"Фантастика 2023-183". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Леженда Валентин - Страница 1225

От этого звука мои друзья окончательно пришли в себя и, уверовав, наконец, что они не спят, схватили что попало под руку. Тем временем, ночной гость стал расхаживать взад-вперед; шерсть на его загривке встала дыбом, а когти угрожающе царапали землю.

— Какая жуть! — прошептала Глори. — Вы только посмотрите на выражение его морды, разве может быть такое у простого волка? Оно же злорадное и… почти человеческое!!!

— Еще бы! — дрожащим голосом ответил ей Римбольд. — Готов спорить, что это не простой зверь, а самый настоящий вервольф!

— Какой-какой вольф? — переспросил Бон, незаметно заряжая свой любимый арбалет.

— Вот такой! Оборотень!

«Вс-с-жж!» — свистнул болт, и глубоко вонзился волку в грудь. Тот опрокинулся навзничь.

— Отменный выстрел! — чуть дрожащим голосом произнесла Глори.

Игрок скромно улыбнулся:

— Неплохой.

— Бесполезно! — взвизгнул Римбольд, позеленев от страха. — Оборотню не страшно железо, его можно убить только оружием из серебра!

Как бы подтверждая слова гнома, волк одним неуловимым движением вновь оказался на ногах. Стрела Бона с испачканным кровью наконечником валялась на земле, а на широченной груди оборотня не было и намека на рану.

Далее все развивалось с молниеносной быстротой. Наш противник коротко взревел и взмыл в воздух. Римбольд зарылся с головой под одеяло. Глорианна вцепилась в сковородку. Бон выхватил из костра пылающий сук. А я метнулся к мешку, в котором были наши продукты.

Дело в том, что как только попытка Бона потерпела фиаско, я вспомнил слова моего первого учителя фехтования — старого (но, несмотря на это, пользовавшего почти всеобщей благосклонностью среди женского населения Сосновой долины) наемника Марка по прозвищу «Три Проплешины»:

«Запомни, сынок, если тебе случится столкнуться с какой-нибудь сверхъестественной дрянью, не тычь ее мечом, если он только не серебряный, а постарайся засунуть ей внутрь молотый перец, соль или, скажем…»

Вот оно!

На ощупь найдя в мешке головку чеснока, я что было силы сжал ее в кулаке, превратив в кашицу. Волк уже был готов обрушиться на нас и даже открыл пасть, полную здоровенных клыков. Отчаянно ругаясь, я прыгнул ему наперерез и, в полете зашвырнув содержимое своей горсти прямо в его зловонную глотку, откатился в сторону. Клыки беспомощно щелкнули в том месте, где секунду назад была моя голова, а потом волк, будто натолкнувшись на невидимую преграду, рухнул на землю, извиваясь в конвульсиях.

— Что это? Смотрите! — закричал вдруг Бон; мы взглянули и были поражены не меньше его: на земле вместо волка вертелся, как змея с перебитым хребтом, какой-то тип. Единственной его одеждой был кусок грязной шкуры на бедрах, зато все тело заросло таким густым волосом, что хоть рукавицы вяжи. Пальцами с длиннющими, грязными ногтями бедолага зажимал свое горло, точно хотел сам себя придушить. Но шутки шутками, а я всерьез опасался, как бы он не влез в волчью шкуру обратно. Схватив оборотня за нечесаную, должно быть, с рождения шевелюру, я как следует приложил его головой о ближайшее дерево и отбросил обмякшее тело прочь.

— Твои сведения сильно устарели, дружище Римбольд. И чесноком тоже!

ГЛАВА XVII

В которой рассказывается об истинной цели Римбольда, а также о том, куда могут привести наполненные сокровищами пещеры

Понятно, что после ночного происшествия сон безвозвратно сгинул, ну да мы о том и не слишком-то сожалели. К тому же, пока мы завтракали, окончательно рассвело. Пора было отправляться дальше. Кругом все было по-прежнему: тишина и загадочность. Обдумывая случившееся, все ехали молча, и каждый гадал про себя, какие еще гадости подбросит на нашем пути Верховный Лесничий.

