"Фантастика 2024-6". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Проскурин Вадим Геннадьевич - Страница 1202

Якадзуно растерянно пожал плечами.

— А что мне остается? — сказал он. — Пока верю.

— Тебе повезло, что я не сэшвуэ, — ответил Евсро. — Сэш-вуй воспринимают недоверие к их словам как личное оскорбление. Будь осторожнее с этим. Запомни, Якадзуно, мы, вызуэ, не обманываем. Если мы не хотим говорить правду, мы молчим или говорим о другом, но мы никогда не лжем напрямую. Для вас это странно, но мы устроены именно так. Ну так что? Ты мне поможешь?

— Смотря что от меня потребуется.

— Не мешать, не лезть на рожон, не выступать с непродуманными идеями, не помогать другим партиям. Я не могу заставить тебя помогать мне, но если ты мне поможешь, ты можешь быть уверен, что насилие по отношению к людям будет сведежгк минимуму. А если ты поможешь, например, Фесеза Левосех, можешь быть уверен, что планета утонет в крови.

— Фесеза Левосех? Разве он такой значительный человек, то есть, ящер?

— Он сесеюл есегсев, по-вашему, министр обороны.

— Тогда что он делал в езузере Вхужлоле?

— Ничего не делал, — сказал он. — Фесезл Левосе — очень распространенное имя, дрижэ ловов Увлахув — тезка сесесес есегсею.

— Допустим, я тебе помогу, — сказал Якадзуно. — Думаешь, от меня многое зависит?

— Очень многое. Ловиюв очень боятся людей, они благоговеют перед вами и боятся вас. Раньше все думали, что люди — единый народ, но теперь вы распались на два есу-хевуфугв и ты — посол того лсусов, что выступает на нашей стороне. Твое влияние будет очень велико, ты сможешь даже свергнуть швув, если захочешь. Только так делать не нужно, потому что иначе междоусобица начнется не только у вас, но и у нас.

— Хорошо, — сказал Якадзуно, — только ты должен пообещать две вещи. Первое — твои ящеры должны стать союзниками сопротивления. Вы будете сражаться плечом к плечу с нами везде, где это потребуется. Вы будете подчиняться приказам Ибрагима Бахтияра.

— Согласен, — кивнул Евсро. — Если Бахтияр не будет использовать нас как пушечное мясо.

— И второе. Твои ящеры не должны творить ненужное насилие над людьми.

— Что есть ненужное насилие?

— Террор, нападения на беззащитные фермы, массовые убийства.

— Братство творит ненужное насилие над ящерами. Я не Могу запретить отдать осусув вместо хахех.

— Чего?

— Хахех ив осусув — не слышал такую поговорку?

— Что-то вроде «око за око»?

— Вроде того. Я не буду призывать к ненужному насилию. Но я сам буду определять, какое насилие нужное, а какое ненужное. Если я буду сомневаться, я буду советоваться с тобой. Что скажешь?

— А если ты захочешь вырезать весь Олимп и не будешь испытывать никаких сомнений?

— Разве я так похож на дурака? Я же ясно сказал — я хочу, чтобы вы и мы могли жить рядом, в мире и дружбе. Я не хочу истреблять ваш народ. Разве мы сможем жить в мире и дружбе, если ящеры вырежут весь Олимп?

— Хорошо, я понял. Я согласен.

— Вот и замечательно. Машиной управлять умеешь?

— Нет.

— Жаль.

Евсро тяжело вздохнул. Он имел совсем небольшой опыт управления человеческими автомобилями. Они проехали всего пятьдесят километров, а он уже сильно устал.

Анатолий застегнул ремни, техник опустил колпак и мир сузился до размеров кабины. Затем Анатолий мысленно перекрестился и дал короткую мысленную команду. Мир расширился.

Анатолий перестал быть человеком. Его взгляд видел в трех диапазонах на сто километров вперед и на тридцать назад, он ощущал двигатели, рули и бомбы в своем брюхе, он чувствовал все свое новое тело, которое было наполнено энергией до самых краев и рвалось в бой.

Служба метеоконтроля выдала карту облачного слоя, и Анатолию не потребовались слова, чтобы понять, что взлет безопасен. Простое движение, столь же естественное, как распрямить ноги, и ракетные ускорители бросили атмосферный истребитель класса «Чайка» вперед по взлетной полосе.

