"Фантастика 2024-5". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Ляпина Юлия Николаевна - Страница 1631

– Что с ними? – пугаюсь я и ощупываю лицо, но это не помогает мне понять проблему.

– Твои глаза… одинаковые. Карие, тёплые, как у отца.

Как у отца…

Это сравнение заставляет меня улыбнуться, но радость сходит на нет при воспоминании, что он мёртв.

– Я не могу поверить… все эти годы я думал, что ты просто бесчувственный! – вырывается у Шиуна, его замешательство выглядит таким комичным, что у присутствующих вырываются смешки.

– Он такой и есть! – с наглой улыбкой поддерживает Анис, но она сменяется болезненной гримасой, как только Рушан кладёт руку соратнику на плечо у самой шеи и сдавливает мышцы пальцами.

– Помолчи, пока старшие разговаривают, – с холодным спокойствием парирует Рушан, не забывая напомнить, что среди Назари он старший.

– Попросите старшего брата научить вас быть милее, ваше высочество, – ласково предлагает Самия, уголки её губ постоянно дёргаются, ей с трудом удаётся сдерживать улыбку.

– Хватит меня так называть, – недовольно бубнит Рушан.

– Простите, ваше высочество, мы не расслышали, вы не могли бы повторить? – с несвойственной учтивостью просит Анис, но, не дождавшись ответа, начинает смеяться.

Шиун несдержанно фыркает, а потом смеётся вместе с Назари. Суа подпрыгивает от неожиданности и с изумлением глядит на повеселевшего брата. А следом эстафету принимают все остальные, даже Эол хмыкает.

Я едва выдавливаю улыбку, замечая надежду во взгляде Рушана. Я хочу сделать шаг к нему и просто забыть о произошедшем, но тело не двигается, я будто приросла к земле. Момент ускользает, когда брат предлагает завершить эту неприятную встречу и разойтись.

Дарен, как страж, крутится вокруг меня, пока Даян разбирается с Квинтилиями насчёт павших солдат. Они также решают собраться все вместе через две недели в Астаре и обсудить, как теперь нам выстроить мир на Континенте. Эол обещает отправить письмо Алисии с приглашением. Астара снова станет отправным пунктом, началом пути, откуда начнётся новая история потомков Первых, без секретов и недопонимания.

Напоследок я сама подхожу к Эолу и Демьяну. Лишь мимолётно бросаю взгляд на тело Клетуса, которое накрыли золотым и красным плащами.

– Я помогу тебе, – говорю я Демьяну. – Ради мира, ради вашего обещания впредь не нападать на нас, ради… твоей любви к брату. Я помогу тебе.

– Чем ты поможешь? – встревает Эол, но мы игнорируем его вопрос.

– Спасибо, Ойро, – с неподдельной искренностью благодарит Демьян. – Я этого не забуду.

– И расскажи брату всё сегодня же. Ты видел, что могут сотворить недомолвки. Что они сделали с нашими семьями.

– Я расскажу.

Больше мне нечего им сказать, поэтому я разворачиваюсь и вновь ухожу.

– Ойро, – зовёт Эол, но я не оборачиваюсь.

Он повторяет попытку ещё несколько раз, его голос становится всё более раздражённым, потому что я не реагирую.

– Как же твоё обещание стать друзьями или я давал его в одиночку?! – рассерженно бросает он мне в спину, а его внезапная откровенность заставляет меня притормозить. Его слова напоминают о том, что я пытаюсь всеми силами забыть.

Я не должна была рассказывать Эолу про значение Ночи как высшего проявления нашей силы. Вовсе не должна была показывать своего пса и обещать что-либо. Не помню, зачем я вообще заговорила о дружбе. И тем более не хочу помнить, что в детстве так легко ему доверилась. Родители всегда мне напоминали, что после восемнадцати лет я смогу выйти из дворца, стану открыта людям и смогу дружить с кем захочу. Но теперь я зла на себя, что из всех возможных потомков, встреченных в тот день в Астаре, именно Эола мне захотелось видеть своим другом.

Усилием воли я заставляю себя смотреть вперёд, насильно напоминаю себе о потерях, что нам пришлось пережить из-за Квинтилиев. Поэтому не оборачиваюсь, оставляю его вопрос без ответа и снова начинаю шагать, уходя от Эола подальше.

