Любовь на коротком поводке - Риттер Эрика - Страница 81

Кроме… На этот раз… Неужели это возможно? Может сон на этот раз иметь другой конец? Или, что еще удивительнее, вообще не кончаться?

Потому что на этот раз, когда я просыпаюсь, кто-то нажимает кнопку дверного звонка. Кто-то звонит и звонит, хотя я уже давно проснулся.

Разумеется, если бы я отнеслась всерьез к подобной операции, я бы взяла с собой накладные усы и маскарадный костюм для Мерфи, пистолет для себя и пачку латиноамериканских денег на случай, если я вдруг взгляну на карту и обнаружу, что сделала неверный поворот и теперь приближаюсь к мексиканской границе.

Но никакие мои меры предосторожности, конечно, не помешают Джерри по возвращении домой сразу же обнаружить, что Мерфи исчез. Он быстро придет в себя и тут же позвонит Мелу. Скорее всего, он именно это и делает в данную минуту. И я легко могу себе представить разговор, который состоится, когда Мел приедет к Джерри и нальет ему порцию виски, чтобы успокоить его нервы.

— Согласен, — слышу я голос Мела, — что это-таки я виноват, что упросил ее взять этого клятого песа. Но то было тогда, когда ты хотел, чтобы она взяла песа, причем на время. А что вышло? Теперь она не может с ним расстаться. Но ей это с рук не сойдет! Можешь мне поверить, похищение собаки — точно уголовное преступление во всех штатах, не говоря уже о Гавайях, Аляске и Канаде. Прибавь сюда проникновение в жилище без разрешения с дурными намерениями и прочие бла-бла-бла. Так что взбодрись, Гласс, допивай свое виски, и пойдем заявлять в полицию. Если, разумеется, ты вполне уверен, что хочешь получить назад этого косматого урода и засадить женщину, которая его стащила, лет эдак на десять-двадцать.

В ответ Джерри только громко чихает в свое виски.

— Ты же знаешь, я не могу это пить, Арлен. Перебродивший овес для меня — яд! Пожалуйста, передай мне мой ингалятор.

Сейчас весьма разумно с моей стороны было бы попытаться дозвониться до Джерри первой. Чтобы избежать осложнений и заверить его, что Мерфи в полном порядке. Может быть, даже намекнуть, что я с удовольствием бы обсудила вопрос, с кем из нас Мерфи будет лучше.

Но пока я представляю себе, как съезжаю с шоссе, чтобы найти автомат, меня парализует мысль, что я опоздала, Мел уже у Джерри и готов схватить трубку уже на втором звонке.

— Центр по координированию похищения собак.

— Мел, ради всего святого! Это Дана! Джерри дома?

— Надо же, вот и пропащая нашлась. Что это, первое требование выкупа?

— Послушай, не мог бы ты просто позвать Джерри?

— Прости, Дана, ничего не выйдет. У Гласса как раз в разгаре аллергический приступ в результате твоего необдуманного поведения.

— Ты уверен, что это не от виски, которое ты ему поднес?

— Послушай, в качестве официального юридического представителя Гласса, а также его старого друга я предупреждаю тебя, что мы собираемся затеять уголовное дело по полной программе, затем обратиться в гражданский суд и вытрясти из тебя все касательно твоих телевизионных контрактов. Тем временем этот бедолага может засморкать себя до смерти.

— Не говоря уже о антигистаминах, которые он наверняка принял вместе с виски. Мел, я слышу, как он где-то за твоей спиной занимается самолечением. Ты в курсе, что я просила Джерри оставить мне Мерфи? Он тебе сказал, что даже думать об этом отказался? Несмотря на то, что я самый подходящий кандидат! Помнишь, как когда-то ты сам утверждал, что, как писатель с особым проникновением в собачью психологию…

— Нет, нет, Дана, не надо об этом. Поскольку ты профессионально обогатилась от общения с песом, может получиться славное дельце насчет нарушения творческих авторских прав. Включая несанкционированное использование для собственного обогащения песовых взглядов, мнений…

— Да будет тебе, Мел. Когда я тебе говорю, что Мерфи абсолютно ничем не напоминает ту чудо-собаку, о которой я пишу, то, поверь мне, «ничем» — это еще слабо сказано. — Но разве я сама так уж теперь в этом уверена? Разве я не полагаюсь на Мерфи — пусть не для вдохновения, но, по крайней мере, ради проникновения в самую суть? — К тому же, готова поспорить, что нет такой вещи, как творческие авторские права.

