"Фантастика 2024-5". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Ляпина Юлия Николаевна - Страница 1365

Расслабляюсь, не слыша ничего, кроме своих шагов. Вероятно, часть девушек уже отловили, а может, играющие вернулись к кострам и выбирают тех, кто будет водить в следующем раунде. Пожимаю плечами, решая вернуться обратно. Огибаю несколько сросшихся берёз и едва не сталкиваюсь с Игорем. Тем самым парнем, что не ладит с Ираем. Мне удаётся вовремя затормозить и не врезаться в него. Юноша из тех, кто ловит, и стоит ему меня схватить, как я проиграю.

Тот, как и я, только через пару секунд справляется с удивлением, а потом пытается схватить меня обеими руками. Только на привычных рефлексах я резко присаживаюсь, избегая его объятия, и едва не падаю, вновь вставая из столь неудобной позы. Если мне нужно будет его вырубить, то я не сомневаюсь, что одолею Игоря, но это игра на касание, поэтому сейчас я в менее выигрышной позиции. Он слишком близко, и мне приходится стремительно пятиться, надеясь не оступиться на торчащем корне. На лице молодого человека ликование, он понимает, что одна моя ошибка – и победа за ним.

Не издаю и звука, уклоняясь то в одну сторону, то в другую. В голове лихорадочно крутятся мысли, силюсь вспомнить местность, которую я проходила буквально пару минут назад. Я устаю из-за постоянного напряжения всех мышц.

– Не смей! – резко рявкает Игорь, но слишком поздно.

Кто-то уже хватает меня за талию и отставляет в сторону, прежде чем сопернику удаётся коснуться моей руки. От внезапного испуга моё сердцебиение ускоряется, а дыхание становится прерывистым и загнанным.

– Опять ты всё испортил! – резко бросает Игорь косторезу и добавляет продолжительную ругань, которую Ирай слушает со снисходительной улыбкой.

Я пользуюсь тем, что Ирай отвлёкся на соперника. Делаю несколько шагов в сторону, огибая ствол, и пытаюсь как можно тише раствориться в темноте, удаляясь от света близко расположенного факела. Оборачиваюсь, чтобы проверить, преследует ли меня косторез, но делаю это не вовремя и со всего размаха влетаю в его грудь. Он успел не просто заметить, но и обойти дерево с другой стороны.

– Ты уже проиграла, Мара, – с удовольствием тянет он. – Это игра на касание.

– Ты специально надел всё тёмное? Заранее знал об игре? – я почему-то упрямлюсь, отступаю на пару шагов, не желая сдаваться так просто.

Светлые глаза костореза отражают скудный свет. Он вступает в игру и начинает преследовать, копируя мои движения. Двигается под стать мне, но это игра хищника и его жертвы, и как бы мне ни хотелось признавать, но жертва – я.

Я не боюсь Ирая, а глядя на его плавные, почти беззвучные шаги по невысокой траве, чувствую трепет предвкушения, разливающийся по телу вместе с остатками недавно выпитого хмеля.

Ирай расслабленно обходит то один, то второй ствол, не отрывая от меня немигающего взгляда, а потом резко бросается вперёд, сокращая расстояние. Я делаю обманный манёвр и тоже бросаюсь навстречу, ныряю ему под руку, оказываясь у соперника за спиной. Опережаю его всего на шаг, предугадывая движения. Это лишь горелки, мы должны играть, но вместо этого наши действия скорее напоминают опасный танец, и, к моему удивлению, это веселит нас обоих. Ирай с каждой своей ошибкой улыбается всё шире, я же несдержанно, впервые за много дней искренне смеюсь, огибая сросшиеся берёзы. У меня кружится голова от постоянных уклонений, и косторезу удаётся схватить моё запястье. Противник резко дёргает меня в сторону, и я оказываюсь прижатой спиной к ближайшему дереву.

Ирай встаёт напротив, но не прижимается ко мне. Стоит достаточно близко и упирается руками о ствол по обе стороны от моей головы, лишая возможности сбежать. Мы оба тяжело дышим, между частыми вдохами не могу улучить момент, чтобы попросить костореза отодвинуться. А когда облизываю пересохшие губы и вдыхаю достаточно для разговора, не издаю и звука, понимая, что не хочу, чтобы он отходил.

– Ты проиграла, Мара. Дважды, – сбитым голосом шепчет он.