Я даю кровь раненым илосийцам и теялийцам, которые либо уже потратили свой запас, либо потеряли. Таких оказалось около сорока человек, и каждый из них кланяется, с благодарностью принимая мою помощь. Благо тяжело раненных меньше половины и крови требуется не так много, чтобы стабилизировать их состояние. Я совсем выбиваюсь из сил, но это дело помогает мне избегать Рушана и мыслей о нём. Даян, замечая моё настроение, приказывает Анису перенести Рушана и Айлу в подготовленный лагерь на территории Исара. Те вначале упираются, но Даян пресекает любые споры и немилосердно напоминает, что в их состоянии они больше мешаются под ногами.

Землю накрывает настоящая темнота ночи, а на небе зажигаются звёзды. Температура опускается ниже, мы все трясёмся от холода, но я продолжаю бродить по полю, где с трудом нахожу свои парные мечи. Однако тяжелее всего отыскать чёрный кинжал отца, которым так дорожат Анис и Рушан. Пришлось перевернуть не одно тело, пачкая руки в чужой крови, чтобы найти место, где я его обронила, когда Клетус отбросил меня с помощью света.

Перед самым отбытием я отвожу Самию в сторону, которая убеждает простить всех «трёх идиотов». Скорее всего, она подразумевает Айлу, Даяна и Рушана, но я пропускаю это мимо ушей и прошу её об услуге.

Часть ранее отосланных каиданцев возвращаются с лошадьми и повозками, оставленными неподалёку. Мы помогаем им разбить временный лагерь и собирать тела павших. Демьян предлагает нам вернуться завтра на рассвете и продолжить, понимая, что при свете костров это дело почти бесполезное. Не имея уже никаких сил, мы соглашаемся. Даян и Шиун приказывают выжившим солдатам выстроиться в ровный строй. Их количество уменьшилось вдвое. Самия, Шиун, Суа и Дарен занимают свои места, выстраиваясь передо мной и Даяном.

– Мне бы не помешала твоя поддержка, сестрёнка, – Даян мягко улыбается, обхватывая мою ладонь.

Дарен бросает на меня обеспокоенный взгляд, но сдерживается от любых комментариев. Мы только что разобрались с Квинтилиями и потеряли множество людей, я не хочу добавлять брату волнений. По крайней мере не сейчас, пока я ещё сама не разобралась.

Даже с близкими кострами вокруг достаточно сумрачно, но для переноса Даяну нужен более насыщенный мрак. Напрягаюсь, пытаясь притянуть знакомые тени, но вначале ничего не происходит. Если раньше они отзывались мгновенно, то теперь не хотят ко мне идти, упираются, обиженные или страшащиеся контроля во мне. Стекаются медленно. К счастью, брат не замечает, как самая густая тьма намеренно огибает меня, не желая приближаться. Даян хмурится, наблюдая за моими сложностями, опускает взгляд к нашим рукам, как только моя ладонь становится влажной, но, к моему облегчению, ничего не говорит. Он помогает, сам берёт всё то, что я с усилием направляю к нему, сжимает мою ладонь, пока его пальцы чернеют, а затем линия за линией переносит всех нас на границу Каидана и Исара, где остался разбитый нами лагерь и кони.

Мы остаёмся там на всю ночь, измотанные и раненые, чтобы немного прийти в себя. Решаем, что утром Анис вместе с Дареном разберутся с подготовкой тел и поведут людей обратно пешим ходом. Несмотря на потери, перенос такого количества людей через полстраны вместе с животными – это слишком даже для Даяна. А сейчас и наш король измотан, ему нужны несколько дней отдыха для восстановления сил. Мне едва удаётся снять с себя всю защиту и умыть лицо ледяной водой в своей небольшой палатке, прежде чем завернуться в утеплённый меховой спальник и забыться сном без сновидений.

На следующее утро, прямо на рассвете, мы собираемся вместе: я, Айла, Рушан, Шиун, Суа, Самия и Даян. В таком составе брат перенесёт нас вначале до Астары, где мы оставим теялийцев, а затем отправится с нами в Паргаду.

Мы берёмся за руки, и брат совершает прыжки несколько раз, пересекая Континент. С каждым перемещением воздух вокруг становится более мягким и тёплым, а оказавшись на территории дворцового комплекса в Теяле, я отчётливее ощущаю приближающийся конец зимы.

– Через две недели мы снова с вами увидимся. – Даян пожимает руку Шиуну, мы все прощаемся с принцем и его сестрой.