобы стоять у клуба, или ресторана, или дома знаменитостей и ждать, когда они выйдут. Я делал тысячи фотографий и при любой возможности продавал одну или две журналам. Нас, надо сказать, серьезно ненавидели, и я могу это понять. Но народ-то по-прежнему хотел видеть фото, которые мы делали, не так ли? Многие знаменитости пользуются нами примерно так же, как мы пользуемся ими. Есть некоторая выгода в том, что твои фотографии сверкают на обложках.

Жестокая была профессия. Да и сейчас остается таковой. Только она стала гораздо тяжелее, потому что кроме нас есть еще какой-нибудь мистер Джо Хьюмен со своим айфоном, который публикует ровно тот же самый кадр в соцсетях бесплатно, да у него есть еще и видео, а это обесценивает нашу работу. Я не жду сочувствия, просто объясняю положение вещей.

Нелл

Боже мой, клянусь, стоило Мелани постоять в метре от какого-нибудь парня, пресса вопила во всю глотку, что они встречаются. Это превратило ее в мишень. Все эти глупые парнишки, желающие стать следующим Событием, видели в Мел свой билет к славе.

Билл Каттинг, бывший фотограф-папарацци

Чтобы заработать на жизнь, требовалось терпение. Тебе надо быть в нужное время в нужном месте, и ты должен знать, что именно будет продаваться. И все это было бы не в пример проще, будь у тебя связи как в газетах, так и во внутреннем круге знаменитостей: какое-нибудь близкое лицо, которое держало бы тебя в курсе их перемещений.

Официально мне говорили, что фотографии Мелани Лэнг были ходовым товаром. Неофициально – что фотографии, где Мелани Лэнг выпивает, плохо выглядит, выглядит злой, расстроенной или с парнем – ну вот это вот все, – будут стоить гораздо больше. Так что с конца 2005 года я достаточно неплохо «познакомился» с Мелани Лэнг и Нелл Стивенс. Я знал, где и во сколько они будут, и заработал неплохие деньги.

Представьте себе: я на улице, голодный, холодный, ужасно хочу отлить, но я прекрасно знаю, что не могу покинуть свое место. Я мог четыре, пять часов находиться в одном месте, просто ожидая, что на двадцать секунд Мелани появится в моем объективе. За это время я делал десятки снимков, а затем мне нужно было выбрать один снимок, который принесет больше всего денег. Будет ли это тот, где Мелани улыбается, или тот, где она на долю секунды прекратила улыбаться, моргает, из-за чего выглядит как будто пьяная? Тут и думать не надо.

Конечно, настоящие деньги пошли тогда, когда Мелани обзавелась нормальными отношениями. Публика требовала больше и больше таких фото.

Вик Уотсон, редактор таблоида

Как только Джонни Уэлборн-Джонс прочно закрепился в жизни Мелани, дела ее пошли только хуже.

Джонни Уэлборн-Джонс, владелец микропивоварни «Джонни Джонс»

Я познакомился с Мел и Нелл в 2006 году в VIP-зоне ночного клуба. Не спрашивайте меня, в каком именно, потому что я не помню. Мы все были пьяны. В то время я жил в Камдене[4], и мы поехали ко мне в компании тучи людей, чтобы продолжать веселиться. В какой-то момент ранним утром Мел и я протрезвели и разговорились. Мы быстро поняли, что у нас много общего, в частности – плохие отношения с нашими отцами.

Нелл

Джонни отвратительно относился к Мел и к любому, кто переходил ему дорогу.

Джонни Уэлборн-Джонс, владелец микропивоварни «Джонни Джонс»

Нелл ревновала пи… прошу прощения. Она завидовала мне и Мел, завидовала тому, что мы проводили время вместе.

Короче, мои отношения с Мел длились где-то шесть месяцев, плюс-минус. Мне был двадцать один год, а Мел восемнадцать. У меня был трудный период. Я носил длинные волосы, мешковатые джинсы, черную одежду. Я был достаточно худым, курил эти отвратительные самокрутки, на скрутку которых уходила вечность, потому что у меня были кривые руки, но я думал, что так буду выглядеть стильно. Когда я смотрю на свои фотографии тех времен, мне становится стыдно.

Я пытался достичь успеха как певец, выступал в захолустных барах бесплатно, там даже не наливали в подарок. Мне кажется, моя встреча с Мел и наше время вместе немного открыли мне глаза. У Мел была такая особенность: несмотря на всю ту ерунду, которая творилась вокруг, голова у нее крепко сидела на плечах и бо`льшую часть времени Мел была очень прагматичной.

По сути, до встречи с Мел я считал, что был божьим даром музыке, но потом, по-моему, мне передался ее взгляд на мир. У меня получилось немного приподняться над ситуацией и осознать, что, может, я был и неплох в плане таланта, но у меня никогда бы не получилось добиться успеха. Звучит как болезненное осознание, но оно также означало, что я мог повзрослеть и заниматься дальше своей жизнью.

Нелл

Я не ревновала, мне просто не нравился Джонни. Мне казалось, что от него ничего, кроме беды, ждать нельзя, и как выяснилось, я была права.

Джонни Уэлборн-Джонс, владелец микропивоварни «Джонни Джонс»

Наши отношения с Мелани были особенными для нас обоих. Мы оба жили этой странной двойной жизнью. Как будто каждый из нас был двумя людьми. На самом деле – тремя. Были Мел и Джонни в городе, улыбающиеся газетчикам, посещающие все эти клубы и открытия ресторанов, на которые приглашали Мел, и я, работающий на концертах. Затем мы просыпались на следующий день, доставали свои книги и проводили целый день за учебой. Я пытался получить диплом в бизнес-школе, который откладывал на протяжении нескольких лет, а Мел заканчивала свои выпускные экзамены. Она была такой смышленой. По-моему, она написала за меня половину диссертации. Наверное, мне не стоит этого говорить, правда? Да к черту, неважно. Я работаю на себя! И затем были времена, когда мы не занимались учебой, выключали телефоны и валялись на диване с огромным пакетом чипсов, смотря фильмы с Брюсом Уиллисом. Она обожала Брюса Уиллиса. Мне кажется, это было мое любимое время. Мы засиживались допоздна и разговаривали, разговаривали, разговаривали. У нее была идея создать линейку уходовой косметики для кожи: никакой химии, все экологично. По мне, это звучало как недостижимая мечта, но даже тогда Мел была полна энтузиазма.