Пятая зима - Джонсон Китти - Страница 3

– Недолго. Ей это не шло.

С этим я не могла не согласиться. Правда, до сегодняшнего дня я встречалась с Грейс всего несколько раз, однако представить ее в роли преподавательницы я не могла.

– А вы? Вам нравилось преподавать?

– На протяжении какого-то времени меня это вполне устраивало, но потом я решил сменить профессию и занялся реконструкцией старых домов. Кирпич и штукатурка приносят больше денег, чем Шекспир.

– Значит, вы преподавали английскую литературу?

Он кивнул.

– Да.

– А Грейс?

– Она читала курс управления бизнесом. Когда я организовывал свое предприятие, она мне очень помогла. А вы? Чем вы занимаетесь?

– В смысле, когда не бросаюсь на людей с тарелкой салата в руках? Я медицинская сестра в ветеринарной клинике.

– Правда? Никогда бы не подумал!

Прищурившись, я окинула Джейми пристальным взглядом.

– Это еще почему? Потому что из моей сумочки не выглядывает полдюжины новорожденных щенят?

– Нет, не поэтому. Просто вы выглядите… более изысканно, чем, на мой взгляд, должна выглядеть ветеринарная сестра. – Он состроил уморительную гримасу. – Глупо звучит, не так ли? Увы, я давно отвык разговаривать с очаровательными женщинами. Простите, кажется, я снова сморозил ерунду.

Я пожала плечами.

– Вы просто не в курсе… Ровно в полночь мое платье исчезнет, и я окажусь посреди зала в своей медицинской униформе и операционных перчатках.

Он рассмеялся:

– У вас замечательное чувство юмора, Бет.

Я могла бы объяснить ему, что обычно не пользуюсь косметикой и что только сегодня я вдруг ощутила настоятельную необходимость выглядеть как можно привлекательнее. А еще я могла бы добавить, что косметика – точно так же, как юмор и доброжелательность, – служит мне маской, защитной маскировкой. Но я этого не сказала. Вместо этого я улыбнулась Джейми как можно лучезарнее.

– Стараюсь… – Я показала на его отставленную тарелку. – Послушайте, я вовсе не хочу мешать вам закусывать. В конце концов, вы едва не погибли из-за этого салата. Да и мне тоже пора съесть что-нибудь посущественнее.

Накладывая себе на тарелку различные закуски, я рискнула украдкой бросить взгляд на противоположный конец зала. Марк снова обнимался со своей Грейс, а значит, я была в относительной безопасности. Господи, если до конца приема я сумею не остаться с ним с глазу на глаз, со мной все будет в порядке.

Глава 2

Осознать, что я влюблена в Марка, мне помогла Донна Бейкер.

Повторюсь: мне тогда было одиннадцать, и я уже полгода училась в средней школе. Тетя Тильда как раз уехала по рабочим делам на несколько недель, и на это время я переселилась к родителям Рози.

Стояло холодное февральское утро накануне коротких каникул в середине триместра. Мы были в женской спортивной раздевалке, куда пришли после матча по хоккею с мячом. Я никогда не любила этот вид спорта. Находясь на площадке, я только и делала, что мысленно заклинала своих подруг по команде: «Не пасуйте мне! Только не мне!» К счастью, все девчонки знали, что толку от меня немного, поэтому мяч попадал ко мне крайне редко.

Если бы со мной в раздевалке была Рози, она бы предупредила меня о том, что Донна Бейкер направляется в мою сторону, – толкнула бы локтем или шепнула несколько слов на ухо. К сожалению, моей подруги рядом не оказалось – когда мы перешли в среднюю школу, нас распределили в параллельные классы. В общем, я ни о чем не подозревала. С трудом застегнув замерзшими пальцами школьную юбку, я подняла голову и увидела перед собой Донну.