Анатолий изогнул крылья, подъемная сила оторвала его от земли, от рева закладывало уши у тех, что стояли у края полосы и смотрели, как он взлетает. Несчастные люди, им не дано понять, что такое летать по-настоящему, не на вертолете или гравилете или даже ранце Бэтмена, а лететь самому, управлять каждой частичкой своего металлического тела, чувствовать набегающий ветер датчиками, встроенными в обшивку, и ощущать, как тело быстро и четко откликается на любое желание. Чтобы прочувствовать все это, надо стать либо птицей, либо пилотом.

Трансформация класса Е предусматривает возможность прямого подключения к мозгу внешних компьютеров. Анатолий прекрасно понимал, что в воздушной схватке с опытным асом у него нет никаких шансов, но он полагал, что у наркомафии опытных асов, скорее всего, нет. Вряд ли у них вообще есть боевая авиация. А в таких условиях очень удобно загрузить в мозговой процессор специальную коммуникационную программу, напрямую подключиться к бортовому компьютеру самолета, потратить два часа на отработку рефлексов и все — можно выполнять несложную боевую задачу.

Ускорители отработали и отвалились. Анатолий включил гравитационную тягу и ворвался в облака по оптимальной траектории, исключающей излишнюю трату энергии. Он непрерывно отслеживал состояние облачного слоя, небольшая часть сознания следила за тем, чтобы под брюхом не возникла водяная линза, другая часть сознания ловила сигналы от навигационных спутников и прокладывала маршрут к цели, а самая основная часть, та, что составляет саму суть личности Анатолия, просто упивалась ощущением полета.

Это было прекрасно. Никакая виртуальная игра не может передать всей прелести того ощущения, что ты летишь, как самая настоящая птица, как орел в облаках, и ты не просто летишь, ты наполнен силой до краев, ты ждешь, когда настанет момент и ты выбросишь свою силу на тех, кто дерзнул выступить против тебя, кто осмелился встать на твоем пути. Они хотели войны и они будут уничтожены.

Такой вот сумбур 'творился в голове Анатолия до тех пор, пока он не приблизился к цели на расстояние прямой видимости. А потом бортовой компьютер самолета предложил мозговому процессору Анатолия заблокировать ненужные эмоции, и Анатолий согласился. В бою надо быть спокойным и собранным, даже если бой больше похож на бойню.

Зенитный радар Карасу обнаружил Анатолия и передал стандартный запрос опознавания «свой-чужой». Анатолий откликнулся как свой (еще вчера он скачал соответствующий код из локальной сети базы) и продолжил полет, не меняя ни курса, ни высоты, ни скорости. Трасса полета была проложена так, что солдаты наркомафии должны подумать, что Анатолий летит бомбить небольшой город ящеров, не затронутый вчерашней бомбардировкой. Серьезной ПВО в Карасу нет, Анатолий это прекрасно помнил, но лучше пусть они начнут стрелять только после того, как бомба отделится от самолета.

Сейчас в брюхе Анатолия не было высокоточного оружия. Да и нормального оружия тоже не было, две пятисоткилограммовые электрические бомбы были собраны накануне из подручных материалов, фактически это были большие кассеты, набитые обычными бытовыми аккумуляторами. Энергия взрыва будет на порядок меньше, чем могла быть, но и того, что есть, подземной крепости Карасу будет достаточно.

Анатолий сильно удивился, когда узнал, какую бомбу ему предстоит сбрасывать на цель. Он спросил, почему в его машину загрузили такую рухлядь, что, на складах братства не осталось нормального оружия? Ему объяснили, что нормальное оружие на складах братства есть, но немного, и потому его надо беречь.

Анатолий внимательно вгляделся в местность, проплывающую под крыльями. Через считанные секунды его сканеры углядели в зеленом море джунглей два небольших участка, где хаотичное переплетение ветвей и листьев приобретало ненормальную ритмичность. Первый участок был опознан как автостоянка, второй — как вертолетная площадка. Далее Анатолий скопировал из памяти мозга в память самолета план подземной крепости и провел привязку к местности.

А вот и та ничем не примечательная точка, на которую нужно сбросить бомбу. Три… два… один… поехали! Створки бомболюка распахнулись, бомба отделилась от самолета, Анатолий выждал полторы секунды, пока она покинет зону рассеивания гравитационного поля, а затем сложил крылья и врубил полную тягу.