"Фантастика 2024-5". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Ляпина Юлия Николаевна - Страница 1399

Хотя бы Ирай следует приказу и ждет у выхода, потому что мне никто не встречается. Из горла невольно вырывается всхлип, когда я выбегаю в первый увиденный нами зал с кристальными колоннами и чёрным зеркальным полом. Этот зал самый просторный, но он последний на моём пути. Надежда помогает мне немного успокоить сердцебиение и вдохнуть полную грудь воздуха.

Ещё немного.

Ещё только…

Я поскальзываюсь и больно падаю на бедро, уклоняясь от летящего сверху куска земли после новой дрожи подземелья. В этот раз у меня не получается прытко вскочить на ноги, но я упрямо поднимаюсь, цепляясь пальцами за ближайшую колонну.

– Смертная Мара, нравится тебе быть марионеткой своей богини?!

Я не вижу Сумерлу, но она где-то в зале. До туннеля мне осталось немного, он уже в поле зрения. Медленно продвигаюсь в нужную сторону, бедро невыносимо болит, и у меня с трудом получается переносить вес на левую ногу. Делаю вдох, готовясь к последнему этапу забега. На выдохе воздух выходит рывком, и я давлюсь им, когда Сумерла оказывается рядом и бьёт меня где-то подобранным посохом.

Я не замечаю своего падения, но кашляю от боли в боку. Сумерла вновь замахивается, а я стремительно откатываюсь, прежде чем конец металлического посоха успеет разбить мне голову. Зеркальный пол расходится трещинами в месте удара, а царица раздражённо откидывает оружие в сторону, решая добить меня собственными руками.

– Отдай мне Тень, пришедшую с тобой, смертная! – рявкает на меня Сумерла, но растерянно отступает и вскидывает на меня изумлённый взгляд, когда я со всей силы пинаю её в живот и, поднявшись на ноги, нападаю с кинжалом.

Лезвие отскакивает от её золотых одежд, и я чертыхаюсь, понимая, что надо было целиться в шею. Царица же глядит на меня так, будто никто ни разу не отбивался и не смел замахиваться на неё оружием. Я пользуюсь заминкой и бросаюсь в туннель. В самой дали, под тусклым светом озера, замечаю красный плащ Ясны, а мне навстречу уже на полпути бежит Ирай. Новая волна землетрясения бросает меня на стену, а затем рука Сумерлы заставляет меня замереть.

Теперь я не отбиваюсь и даже не дёргаюсь, потому что она крепко сжимает мои нити жизни в кулаке. Мне знакомо это чувство, и я не могу скрыть разочарования от проигрыша. Лучше бы она убила меня рядом с чёрным озером, но теперь, когда свобода так близка, на глаза наворачиваются злые слёзы. Ирай с бега переходит на настороженный шаг.

– Ты разбудила моего мужа, глупая Мара, – сладко тянет Сумерла. – Я расскажу ему обо всём, что ты сделала.

Я опускаю взгляд под ноги, видя, как мелкие камешки слабо подпрыгивают на вибрирующей земле, доказывая, что проснулся царь.

– Отпусти её, – говорит Ирай, замирая в пяти метрах перед нами.

Моё тело вялое, я даже не могу сказать косторезу, чтобы проваливал и защитил Ясну, как они с Валадом обещали.

– Отпущу, – неожиданно просто соглашается царица за моей спиной. – Если ты пойдёшь со мной.

Что за глупое предложение? Он же не будет таким идиотом…

– Я согласен.

Нет, всё-таки идиот.

Мне хочется плакать от разочарования. Сумерла же лжёт и не отпустит меня.

– Почему? – наигранно-слащавым голосом интересуется хозяйка.

– Потому что я сам выбрал её и обещал защищать.

Раздражение Сумерлы дрожью проходит по её рукам и передаётся в мои нити. Я слышу, как она скрипит зубами, взбешённая этим ответом.

– Морана и моего сына заставила так говорить! – шипит та. – Привела его через два года после нашего расставания, говоря, что он сам не хочет возвращаться к нам. И он сказал такую же гадость! Это всё гнусная тень Мораны, которую он носит как плащ! Он говорил, что она его защищает, но это Морана вложила ему в голову эту проклятую мысль! – вновь срывается на вопли Сумерла.

– Я пойду с тобой и сниму плащ, – спокойно говорит Ирай, он не слышал историю о царевиче этих земель, но умело выцепляет из её слов то, что раздражает Сумерлу.