— Это ты скажешь судье.

— Обязательно, если вы меня поймаете.

— Можешь мне поверить, полиция уже идет по твоему следу, а если они обмишурятся, то у нас в запасе есть еще вариант.

— Какой вариант?

— А ты догадайся! Похоже, там вокруг тебя крутится один маленький детективчик. Специалист по похищению детей недовольными родителями. Когда я изложил ему все факты, он пришел к выводу, что это как раз его стезя. И самое смешное, узнав, что речь идет о тебе, парень даже добровольно отказался от гонорара, будет работать за одно удовольствие посмотреть, как тебя призовут к ответу…

Нет, это уж чересчур! Даже для меня. Представить, что Карл присоединится к моим преследователям — явный перебор. Хотя где-то глубоко в душе я, возможно, и хочу, чтобы Карл любил меня настолько сильно, чтобы последовать за мной на край земли. Что же касается Мела… Осуждающее лицо Мела, круглое и эластичное, как шарик, качалось передо мной в длинном белом луче фары, уходящем в темноту.

— Тащила бы свою задницу сюда, — зловеще советует он, а его освещенная физиономия танцует перед моими глазами. — Предупреждаю, когда мы встретимся в следующий раз, это уже будет не твоя дикая фантазия. Мы будем общаться через адвоката, которого назначит тебе суд.

В своем воображении я перерезаю веревочку от шарика, и он летит вверх, вверх и прочь, далеко за круг искусственного света, который нависает над дорогой подобно радиоактивному сиянию. Я пытаюсь уговорить себя, что мне не придется иметь дело ни с Мелом, ни с Джерри, ни с полицией…

Сейчас я сама за себя, и путешествие меня подстегивает. Ничего удивительного, что после стольких часов сидения за рулем я начинаю чувствовать, будто ускользаю назад во времени с такой же скоростью, с какой продвигаюсь вперед.

Наверное, только сейчас мне приходит в голову подумать, что я буду делать, если у меня не получится реализовать планы. Не говоря уже о том, чтобы прикинуть, что я буду делать, если у меня все получится, со спокойно сидящим на заднем сиденье «мазды» Мерфи и со всей нашей оставшейся жизнью, растянувшейся на много миль впереди.

Я пристраиваю костыли к плексигласовой стенке телефонной будки и, балансируя на одной, здоровой ноге, набираю номер Джерри и оплачиваю разговор с помощью кредитной карты.

Когда начинают звучать гудки, мне кажется, что сердце вот-вот выскочит из груди. Я даже подумываю, не повесить ли трубку, прежде чем он ответит. Уже поздно, и в кричащем свете автозаправочной станции я ощущаю себя забытой фигурой, воспетой в картине Эдуарда Хоппера. Совсем одна на шоссе, с прижатой к уху телефонной трубкой, напряженно старающаяся услышать что-то, кроме бесконечного шипящего свиста колес проносящихся мимо машин.

— Привет, вы позвонили в квартиру Джерри Гласса. Меня нет дома, но, пожалуйста, оставьте короткое послание после сигнала.

Шок от голоса Джерри быстро сменился огромным облегчением — это всего лишь автоответчик. Так мне легче будет выговориться — все равно, что каяться в грехах в темноте исповедальни.

— Джерри, это Дана. Когда ты будешь слушать это послание, ты уже будешь знать, почему я звоню и что я сделала. Наверное, ты считаешь, что я не имела на это права, но дело уже сделано и, поверь мне, Мерфи в полном порядке.

Я перевожу дыхание.

— Мы с ним… Пожалуй, я точно не знаю, где мы сейчас. Давай скажем так: я звоню тебе из неизвестного места. Чтобы попросить тебя не беспокоиться и не устраивать себе тяжелый приступ аллергии по этому поводу. Повторяю, Мерфи в полном порядке. Обещаю, что снова позвоню тебе. А пока…

А пока, однако, предупредительный сигнал автоответчика дает мне знать, что положенный мне отрезок пленки закончился. Я было тянусь перезвонить, чтобы купить себе еще — сколько там было — тридцать секунд записи? Но потом решаю, что даже при избытке пленки и времени я вряд ли смогу сказать что-то полезное, кроме того, что уже сказала.