Слова, которые мы не сказали - Спилман Лори Нелсон - Страница 38

Я сажусь в «форд» и набираю номер Майкла.

– Привет, – говорю я, удивившись, что он отвечает. – Доброе утро.

– Доброе. – По его тону не понятно, он устал или все еще продолжает злиться. Я решаю, что он просто устал.

– Я только прилетела. Погода прекрасная, солнечно и тепло. – Пристегиваю ремень и смотрю на себя в зеркало. – Что у тебя сегодня на повестке дня?

– Бесконечные встречи.

– Опять предвыборные?

Майкл не объявил официально, что собирается баллотироваться в сенат, но все же тратит много времени на встречи с политиками, спонсорами и людьми, которые разрабатывают стратегию предвыборной кампании.

– Нет, – отвечает он таким тоном, будто мой вопрос абсурден. – Не забывай, на моем попечении целый город, у меня есть обязательства перед избирателями.

– Конечно, – говорю я, старательно не обращая внимания на его напряженный тон. – Что-то важное?

– Вечером я ужинаю с Маком Дефорио и новым инспектором.

Шефом полиции и той женщиной с безупречной осанкой, которую я видела на вечере по сбору средств.

– Дженнифер Лоусон, – говорю я, сама удивившись, что помню ее имя. – Что ж, надеюсь, встреча будет продуктивной.

Мы оба замолкаем, и я не знаю, что сказать, чтобы прервать затянувшуюся паузу. Майкл не спрашивает, какие у меня планы, потому что отлично знает, что я собираюсь делать. И от этого он в ярости.

Когда я рассказала ему о поездке в Мичиган и объяснила, что признание в прямом эфире произошло случайно, он мне не поверил. И сейчас, судя по его сдержанному тону, не вполне верит.

– Майкл, я понимаю, ты зол на меня, но клянусь, на этот раз я все сделаю правильно. Никто ни о чем не узнает.

– Ты хочешь сказать, никто не узнает, что мэр Нового Орлеана встречается с женщиной, которая скрывала, что пережила сексуальное насилие? – Я слышу, как он вздыхает, и представляю, что при этом качает головой. – Господи, Анна, о чем ты только думаешь? Ты лицо публичное, и я тоже. Люди подобное нам не прощают. Неужели ты не понимаешь, что рискуешь потерять доверие и работодателей, и публики?

Несмотря на теплую погоду, мне становится холодно. Они не будут доверять ему, вот что на самом деле хочет сказать Майкл. И меня больше всего огорчает то, что для него это важнее. Не мои отношения с мамой, не то, что я наконец смогу обрести душевный покой и примириться со своим прошлым, а его амбиции и политическая карьера.

– Я говорю тебе, никто не узнает. – И внезапно, прежде чем успеваю себя сдержать, добавляю: – Это не хуже, чем пытаться скрыть какую-то ложь.

На том конце провода повисает тишина. Кажется, я зашла слишком далеко.

– Мне пора бежать, – говорит Майкл. – Хорошего тебе дня.

И он отсоединяется, даже не попрощавшись.

Сердце начинает трепетать, когда я вижу в окно вывеску «Мерло де ля Митен». Господи, я веду себя как двенадцатилетняя девчонка.

Я как-то читала, что женщина никогда не должна отказывать себе в удовольствии кем-то увлечься. Даже пожилые и замужние женщины должны временами позволять себе легкий флирт. Автор статьи утверждала, что таким образом мы сможем всегда держать себя в тонусе и не забывать о том, как использовать маленькие женские хитрости в искусстве соблазнения. Кроме того, это непременно улучшит отношения с постоянным партнером, утверждала она.

Будь я мастером манипуляции, непременно решила бы, что ради нас с Майклом и наших отношений просто обязана заехать сегодня на винодельню.

Но я не мастер манипуляции и не желаю им быть. Я рассказала Дороти об Эр-Джее и нашей переписке, и эта семидесятишестилетняя копия Бьонсе ответила: «Раз тебе это нравится, действуй уверенно».

– У тебя нет причин запрещать себе видеться с этим парнем. Ты не замужем, свободна и имеешь право общаться с кем пожелаешь.

Дело в том, что я как раз не считаю себя свободной женщиной, проблема лишь в том, что Майкл со мной не согласен.