Та моментально успокаивается, и её хватка на моих нитях ослабевает.

– Не смей, – хрипло выдавливаю я, но Морок делает вид, что не слышит.

Каждый мой удар сердца вторит дрожи от шагов приближающегося Озема. Против них двоих мы не сможем ничего сделать.

– Отлично, – ласково тянет царица и выпускает мои нити.

Ощутив внезапную свободу, я делаю неловкий шаг вперёд, едва не падая лицом в землю. Но Сумерла тут же хватает меня за плечо и дёргает назад. Другой рукой она обхватывает мою же руку с кинжалом и вгоняет лезвие мне в живот. Мой крик боли разносится по коридору, когда она сдвигает лезвие, ширя рану, и вытаскивает оружие. Сумерла замахивается, чтобы нанести последний удар, но роняет лезвие, и сама вопит от боли, после того как кинжал Морока входит ей в грудь, пробивая одежду, кости и мышцы. Сила удара заставляет её отшатнуться, а чёрная кровь струится по золотым одеждам, подтверждая догадку о ее сущности.

Я зажимаю собственную рану рукой, но перестаю чувствовать ноги и сползаю по стене. Боль волнами распространяется по телу, и я осознаю, насколько глупо было пытаться победить Озема и Сумерлу на их же территории.

25

Морок

Она притворяется Мораной.

Это легко понять по словам Сумерлы. Хозяйка этих земель прекрасна, как и всё золото вокруг, но под взглядом её чёрно-золотых глаз сердце начинает биться в страхе, как и должно у каждого смертного существа перед лицами богов. С трудом можно назвать Мар и Мороков обычными людьми, но кинжал в сердце убивает нас так же легко, как и любого крестьянина.

– Нет! – резко говорит Мара.

Веледара.

Теперь это имя эхом звенит у меня в голове с той секунды, когда Валад её узнал.

– Забирай смертную и уходи. Я пойду следом.

Я не сразу понимаю, что эти слова она адресует мне. Отсюда до выхода слишком далеко, даже если бежать, Сумерла успеет разорвать Велу на куски прежде, чем я вернусь обратно. Княжна Алия уже висит на моём плече, едва стоя на ногах, и я никак не смогу защитить их обеих.

Мои пальцы сильнее сжимаются на плече Велы, этот выбор приводит меня в отчаяние, быстро переходящее в ярость.

– Ты слышал, что я сказала? – с долей раздражения повторяет Мара, но в её зелёных глазах почти что просьба. – Отведи её к выходу.

Я подхватываю Алию на руки, понимая, что нет никакого выбора. Если разделимся, у нас есть хоть малейший шанс. Княжна пытается что-то спрашивать про Валада, пока я прижимаю её к себе и бегу так быстро, как только могу. В здешних чертогах я ощущаю странную тоску, будто подземная тьма мне даже чем-то знакома. Но в этом месте буквально всё странное, не принадлежащее человеческому миру.

Я преодолеваю несколько залов и нашу развилку, горы самоцветов и мёртвых тел. Тревога за Велу ознобом распространяется по всему телу, а руки в перчатках потеют. Я практически готов оставить княжну неподалёку и приказать ей проделать дальнейший путь на своих ногах, как та начинает рыдать от вида мертвецов и теряет сознание. Я проклинаю каждое принятое мной решение, которое привело Велу в эти пещеры, начиная с той секунды, когда я дразнил её плакальщицей и портнихой. Нужно было разойтись ещё в тот момент, не спрашивая её имени.

Первую слабую вибрацию я чувствую в зале с опаловыми колоннами. А сразу за ним приходит настоящая дрожь. Пол ходит ходуном, затрудняя бег. Невольно я замираю и оборачиваюсь. Сумерла раскусила притворство Велы.

Остаток пути я преодолеваю на пределе своих возможностей. Ясна и Валад наперебой спрашивают, что произошло, а я прямо на ходу перекидываю Алию в руки Валада.

– Княжна жива, просто без сознания. Вы оба убирайтесь наверх! – приказываю я, не имея лишней секунды на объяснения, но Ясна хватает меня за руку и резко дёргает назад.

– Где Вела? – в глазах Мары беспокойство и ярость. И я прекрасно её понимаю, потому что чувствую точно такую же смесь.

– Сумерла проснулась. Веле пришлось притвориться Мораной.