– Признаю. Ты быстрый, – как можно ровнее отшучиваюсь я, догадываясь, что Ирай ждёт награды.

Не меньше, чем жду её я.

Эти мысли заставляют напрячься все мышцы живота и ног. Улыбка сползает с лица костореза. Игры закончились. Он наклоняется ближе, и я чувствую, как от него пьяняще пахнет костром, лесом и мёдом. Ирай даже не прикасается ко мне, но его взгляд слишком откровенный и неприличный для рощи, полной свидетелей.

Я пугаюсь сумасшедшего желания податься навстречу его мягким губам, поэтому резко присаживаюсь, выскальзывая из ловушки. Делаю один шаг в сторону, вновь выпрямляюсь и с притворной расслабленностью прислоняюсь к тому же стволу плечом. С победной улыбкой наблюдаю, как лицо Ирая мрачнеет, становясь недовольным.

– Пойманную жертву нужно держать, косторез. Ведь даже пушистые кролики умеют кусаться.

Я едва успеваю договорить фразу, как Ирай делает именно то, что я ему сказала. Хватает и возвращает на то же место, где я стояла. Удар спиной о ствол несильный, но выбивает весь воздух из лёгких своей неожиданностью. Я думала, что этот последний трюк лишит его интереса, решила, что он перестанет на меня так смотреть, заставляя моё сердце предательски биться, разгоняя кровь. Однако косторез упрямый и явно не любит проигрывать.

– Так нужно держать? – прижимаясь ко мне всем телом, шёпотом интересуется он мне на ухо.

Из горла вырывается какое-то невнятное бормотание напополам со вздохом, когда губы Ирая касаются моей щеки, его щетина колет. Поцелуй, по сути, ненавязчивый, но я невольно выгибаюсь в спине, подчиняясь рукам Ирая, спускающимся по моей груди на талию и бёдра.

Он оставляет ещё один лживо невинный поцелуй на моей скуле, но я чувствую тяжёлое дыхание костореза на шее, нервно бьющееся сердце и жадные руки. Даже сквозь юбку ощущаю его пальцы на бедре, как если бы он касался моей кожи. Не замечаю, в какой момент обнимаю его за шею. Одна его рука зарывается в мои распущенные волосы. Ирай сжимает пряди в кулаке, заставляя меня запрокинуть голову и взглянуть ему в глаза. Сама тянусь навстречу, принимая свои собственные желания и то, что этот косторез нравится мне до дрожи в коленях. Правы сёстры, нет смысла отказывать себе хоть в малой любви.

Его губы останавливаются в сантиметре от моих, когда мы слышим чей-то крик. Мы оба распахиваем глаза, понимая, что это не весёлый визг, а вопль ужаса. Вся кровь отливает от лица при звуках имени, которое с криками передают из уст в уста, распространяя новость. Оба так и замираем, слыша о Мороке.

Моё дыхание становится прерывистым и нервным, я отталкиваю Ирая, шарю взглядом по окружающим нас деревьям и факелам. Нахожу ближайшую поляну с костром. Бросаюсь в ту сторону, едва не сталкиваясь с деревенскими юношами. С трудом пробираюсь вперёд, слыша, что косторез не отстаёт. Но меня это не волнует. За неимением другого оружия я хватаю горящую палку из костра, твёрдо намереваясь сжечь слугу Тени, если он действительно здесь.

14

Мне четырнадцать, и конец лета выдался холодным. Серые тучи застилают небо уже неделю, словно осень стремится прийти как можно скорее. Несмотря на то что мне ещё далеко до окончания обучения, сёстры всё чаще берут меня с собой на задания. В этот раз мы ездили далеко. Почти до самого побережья на западе. В результате этого путешествия чувство триумфа смешалось со стыдом и некоторым отвращением – я впервые убила двух упырей.

Мой меч застрял в теле второго, и когда я дёрнула оружие на себя, то упырь вместо того, чтобы упасть в сторону, рухнул на меня. Я с трудом скинула с себя тело, и меня стошнило при сёстрах из-за ощущения чужой гниющей плоти и запаха тухлой крови. Их ни капли не смутила такая реакция, но я всё равно не знаю, что чувствовать после произошедшего.

Сёстры продолжают убеждать, что такое бывает со многими, и, скорее всего, подобное произойдёт вновь. Ясна же аккуратно подшучивает надо мной, пытаясь разрядить обстановку. И ей удаётся: пару раз я невольно улыбаюсь со всеми.