Я распахиваю окно, впуская в салон свежий ветер Мичигана. Мне кажется или здесь как-то по-другому дышится? Сворачиваю налево и еду извилистой дорогой по указателям. Странно, но меня неожиданно охватывает непривычное волнение от ожидания встречи. Такого со мной не было многие годы. Интересно, как отреагирует на мое появление Эр-Джей? Получил ли он уже письмо, или мой визит станет для него сюрпризом? Сможет ли он меня узнать? Его взгляд сразу мне все объяснит, мне в первую же секунду станет ясно, какие чувства он ко мне испытывает. Я жму на педаль газа и прибавляю скорости.

Сегодня на стоянке не меньше дюжины автомобилей. Из сувенирного магазина выходит молодая пара, у обоих в руке по бумажному пакету с переплетающимися большими буквами «М».

Поправив прическу, вхожу в ресторан. У кассы за стойкой я вижу женщину средних лет, она занята подсчетами и не замечает меня. Отовсюду доносится смех и голоса посетителей, играет тихая музыка. Прохожу вперед и заглядываю в зал для дегустации. Человек пятнадцать окружили стол и весело болтают, потягивая вино. Я вздыхаю. Здесь его нет. Я иду дальше, прижимая к себе пакет с хлебными палочками и сверток с сапогами. Эр-Джея я замечаю раньше, чем он меня. Он стоит за стойкой бара и беседует с тремя молодыми женщинами, не забывая подливать им вино. Я замираю на месте. Мой приезд сюда ошибка. Огромная ошибка. Эр-Джей работает, я буду ему мешать и смущать. Зачем я притащила еще эти сапоги и хлеб!

Одна из женщин что-то говорит ему, и он весело смеется. Черт, да он просто болтун. Как я могла подумать, что он действительно относится ко мне по-особенному. Вчера сюда заглянула я, сегодня другая, и так каждый день. Не представляя, что делать, я стою в центре зала, размышляя, не пора ли тихонько сбежать, и в этот момент Эр-Джей замечает меня.

Он смотрит прямо мне в глаза.

Дальше я вижу все происходящее словно в тумане. Слышу свое имя, вижу, как он ставит бутылку, едва не опрокинув бокал. Женщины поворачиваются и смотрят с любопытством. Эр-Джей спешит ко мне, ни на секунду не теряя из вида. Даже когда он качает головой, я не вижу на лице укоризны. Глаза его сияют, а щеки розовеют. Сама не понимаю как, я оказываюсь в его объятиях. Сапоги падают на пол, щекой я ощущаю мягкую ткань его рубашки и не понимаю, исходит ли этот запах свежести от нее или от Эр-Джея.

– Моя южанка, – шепчет он мне на ухо.

В горле встает ком. Меня никто в жизни не был так рад видеть.

«Мерло де ля Митен» – идеальное место для того, чтобы отвлечься от одолевающих меня горьких дум. Я гоню от себя мысли о предстоящей встрече с матерью и растворяюсь в беззаботной атмосфере заведения Эр-Джея. Люди сюда заходят самые разные, и байкеры, и студенты. Интересно, их привлекает вкусное вино или добродушие хозяина? Напыщенные особы здесь расслабляются и забывают о снобизме. Два часа пролетают незаметно. Я пью вино, болтаю с клиентами, смотрю, как они уходят и заходят новые. Эр-Джей восторгается моими хлебными палочками, угощает ими сидящих в баре. Многих посетителей Эр-Джей встречает, обращаясь по имени, новых спрашивает о том, откуда те приехали и зачем. Ему надо быть ведущим ток-шоу. Он обаятельный, похоже, не корыстный и не расчетливый, каждый вновь пришедший чувствует, что ему искренне здесь рады. Я наблюдаю, как он ловко вовлекает угрюмого на вид мужчину в разговор с двумя канадками. Магия заведения Эр-Джея работает, вот мистер Бука уже стреляет у соседа сигарету для одной из них и договаривается вместе поужинать.

Эр-Джей устраивает себе перерыв только в четыре тридцать, когда приезжают Зак и Иззи. Он машет им, затем просит одного из помощников – Дона – занять его место за стойкой.

Я с улыбкой смотрю, как эти трое обнимаются и радуются встрече. Как и в тот раз, дети усаживаются за дальний стол, а Эр-Джей уходит на кухню за едой.

Неужели такой человек действительно существует? Интересно, что его связывает с этими детьми и их матерью? Люди не бывают такими идеальными. Или я превратилась в законченного циника?