"Фантастика 2024-1" Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Булаев Вадим - Страница 1182

— Да, знаешь — у нас тут как-то очень неожиданно конфликт возник. С нехорошими пацанами из чужого двора. За любимую куклу. Отобрать хотели, представляешь? Такие хулиганы!

— Вечно ты везде свой нос суешь. Поросенок! А стирать мне, между прочим. Об этом ты подумал?

— Ну, так свинья грязи завсегда найдет. Прости, мамочка! — покаянно пожимаю плечами. — Я больше не буду.

— Я тебе — «не буду»! Ничего, дома я тебе устрою! — многозначительно обещает девочка — самурай, трансформируюясь в гейшу — тян.

Вот и поговорили.

… - Чего, хотел начать все с начала? С более выигрышной позиции? Фигурой повесомее и без балласта? Или придавленные комплексы взыграли?

Пожимает плечами. В глазах усталое безразличие уже приговоренного.

Не с того начал. И не с теми. И вообще, Серый — не твое это было. Чтобы сейчас заиметь вес и стать ферзем, как минимум нужно внутри себя — быть хотя бы слоном или ладьей. На самом деле! Да даже пешкой, но дерзкой и рисковой! Так как раньше — исполнять роль крутыша, не являясь им внутри — теперь уже не прокатит. Впрочем, тебе не понять. Да и ни к чему уже все эти проповеди… Если интересно — на твоей бывшей семье, случившееся не отразится.

И с чего это, собственно, меня на анализ мотивов покойного и поучительные поминальные речи потянуло? Зачем? За Ольгу видно сильно переживал. Вот и перенервничал. Не иначе. А теперь поносом словестным исхожу. Мечу бисер…

— Ну что? Помститься нет потребности? — кивая на бывшего соплеменника, негромко проясняю позицию Амазонки. — Ну и правильно.

Переглядываемся с союзником.

«Сам?» — спрашивает Зимний одними глазами.

Морщусь. Самому тоже не хочется. Хоть и гнилое нутро было у усопшего, но мне все же с его бывшей женщиной и падчерицами — каждый день взглядами пересекаться. И нет большого желания: то рассеяно, то задумчиво — свой в сторону отводить.

Зимний меня понял. Его нож внезапно и молниеносно входит между ключиц приговоренного. Сереня даже инстинктивно отшатнуться не успевает.

Ноги подламываются, тело быстро оседает к земле и пару раз конвульсивно скребанув по загаженному асфальту грязными руками затихает…

Затаив в душе надежду — жду… Недолго. Похоже это все! Конец истории. Никаких плюшек на сей раз не обламывается! Печально, но наверное — вполне справедливо. Ничего эпичного я не совершил. А то, что свою женщину от шакалов отбил — так это и есть моя награда. Все живы и вполне себе здоровы. Домой пора! Устал.

Напоследок, вместо прощания — окидываю взглядом труп Макса. Деятельный был товарищ. Энергичный. Такой перец — много мог натворить. Разного. А нам оно надо?

Сейчас подобные индивиды, пока еще — можно сказать разминочно, лишь тестируют внезапно обретенную, немыслимую ранее свободу. Попутно наслаждаясь своей крутостью на фоне обывательской трусости. С каждым разом все сильнее упиваясь её сладким приходом. Так и бывает. Все с малого. А потом дозу неминуемо потребуется разгонять. Ну и в дальнейшем — такие лихие хлопчики, почти гарантированно из берегов выйдут. Насилие и беспредел быстро станут для них привычным и единственно приемлемым модус операнди. И любое — даже самое дичайшее своё желание, они будут почитать за священное право. Если вовремя не притормозить. Ибо зло надо наказывать, а не прощать. Прощенное во младенчестве — оно быстро вырастает до размеров Годзиллы. Оглянуться не успеешь! А вот тогда — остановить его стоит уже гораздо большей крови. Если, вообще, удастся. Разве что, только народное ополчение созывать. Нет уж. Истинно сказано: паровозы надо давить — пока они еще чайники.

— Хочу домой!

— И я — поехали уже быстрее! — подхватывает пигалица Маша, которой только что перепало два уровня и достижение, — Я от переживаний — всегда жрать хочу! Как слониха беременная. И еще секса. Но ты же Ольга мне командира в аренду на полчасика явно не уступишь. А с посторонними мужиками не патриотично как-то. Корпоративная этика, командный дух и все такое… Ну, а Даньке еще, наверное — все же рановато с извращенными взрослыми тетками, среди свежих жмуров жахаться. Хотя… Данька ты как смотришь, насчет жёсткого перепихона?