У Донны была раздражающая привычка вставать перед висевшим в раздевалке зеркалом и слегка подпрыгивать, отчего ее довольно большие груди тоже подскакивали и колыхались. Это обстоятельство заставляло нас – тех, кто в силу возраста еще не мог похвастаться сколько-нибудь значительным размером, – чувствовать себя ущербными, к тому же визгливые и шумные подруги Донны пользовались каждым удобным случаем, чтобы эту ущербность подчеркнуть. Казалось, эти девчонки вообще не интересуются ничем, кроме размеров собственного бюста и того, насколько можно подвернуть пояс форменной юбки, чтобы максимально обнажить ноги и в то же время не вынудить никого из педагогов пригласить виновницу на «разговор» или написать письмо родителям. К счастью, девчонки из шайки Донны не интересовались такими, как я. Для них я была чем-то вроде муравья, которого каждая из них готова была при необходимости раздавить каблуком туфли, которая лишь с большой натяжкой могла считаться соответствующей школьным требованиям.

И вот Донна стояла передо мной. Я смотрела на нее и чувствовала, как щеки горят огнем. Донна еще не успела открыть рот, а мои разум и тело уже реагировали. Никаких сомнений быть не могло: что бы она ни сказала, мне вряд ли будет приятно это услышать. Именно по этой причине слова Донны застали меня врасплох.

– Твой брат просто красавчик, – сказала она, широко, фальшиво улыбаясь.

Сначала я не поняла, кого она имеет в виду, и только спустя пару секунд до меня дошло, что речь идет о Марке.

– Он мне не брат, – ответила я.

По лицу Донны скользнуло какое-то странное выражение. Похожее выражение бывает у взрослых, когда им кажется, что ребенок им дерзит.

– Брат, сводный брат, почти брат… какая разница, – проговорила нараспев Донна, слегка поводя плечами. – В любом случае, он просто улетный, и я хочу, чтобы ты передала ему вот это…

Я так глубоко задумалась, пытаясь разобраться, кем на самом деле приходится мне Марк, что не сразу заметила записку, которую Донна сжимала в руке, и опомнилась, только когда она протянула ее мне.

– И не забудь принести ответ.

«Банда» Донны была, как всегда, поблизости. Девчонки обступили меня полукругом, и одна из них сказала:

– И постарайся, чтобы ответ Донне понравился.

– Да, – кивнула Донна. – Не то пожалеешь. И не вздумай заглядывать в записку.

Я положила записку в карман. До конца уроков этот клочок бумажки жег меня, словно раскаленный уголь. Я совершенно не могла сосредоточиться на занятиях – даже на естественных науках, которые мне обычно нравились. Мысленно я представляла, как отдаю записку Марку, как он читает ее, низко склонив темноволосую голову, и как на его губах расцветает счастливая улыбка. «Да, – говорит мне Марк. – Передай ей, что мой ответ – да. Она мне тоже очень нравится». После этого Донна становится его подружкой, и ее регулярно приглашают на чай. Ну а если паче чаяния ответ будет «нет», тогда Донна и ее шобла превратят мою жизнь в ад, который будет длиться, пока я не окончу школу.

– Ты записала домашнее задание, Бет? – спросил меня преподаватель биологии мистер Докинс, и я поспешила переключить свое внимание на происходящее в классе.

– Еще нет, сэр. Извините, сэр.

В тот день у Рози была тренировка по нетболу[1] (в отличие от меня, она подавала спортивные надежды), поэтому после занятий я отправилась домой к Ричарду и Сильвии одна. Всю дорогу я гадала, как бы мне половчее потерять записку и при этом избежать последствий. Увы, ничего путного мне в голову не приходило – разве что, думала я, земля внезапно разверзнется и поглотит меня вместе с моим школьным рюкзачком, куда я положила записку. Или семья Рози в одну ночь переедет на новое место жительства куда-нибудь в Коста-Брава[2] и возьмет меня с собой. Никакого другого выхода из создавшейся ситуации я не видела, а значит, мне все-таки придется отдать записку Марку и передать Донне его ответ, каким бы он ни был.

Сильвия, благослови Бог ее душу, с первого взгляда поняла, что со мной что-то не так.

– Что случилось, Бет, милая? – спросила она. – В школе все в порядке?

В ответ я смогла только кивнуть.

– Марк дома? – спросила я.

– Да, только что вернулся. Он наверху, в своей комнате. Я приготовила ему горячий шоколад. Хочешь, налью тебе чашечку?