"Фантастика 2024-5". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Ляпина Юлия Николаевна - Страница 1534

От него и вправду не исходит угрозы, он не прижимает к себе слишком сильно, чтобы создать дискомфорт, наоборот, учтиво держит дистанцию. Хотя по спине у меня пробегает дрожь от понимания, что он лёгким движением при желании может сломать мне руку.

«Ну, если что, я оттопчу ему ноги», – отрешённо думаю я.

– Интересная у тебя сила, Ойро. А что ещё ты можешь? – начинает дежурный разговор Клетус.

– Ничего.

Я помню правило Илоса. Чем меньше другие потомки знают – тем лучше.

– У твоей мамы так же чернели руки. – Квинтилий ведёт уверенно, я даже не могу сбиться, легко подстраиваюсь под его шаг. Хотя с его ростом он вряд ли заметит, если я споткнусь. Мужчина просто будет продолжать таскать меня с лёгкостью, как пушинку.

– Откуда вам знать? – скептически спрашиваю я.

– Мы были близки с Сарир. Ближе, чем может показаться.

Я удивлена и немного зла, его слова полностью идут вразрез с его действиями.

– Тогда почему вы с ней так поступили? – стараюсь говорить спокойно, но выходит почти шипение.

Клетус внимательно рассматривает моё лицо, голубизна его глаз напоминает о холоде, поэтому мне становится неуютно. На повороте он чуть сильнее сжимает мою ладонь, но боли не причиняет.

– Я ничего не делал. Все решения приняла она сама.

– Наверное, и стрелы она сама в себя выпустила, когда отказалась отдавать Дар, – я срываюсь, но по-прежнему говорю тихо, чтобы окружающие не слышали наш разговор.

Даян, может, и представил меня всем, но раскрывать произошедшее не стал, ни Эгеланнам, ни семье Юн. Клетус молчит, он заставляет меня покружиться и вновь притягивает ближе. Я чувствую абсурд всего момента. Нужно прекратить этот танец.

– Моя жена умерла после того, как Сарир отказалась её вылечить.

Я шокированно открываю и закрываю рот, не ожидая такой резкой смены темы. Всё, что он говорит, никак не вяжется с нашей семьёй. Мы не отказываем в исцелении. Моя прабабушка была готова оставить Илос ради того, чтобы помочь Мальте, а теперь Клетус утверждает, что моя собственная мама бросила на погибель мать Эола и Демьяна. Какая чушь!

– Я всегда знал про Дар исцеления и кровь. Она регулярно приезжала, чтобы помочь Виоле.

Виола Квинтилий. Непроизвольно бросаю взгляд в толпу, чтобы увидеть Эола. Он закинул руку на плечо своему старшему брату, принц тепло улыбается принцессе Суа, они что-то увлечённо обсуждают. Кажется, Демьян шутит, все трое смеются.

Элиот был прав, говоря, что в нас не осталось единой крови, помимо Дара, ведь прошло больше тысячи лет. Внешне мы абсолютно разные, а все эти обращения «брат» и «сестра» просто дань традициям и прошлому. Однако со стороны их отношения кажутся мне удивительно близкими. У меня неприятно тянет в груди от мысли, что Эол может любить своего брата ничуть не меньше, чем я люблю своего.

– Виола… – во второй раз Клетус с трудом выдавливает это имя, и я возвращаю своё внимание к партнёру, – её болезнь постоянно возвращалась. Даже Сарир не могла вылечить её до конца. Она приезжала раз в два года, но перестала после вашего рождения. Я посылал за ней, но она не откликнулась, говоря, что ничего не может больше сделать. Хотя это было ложью.

Голос Клетуса меняется от печального к раздражённому. На одних словах он едва не ломается от сожаления, а на других сильно понижается. Я слежу за этими переменами, в моей голове скачут мысли, но ни одно из доступных мне воспоминаний не говорит о том, что мама могла поступить так, тем более если помогала вначале.

– Так что, как я и сказал, все решения принимала только Сарир.

Он резко останавливается. Я и не заметила, что музыканты закончили играть мелодию. Клетус отпускает меня, отступает на шаг и слегка кланяется, благодаря за танец. Я отвечаю ему тем же, но в голове звенит пустота после его слов. Со мной рядом сразу появляется Даян, я с благодарностью обхватываю его предложенную руку, согнутую в локте.