Ответ пришел часа через три. Около двух десятков молчаливых, как и все вокруг, высоких фигур с длиннющими и острыми даже на взгляд мечами наизготовку возникли с разных сторон, медленно, но неотвратимо зажимая нашу четверку в кольцо. Приблизившись, они оказались людьми, как бы целиком вылитыми из мрака: и лица, и доспехи, и одежда их — все было монотонно-одноцветным, а потому — еще более жутким. На наши заверения в мирных намерениях они, естественно, никак не отреагировали. Впрочем, может, ребятишки были просто туговаты на ухо?

Как бы там ни было, но выглядели они более чем решительно. Бон последний раз предупреждающе крикнул, предлагая этим охламонам убираться с дороги. «Охламоны», как и в предыдущие разы, его проигнорировали. Парень вздохнул и дернул за спусковой механизм арбалета. Хорошо было видно, как болт ударил переднего нападавшего в горло, как раз между вырезом кирасы и подбородочным ремнем шлема… и улетел куда-то в лес за его спиной. На секунду застыв с поднятой для шага левой ногой (это было бы смешно, если бы не было так грустно), жертва выстрела продолжила идти вперед, как ни в чем не бывало. Отверстия в горле на глазах затянулось. М-да… Сегодня, явно, был не день Бона.

Поплевав на руки, я выехал вперед и демонстративно обнажил меч. Э-эх! Раззудись плечо, размахнись рука!

Для моих богатырских ударов, помноженных на массу взявшего разгон Изверга, доспехи темных воинов были не преграда. Верный меч резал их как картон. Только вот выходило у меня не намного лучше, чем у нашего стрелка. Вонзаясь в темные фигуры, лезвие проходило как будто сквозь вязкий туман, не причиняя паразитам ни малейшего дискомфорта. Воинов просто отшвыривало назад силой удара, они падали, но упрямо вставали и перли на меня снова и снова. При этом собственными мечами стражи Дубрав действовали совершенно бездарно, больше мешая друг другу. Так развлекаться мы с Извергом могли хоть весь день напролет. И мы таки вполне сносно развлекалась где-то с полчаса, пока Глорианне (или Лаке, или обеим сразу) все это не надоело. Каждый драконозавр с молоком матери впитывает немудреную истину: лучшее средство избежать неприятности — быстрые ноги. А уж если тебе светит драка с превосходящими силами неуязвимого противника — тем паче.

Короче, поскучав энное время, Глори неожиданно пришпорила Лаку и направила ее прямо на центр вражеского отряда, расшвыряв его, как ветер опавшие листья. Прежде чем Темное Воинство успело вновь сгруппироваться, Бон направил Забияку в образовавшуюся брешь. Я, задержавшись и отшвырнув прочь троих особенно настырных нападающих, погнал Изверга следом. Противник наш кавалерии не имел, и хотя честно пытался нас преследовать, толку из этого вышло немного.

Мы неслись неизвестно куда; давно уже скрылась с глаз дорога, кругом были лишь деревья, травы, кусты, мхи и прочая растительность всех мастей и сортов. Наконец, после часа такой вот бешеной скачки, Бон заметил что-то серовато-черное в глубине чащи. Подъехав ближе, мы обнаружили нечто вроде грота, высеченного в скальном массиве. Кстати, потерянная дорога вновь появилась перед нами, причем вела она в этот самый грот, который, как авторитетно заявил Римбольд, отнюдь не естественного происхождения. Заглянув внутрь, я решил, что не буду спорить с гномом — до того ровно и гладко обтесаны стены. К тому же из глубины грота струилось странное красновато-розовое свечение, похожее на отблеск рубина.

— Б-р-р! — поежилась Глорианна. — Как-то жутковато тут. Может, поедем обратно?

— И попадем прямехонько в чумазые ручонки тех братишек? — саркастически осведомился Бон. — Нет уж, увольте.

— И уволю! — угрожающе пообещала девушка, но и это не подействовало.

— Лично я за то, чтобы спуститься вниз и узнать, куда ведет этот проход, — подал предложение Римбольд, глаза которого так и светились от азарта. Ну что с ним поделаешь — гном.

— Ага, тебе бы только в пещеру, ты в любой такой норе как дома, а мы-то как? — жалобно посмотрела на меня Глори, явно ожидая поддержки, но в создавшихся прениях я был целиком на стороне парня и гнома.

— Глори, детка, не упрямься, — как можно мягче сказал я, тщательно подбирая слова. — Может, выглядит это и не совсем обычно, но там можно найти неплохое убежище.