— Эй, коза безумная! Релакс бейби! Релакс — я сказал. Хорош уже парня дразнить, Клеопатра урюпинская! — рявкаю на мелкую заразу я. Беззлобно впрочем. Тут все очевидно — на словодлудную мастурбацию деваху с постбоевого отходняка понесло. Нормально. Как понесло, так и отпустит. А стержень в этой белобрысой чучундре точно имеется!

— Да это у меня от нервов, командир. После измены всегда всякую дичь несу. Извини, малыш. Тетя больше не будет. Тете стыдно, стыдно, стыдно!

— Пьяные рыбаки ночью поймали русалку. Утром выяснилось, что это был сом. Рыбакам было очень стыдно. — я неэстетично ржу гиеной. Ну а чего — у меня тоже нехилые отходняки, если между нами.

Микростерва подхватывает мой хохот.

Да, девка точно с яйцами! Ржет во все тридцать два острых зуба. Россомаха хищная!

Пунцовый Данила зависает с приоткрытым ртом. Сейчас слюни закапают! Не то от возмущения, не то от зашкаливающего уровня тестостерона и живенько возникших в богатом подростковом воображении — вожделенных фантастических перспектив. Мимо которых — он только что пролетел. Хотя, вернее будет сформулировать: мимо которых его цинично и достаточно жестоко прокатили. Пацанюга открывает было рот пошире, но все-таки вовремя понимает: что заявление о том, что он совсем уже взрослый и «ничего ему не рано» — будет выглядеть как раз, очень по-детски. И пересилив себя — воздерживается от комментариев. Смышленый юноша. Ничего — привыкай к бабским закидонам, дружище. Этот мир жесток. А женщины коварны.

— Саблю трофейную зачехли уже, воин! Война на сегодня закончилась, — пытаюсь переключить мальчонку.

Данька расстроенно пыхтит. Пристраивает на ремне ножны кортика — стараясь чтобы гляделось пофасонистей. Знамо дело: что с бою взято — то свято! Будет добычей перед девчушками щеголять. Глядишь и обломится герою — от какой-нибудь, впечатленной его бравым видом, барышни. Мне бы твои заботы, отрок неразумный! А вообще — пропал парень! Теперь будет за этой пираньей хвостом ходить и думать себе, что она фиалками испражняется. «Я готов целовать песок — на который ты сходила!» Понимаю. Какой пацан в его возрасте не мечтает о женщине постарше? Владеющей сокровенным знанием и умением. Так, во всяком случае — представляют себе мальчуганы неразумные.

Замечаю одного из Валериных парней, сноровисто отхватившему ухо трупу. Почувствовав мой взгляд, бритоголовый парень с большим бланшем под правым глазом, дружелюбно оскаливается и подмигивает. Левым. Давлю индифферентную лыбу в ответ. Надо будет потолковать с Зимним, насчет этого кекса. Он из сегодняшнего свежего призыва, кажется. Встречались мне когда-то коллекционеры с похожей страстью к подобного рода сувенирам — нет, ничего плохого, просто за такими — присмотр желателен. Дабы лишних делов не натворили. Не забыть бы…

С трупами ничего мудрить не стали — собаки и без нас разрулят.

— Ну что, друзья: уже второй раз за этот прекрасный день, только благодаря сияющим воинам добра и света — этот мир стал еще немного чище и светлее. — патетично произносит Валера, хищно и глумливо скаля крепкие «рекламные» зубы, — Мути добро, бро! — он звучно хлопает по плечу одного из своих парней, — Поперли домой уже. Жрать охота — просто сил нет. Еще и простава с меня. Да и поговорить нам есть о чем, друг ты мой загадочный. А то я уже прямо весь извелся от любопытства. — И широко расплывается своей улыбкой Чеширского кота, напяленной на морду ягуара.

Да я такой. Таинственный и ужасно опасный. На пятом, пардон — теперь уже шестом уровне, у меня, страшно сказать:

СИЛА — 40.

ЛОВКОСТЬ — 41.

ВЫНОСЛИВОСТЬ — 40.

ИНТЕЛЛЕКТ — 278.

Пунктов репутации + 450.

Очков энергии: 90.

Общих — 399.

Свободных — 23.

Вкину их в любимую основную характеристику и будет мне «щастье»!

Интеллект до 301 подпрыгнет! Что, очень надеюсь, предполагает дополнительные бонусы. За достижение трехсот очков одной из характеристик.