– Он тебя не потревожил? – Брат серьёзен, когда отводит меня к одному из столов. Наливает мне немного гранатового вина, и я выпиваю всё залпом.

– Нет, просто… ненавязчивая беседа состоялась. – Я кривлюсь от терпкого привкуса и не вижу смысла расстраивать брата ложью, что пытался мне скормить Клетус.

– Может, тебе ещё налить? Если вдруг другой Квинтилий пригласит, то можешь прервать неприятное общение, вывалив на него всё съеденное, – напряжённо улыбается он, вырывая у меня смешок.

– Тогда, надеюсь, она воздержится от ещё одного бокала.

Я вздрагиваю, при повороте плечом натыкаясь на Эола. Он смотрит поверх моей головы, одними губами улыбается моему брату. Даян отвечает хищной ухмылкой.

– Будешь переживать, если я её приглашу?

– Буду, – кивает брат, – за тебя.

Вера Даяна возвращает мне силы, и я выкидываю разговор с Клетусом из головы. Я не должна реагировать на попытку меня запугать и сбить с толку. Решаю подумать об услышанном позже, а сегодня буду наслаждаться праздником. Нужно лишь пережить ещё один танец, и больше мне не придётся касаться кожи Квинтилиев.

– Очаровательная корона. Будет жаль, если ты её уронишь, – скучающим тоном продолжает их бессмысленную беседу Эол, протягивая мне руку.

– Прелестная у тебя голова. Будет жаль, если ты её потеряешь, – ласково отвечает Даян.

Двоякий ответ брата явно приводит Эола в замешательство. Даян комично вскидывает брови, передразнивая удивление собеседника. Глупо со стороны Эола ждать чего-то другого от потомка Илоса. Он сам напросился на сарказм, приправленный угрозой. Я хватаюсь за предложенную руку, решая вмешаться, пока светловолосый принц не додумался сказать больше.

Только один танец. Эол тянет меня к танцующим, музыканты начинают новую мелодию. Он прижимает меня к себе чуть теснее, чем это позволено этикетом, а свою правую руку намеренно опускает слишком близко к пояснице. Я знаю, что он делает это специально, потому что партнёр бросает взгляд в первую очередь не на меня, а на моих друзей. Лица Аниса и Рушана темнеют, но Даян улыбается всё той же злой улыбкой. Отчего удовольствие Эола меркнет.

– Зачем ты их злишь?

– Кого? – притворяется он.

– Мою семью.

Эол уверенно делает шаг вперёд, чтобы начать вести, но вскидывает удивлённый взгляд на меня, когда я специально сопротивляюсь его попыткам и встаю как вкопанная, игнорируя начало мелодии. Он пытается взять танец под контроль, но я сопротивляюсь. Мы начинаем движение по кругу со всеми, но каждый шаг я отдаю почти с боем и напряжением в руках.

– Ойро, прошу тебя, этот танец будет нашей пыткой ещё четыре минуты, если ты не позволишь мне. – Он устало выдыхает, а прядь светлых волос падает ему на глаза.

– Ты первый начал, – бросаю я, но ослабляю нажим, и движения идут плавнее.

– Мой отец что-то сказал тебе? – Теперь собеседник серьёзен.

– Ты отдашь мне Дарена?

– Нет.

– Тогда и я тебе ничего не скажу.

Секунды идут, а мы молчим. Пару раз я наступаю ему на ногу, но не извиняюсь. На третий же раз и вовсе делаю это специально, а Эол одаривает меня кривой усмешкой. Я вновь замечаю странное серебряное кольцо с синим камнем, которое было на принце ещё в первую нашу встречу в Цере. Понимаю, что ни разу не видела на Эоле других украшений, к тому же перстень массивный, что больше напоминает о тех кольцах, что любят носить у нас в Илосе.

– Откуда у тебя это кольцо?

Собеседник прослеживает за моим взглядом, направленным на его руку, в которой лежит моя ладонь.

– Это кольцо отец подарил моей маме, а после её смерти брат отдал его мне.

Эол задумчиво смотрит, как я продолжаю внимательно рассматривать старое серебро, местами оно потемнело.

– Не знаю, насколько это правда, но в нашей семье оно передаётся от одного потомка к другому. Говорят, что этот перстень сама Теяла подарила Каиду. Почему тебя это интересует?

– Просто оно слишком массивное и красивое, чтобы я поверила, что его сделали каиданцы, – специально излишне равнодушно бросаю я, вспоминая, с кем разговариваю.