Ирбис. Том 3: Пепел Часть 1 (СИ) - Мошков Андрей - Страница 39

— Не дави на жалость. Ты бы их приютил, — вновь вмешался в разговор маг.

— В бездну тебя, Ал!

— И тебя туда же. Объясняй дальше.

— Я связался со старым другом и попросил помочь.

— Со мной, — пояснил офицер Имперской разведки.

— В общем, Ал приостановил те приказы на время «дополнительного расследования», и приехал сюда, чтобы подтвердить непричастность моей племянницы. Она согласилась сотрудничать.

И опять говорившего перебил Алард: — Но по пути сюда меня подстрелил какой-то идиот, орущий как резанный, что я убийца и бандит. А я в тот момент как раз втирался в доверие той дамочке. Хотел к ним в поместье на работу устроиться… Дайн, подгадил ты мне и Сицилию. После твоих громких «рекомендаций», меня они теперь на порог не пустят. А вот тебя — вполне.

— Верно, — подтвердил Сицилий, — сейчас у дворян мода пошла: зверолюдов в слуги брать. Выдадим инцидент со стрельбой за недоразумение, а тебя… Скажем, на две недели приговорим к исправительным работам.

— Времени на расследование осталось пять дней, — добавил маг.

— Я устрою тебя в их поместье слугой. Кэтлин через три дня восемнадцать исполняется. Будет большой прием. Свободные руки точно нужны. Будешь нашим связным.

— Эм… А что именно от меня требуется? Сколько времени это займет? И… Вы меня потом отпустите? — решил уточнить Ирбис. Ответил ему Алард: — Наблюдать и передавать мне информацию. Пока только это. В зависимости от обстоятельств может потребоваться что-то ещё. В худшем случае это растянется на пять дней. Потом вали на все четыре стороны. Но учти, если сбежишь или сболтнешь лишнего, и розыскные листовки с твоей физиономией появятся в каждом городе Империи. Справишься и спасёшь жизнь женщине, а так же благополучие ее семьи. Кроме муженька. Ему только в петлю за измену. Все ясно?

— Угу… Я справлюсь, — уверенно кивнул зверолюд, принимая правила этой игры.

В путешествии Ирбиса возникла непредвиденная заминка, но зато были получены ответы на так давно терзавшие его вопросы.

(Вместо эпилога: Кошка Саша — Враг.)

Продолжение в История 17: Слуга.

История 17: Слуга (Часть 1)

История 17: Слуга (Часть 1)

(Вместо пролога: Канцлер Ги — Романс Ротгера Вальдеса.)

Погода, ещё утром бывшая хорошей, к полудню успела окончательно испортиться. Небо над Гадраном заволокли тяжёлые тучи, разродившиеся проливным дождем. Ненастье было не в силах остановить жизнь крупного города, на самой окраине которого по одной из улиц катилась карета. Не останавливаясь, кутавшийся в плащ возница миновал открытые кованые ворота, заехав на территорию одного из дворянских поместий, а через пару минут остановился у входа в двухэтажный особняк, сложенный из белого камня. Спрыгнув с козел, человек поспешил открыть дверцу, чтобы выпустить двух своих пассажиров.

Первым под дождь вышел крупный седеющий мужчина с опрятными усиками, носивший офицерскую форму городской стражи, украшенную несколькими наградами. Обнаружив, что оказался точно посреди лужи, он ругнулся на возницу и поспешил к крыльцу. Следом за ним из кареты выбрался юный рыжий зверолюд в оливкового цвета плаще и натянутом на голову капюшоном. Прижимая к груди снятые дорожный мешок и колчан с луком, мальчишка поспешил следом за своим попутчиком.

После короткого ожидания входная дверь приоткрылась, и на пороге возник высокий, худощавый, коротко стриженный блондин в черном фраке.

— Добрый день, господин Ауригус. Чем обязаны вашему визиту? — обратился он к командору городской стражи, на что тот ему ответил: — Позови Ингрид. Я насчёт вчерашнего разговора.

Не дожидаясь разрешения войти, Сицилий шагнул вперёд, бесцеремонно отталкивая дворецкого в сторону. Ирбису ничего не оставалось, кроме как последовать за ним.

— Господин Ауригус, кто этот молодой… Зверолюд… И как его представить хозяйке?

— Я Дайн.

— Иди уже, Коул. Не трать мое время! Я сам представлю его, — рявкнул Сицилий.

Дворецкий поспешил скрыться в недрах особняка, а у парнишки появилась возможность осмотреться. Но ничего особенного он не увидел. Просто богато меблированная просторная прихожая с парой лестниц по бокам. Два диванчика у входа, несколько картин на стенах, в углах вазы с декоративными маленькими деревцами, да хрустальная люстра с пятью светящимися камнями под потолком. Пожалуй, последнее все же вызвало интерес у юного путника. Нос улавливал тонкий аромат цветочных духов, но что являлось его источником, было непонятно.

Удовлетворить приступ любопытства ему не дал заговоривший попутчик: — Все уяснил, что от тебя требуется?

— Угу, — кивнул парень, сегодня слышавший этот вопрос уже не первый раз.

— Про встречу не забудь.

— Угу. В десять вечера…

— Хорошо. Смотри, без глупостей. Сейчас тебя устрою, а дальше уже сам.

— Угу…

— Дядя! Что привело… — с одной из лестниц раздался знакомый голос строгой женщины, одетой в белую рубашку, заправленную в серую длинную юбку. Ее темные волосы, ранее собранные в пучок, сейчас оказались распущены.

— А ОН что тут делает? — с напряжением в голосе удивлённо спросила она, заметив Ирбиса.

— Работника тебе привел, — ответил командор стражи, — Вальдис вчера весь вечер сокрушался, как вам свободных рук сейчас не хватает. Вот я и нашел решение.

— Но это ведь…

— Да, он. Я вчера за ужином внимательно слушал ваш рассказ… Может быть, пригласишь в дом? Тут уже ваши слуги уши греют, — предложил мужчина, посмотрев влево. Зверолюд проследил за его взглядом, но лишь на мгновение увидел подол платья, исчезнувшего в дверном проёме.

— Прошу за мной, — со вздохом произнесла Ингрид и, спустившись по лестнице, провела гостей в правое крыло поместья, заведя в небольшой кабинет, где вокруг круглого стола стояло три кресла.

Сицилий вошёл последним, плотно притворив за собою дверь, и тихо заговорил с присевшей на одно из свободных мест дамой: — Это Дайн. Он тут для нашего дела.

— Хочешь сказать… Это «тот самый» твой друг из столицы?.. — с недоверием в голосе поинтересовалась она.

— Конечно же, нет. Дайн будет нашим связным. Он уже проинструктирован. Бери его на работу слугой. Когда «гость» объявится, немедленно сообщи парню. Он знает, что нужно делать.

— Не могу я его нанят! Он прямо при мне в человека ни с того ни с сего стрелял!

— Простите… — тихо пискнул Ирбис.

— Тот вопрос уже улажен. Произошло недоразумение. Пострадавший даже обвинений не выдвинул. Разошлись миром. Мальчишке две недели исправительных работ дали. Будем считать, что вы воспользовались своими связями и забрали его себе. У вас ведь сейчас модным стало в слугах зверолюдей держать?

— Дядюшка… Не могу я его взять. Вдруг он ещё одно «не-до-ра-зу-ме-ние» устроит.

— Не устрою. Честно… — подал голос юноша.

— Я сам их парочку на правдосказе прогнал. Он не опасен. Все будет в порядке. Да и Кэтлин о нем лестно отзывалась.

— Ей просто кошки нравятся. Сам знаешь, — ворчливо заметила женщина, — ладно! Но платить ему не будем. Он ведь долг перед обществом отдает. Верно?

— Верно, — согласился мужчина.

— Угу, — поддакнул парнишка, едва удерживаясь от заявления о том, что он не кошка.

— Своему придурку сама все объяснишь?

— Само собой. Оружие этому… Дайну… Обязательно было оставлять?

— Нет законного повода для изъятия.

— Я не хочу, чтобы в моем доме слуги хранили оружие!

— Дайн, — обратился командор городской стражи к парню, все ещё прижимавшему к груди снятые лук с колчаном и дорожный мешок, — отдай мне лук. Верну, когда закончим.